Морозов - Каин

Кикимора зашипела. Сморщенное лицо исказилось от злобы. Усилием воли она разорвала кокон. Но Шереметьева была уже готова.

Девушка вскочила с грязного пола и вскинула пистолет. С ненавистью процедила:

— Отправляйся в пекло!

И выстрелила.

Усиленная плетением пуля угодила в голову твари. Кикимора застыла, удивлённо глядя на Алину. А затем послышался треск, и из черепа нелюдя, словно причудливая корона, вырвались ледяные шипы. Тело твари упало на пол.

Алину вдруг охватила эйфория. Боль, вызванная выгоранием силы, отступала. Голова приятно закружилась, а мир подернулся маревом. Девушка впитывала сущность кикиморы, "переваривая" ее, и превращая в синюю силу. Алина глубоко вздохнула и довольно улыбнулась. За окном замер дрон, глядя оком камеры на княжну.

Лежавшая на столе девочка зашевелилась и открыла глаза. С удивлением осмотрелась по сторонам, взглянула на лежавшее на полу тело. И истошно завизжала.

Алина вздохнула. Убрала пистолеты, подошла к Анечка, обняла ее:

— Тише, тише. Все позади.

За спиной послышались удивлённые голоса и перешептывания. И девушка обернулась.

В дверях комнаты стояло несколько детей. А за их спинами неподвижной статуей, замерла бледная как лист бумаги Марфа Филипповна. Она не выполнила приказ княжны и не увела детишек от беды.

— Ч-ч-что это было? — севшим голосом прошептала она.

Алина вывела девочку из комнаты:

— Галенька, уведи ее пожалуйста, — попросила она воспитанницу приюта. Та кивнула и взяла девочку за руку:

— Пойдем, пойдем, Анечка, — начала она. И Алина почувствовала, как от Гали исходят успокаивающие волны белой силы. Анечка утерла слезы, закивала и послушно направилась за подругой.

"А девочка сильна не по годам, — подумала Шереметьева, глядя в спины удаляющимся подругам. — Нужно будет поговорить с отцом о том, чтобы взять ее на поруки".

— Что это?

Голос директора приюта вырвал Алину из раздумий.

— Кикимора, — ответила Шереметьева. — Не упокоенный дух девочки, которую прокляла и загубила собственная мать. Причем она живёт здесь уже довольно давно. Успела набраться сил.

— Но… как она здесь очутилась? — удивлённо спросила директриса. — Приют построен на святой земле.

Алина пожала плечами:

— У вас надо спросить, как. Я думаю, что на этой земле хоронили самоубийц. Сколько детей покончило с собой в стенах приюта?

Она посмотрела на Марфу Филипповну. И та попятились.

— Ни одного. У нас образцово-показательное заведение, — залепетала она. Но по бегающему взгляду Алина поняла: женщина врет.

— По документам — ни одного, — кивнула Шереметьева. — Я уверена, что вы скрывали случаи самоубийств, чтобы продолжать получать содержание на мертвые души. Так же, как и скрывали факты о пропавших детях, которыми питалась эта тварь. И при обыске, на территории найдутся останки нескольких тел.

Марфа Филипповна попятились. Развернулась, собираясь бежать. Но в паре метров от нее уже стоял Петр. Вместе с несколькими жандармами. И директриса приюта, резко обмякла, будто из нее выпустили воздух. Ссутулилась, всхлипнула. И неподвижно застыла. Жандармы подошли к ней:

— Марфа Филипповна Троекурова, вы задержаны по подозрению в растрате государевых денег, — начал перечислять один, застегивая на запястьях директора чип-наручники.

***

Когда мы вернулись с тренировки, Лилия уже сидела за столом, с интересом читая что-то в планшете. Перед девушкой стояла чашка с чаем, к которой Лилия, судя по всему, даже не притронулась.

— С возвращением, князь, — не отрываясь от своего занятия произнесла она, едва я вошел в гостиную.

Я кивнул. Сел за стол, налил себе чай. Сделал глоток. С интересом покосился на секретаря:

— Что пишут?

— Что час назад Шереметевым очень сильно повезло, — протянула Лилия. — Сегодня на всех новостных сайтах будет только один инфоповод. Про то, как юная Алина Шереметьева раскрыла заговор в приюте для бастрадов. Сегодня уром девушка посетила приют с волонтерской миссией. Привезла детишкам подарки, чтобы запилить сторис для своих социальных сетей. И в этом приюте обнаружилась кикимора, которая похищала и пожирала детей.

— О как.

— Алина довольно ловко с расправилась с тварью, а затем разоблачила директора. Которую тут же взяли под стражу. И в участке мадам директор дала показания о том, что скрывала случаи самоубийств и пропажи детей. А деньги, выделенные на довольствие "мертвых душ" она присваивала себе.

— Чудные дела, — пробормотал я.

— Съемка на экшн камеру и с дронов вышла на редкость удачной, — продолжила Водянова и что-то вписала в раскрытый блокнот, а потом пробормотала, — надо выяснить производителя оборудования и заказать такое же. Хотя… — она вздохнула и решительно отложила планшет.

Взяла чашку и сделала глоток. Недовольно поморщилась:

— Уже остыл. Ты прав. Совпадение и правда чудное. Исключительное везение. За полдня Шереметьевы получили новую, восходящую звезду, которую обсуждают во всех социальных сетях. А ее количество подписчиков растет. Это принесет семье популярность и хорошие контракты.

Я только пожал плечами. Сделал глоток и отставил опустевшую чашку.

Глава 15 Представление

Несколько следующих дней прошли как по распорядку, без особых приключений. Подъем, завтрак, тренировка, практики с силовыми упражнениями, теория. А после заката — освоение способностей и рун у Морозова-старшего. Так я прозвал обитавшего в склепе учителя. Он отнесся к своим новым обязанностям ответственно и не щадил меня, накачивая знаниями. Некоторые из них впитывались в мое тело с болью. Другие вызывали галлюцинации. Хотя я подозревал, что это были воспоминания самих рун и заклинаний. К собственному удивлению, я понял, что способности темного были куда живее носителя. Они обладали страхами, волей и стремлениями.

— Покоряй их, — приказывал Александр. — Подчиняй своей воле. В конце концов, покажи кто из вас хозяин.

Старик наблюдал за моим корчами и судорогами с холодным выражением на лице. Но каждый раз, когда я поднимался на ноги, он довольно скалился и продолжал занятие. Хвалить меня старик не торопился. А вот заявлять, что ему смертельно не повезло с бездарем, он не забывал. И хотя бы раз за ночь возносил проклятье в потолок склепа.

После работы с Силой я, едва передвигая ногами, доползал до кровати и засыпал. Просто отрубался до следующего утра. Это сильно напоминало армию.

Я не жаловался. За время службы привык к распорядку. К тому же понимал, что тренировки и уроки мне пойдут только на пользу. Они мне были необходимы. Знал точно, что чем быстрее освоюсь в этом мире, тем скорее