Морозов - Каин

Когда я уходил в армию, в моем мире набирало обороты ролевое движение. Когда группа людей уезжала в лес, напивалась спирту и дуплила друг друга дрекольем. Я успел принять участие в этой движухе только шапочно. Мне фехтование на обрезках арматуры было неинтересно. Но я запомнил фразу одного из тамошних завсегдатаев: “Бери палку и бей других, а по себе бить не давай”. И теперь я понял всю глубину этой фразы.

Из способностей, которые поведал мне учитель, мне удалось собрать только две худо-бедно работающие серии под фехтование. Да и то опробовать их мне удалось только на деревянном манекене, который ответить на насилие в его адрес не мог. Но я старательно отрабатывал серии на деревянном человечке.

— Сильно, — послышался за спиной звонкий женский голосок.

Я перевел дух. Утер выступивший на лбу пот и обернулся. На одной из скамей сидела секретарь дома Морозовых. Девушка с интересом наблюдала за мной, отложив блокнотик.

— С какой яростью ты избиваешь этого бедного деревянного человечка, — пояснила она мой немой вопрос.

Я промолчал. Но девушка не успокаивалась:

— Если хочешь, я могу тебе помочь. Смотри.

Она нарисовала в воздухе какой-то знак — и один из манекенов превратился в человека.

— Это интереснее, чем избивать бревно, — пояснила Лилия с довольной усмешкой. — Потом поблагодаришь.

В этот момент противник бросился на меня. В руках у него были парные клинки, и я едва успел отразить несколько быстрых атак. Активировал способность, и появившийся рядом с противником призрак толчком отбросил его. Силы, которую я вложил в способность, оказалось достаточно, чтобы отбросить врага на пару метров. Тот покачнулся, но устоял. Зло взглянул на меня, и взмахнул рукой.

И в мою сторону полетел веер тонких ледяных игл. Я едва успел создать серый щит и иглы ударили в преграду, рассыпаясь на осколки.

Я ушел в тень, растворившись в дымке. И создал свою копию, которая бросилась на противника. Ожившее полено довольно легко отбило атаку, но свою роль заклинание выполнило. Двойник появился за спиной противника и спокойно довершил бой ударом меча в спину. Миг — и оживший манекен растворился в тумане, вновь сделавшись неподвижным.

— Как подло, княжич, — послышался голос Лилии.

В нем чувствовалось возмущение, но я не придал этому внимания:

— Как умеем, — тяжело дыша ответил я и опустил совершенно чистый клинок. — Главное победа. Любой ценой.

— Многие из аристократов с этим бы не согласились, — возразила секретарша.

Но я проигнорировал заявление.

До этого момента мне не доводилось использовать способности школы иллюзии в тренировочной схватке. Многие заклинания были направлены на отвлечение внимания противника. И вряд ли опытный боец купился бы на такие дешевые трюки. Но для борьбы с нежитью это годилось. Нужно будет подумать на досуге о готовых сериях из этой школы.

Я опустился на траву, снял с пояса фляжку и сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как восстанавливается Сила.

Девушка же поднялась с лавки и прошла несколько шагов в мою сторону, поправляя юбочку. Делала она это с нарочитой небрежностью, хотя мы оба понимали, что ткань лежит на ее бедрах идеально. Мне пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать образ Лилии, сидящей на моей кровати со скрещенными лодыжками.

— Тяжело тебе придется, — произнесла Водянова.

В ее голосе было столько притворного сожаления, что я почти купился. Поднял голову, взглянул на собеседницу. Уголки ее губ иронично приподнялись.

— Тебе то какое дело?

— Мне никакого, — легко согласилась она, приподнимая край юбки для того, чтобы убрать выбившуюся нить. — А вот Денис будет расстроен, когда тебя найдут с перерезанным горлом в сточной канаве.

— Кстати, куда уехал братец? — поинтересовался я, пытаясь не смотреть на открывающуюся моему взору снизу пикантную картину.

Девушка нахмурила брови:

— Он на охоте. Выполняет контракт Синода. Пока Денис возился здесь, с тобой, у него накопилось много дел. К слову, слабо мне верится в ваше родство. Денис просто притащил в дом очередную заблудившуюся зверушку.

— И в этом мы с тобой похожи, — добавил я, убирая фляжку. — Но я хотя бы не скрываю своего происхождения. А тебя он где подобрал?

Девушка неожиданно зло посмотрела на меня. На щеках выступил румянец. Она набрала в грудь воздуха, чтобы резко мне ответить, но осеклась. А затем, вздернула голову и пошла в сторону дома. Я же остался сидеть на траве, восстанавливая силы.

— Красное белье, — хмыкнул я достаточно громко, чтобы быть услышанным. — Кто бы сомневался.

***

После обеда я оказался предоставлен сам себе. И это было необычно. У меня появилась масса свободного времени до заката, и я не знал, куда его можно потратить, чем себя занять.

Вряд ли кто-то проведет теоретическое занятие. У Федора полно своих дел, а Лилия, видно, очень уж на меня обиделась. Едва я вернулся в дом, она фыркнула и демонстративно вышла из гостиной. Я усмехнулся, глядя ей вослед. Девушка, похоже, имела привычку сбрасывать обувь и ходить босой, держа туфельки в руке.

Оставшись один, я решил заняться дробовиком, с которым мне так и не довелось поупражняться. Вошел в оружейную. Огляделся. В этой комнате я был как дома. Увидел свой обрез. Вынул оружие из чехла. Провел ладонью по цевью. Оценил вес изделия и его ухоженный вид. Кажется, ему нужно было дать имя?

Взял со стола тонкий нож и аккуратно вырезал на цевье слово “Данила”. И мне показалось, что на миг буквы ярко вспыхнули. Значит, обрез принял имя.

Я убрал его в чехол и вернулся в гостиную.

Там взял пульт и включил телевизор. На экране появилась картинка. Несколько человек стояли у костра, чего-то ожидая. Одеты они были весьма колоритно. Словно бы эти товарищи сбежали из дурки. Парень, закутанный в меха и с бубном в руке, женщина в черной мантии с коровьим черепом. Пара мужиков, похожих то ли на ковбоев Техаса, то ли рейнджеров.

Я удивленно поднял бровь. А картинка на экране сменилась. И камера крупным планом взяла нескольких мужчин в черных деловых костюмах. Они шли по тропинке к костру. И в руках у каждого был конверт.

«Черт, до чего же хорошо смотрятся костюмы», — мелькнуло в голове.

Словно угадав мои мысли, оператор