Путь Хранителя. Финал - Роман Саваровский

* * *

— В нашем мире он выглядит не так страшно, как ты пугал, — задумчиво проговорил я, оттягивая колючую хвойную ветку для лучшего обзора, — точно этот хрен справился с моим дедом один на один в Иркутске?

— Группа поддержки у Зеркального была, но все погибли в первую же минуту боя. Лишь это чудовище неизменно вставало после каждой техники Бориса, — серьезным тоном сказал Коновницын.

Разумно не став сбрасывать со счетов мнение нашего мудрого бессмертного Коня я вернул взгляд на пролесок, где словно каменное изваяние стояло высокое антропоморфное существо. В ширину и высоту здоровяк уступал той парочке Зеркальных Стражей что я видел в тонком мире совсем недавно, но это точно был один из них.

Плотно плетеную Лазурную вязь, сквозь которую не способен пробиться мой взор Жуковых я узнаю даже вслепую. Она будто броня обтекала его перекачанное астралом тело, а поверх кристальной Лазури клубилась чуть более темная дымка из чистой божественной энергии.

Со стороны казалось будто Зеркальный Страж горит ярким Лазурным пламенем. Тем не менее, здоровяк не превышал в высоту трех метров, имел две руки, две ноги, ярко выраженный торс вздымался под такт дыханию и даже сквозь Лазурную пелену я слышал, как бьется его сердце. Лицо, пусть и отдаленно, но напоминало человеческое. Широкий подбородок, острый нос, впалые глаза.

Неуязвимым это существо я бы не назвал. Старуха выглядела в разы более устрашающей, когда своими энергетическими косами швырялась в Москве. Да, я не вижу его циркуляцию внутренних потоков и узловых точек энергоканалов, да и Лазурью гигант весь обмазался, но и у меня она есть.

Не понимаю на кой хрен Конь меня остановил и с пугающей серьезностью попросил перед атакой просканировать Зеркального взором Жуковых и поискать слабые места.

Только время теряем.

— Хрен знает, — пожал я плечами и вновь обернулся к непривычно осторожному Коновницыну, — мой дед не мог умереть от лап этого лазурного чучела. Да, выглядит он довольно опасным, в прошлом мире я бы такому даже мог проиграть в бою, но я не мой дед, да и сейчас в разы сильнее благодаря подарку Оракула. Старый садист восемнадцать лет назад был уже почти Абсолютом. Может ты что-то перепутал? Померещилось тебе. Знаешь, боярин, к старости обычно зрение начинает подводить... Сколько там веков тебе стукнуло?

— Это точно он, — тяжело выдохнул Конь, — в тебе говорит сила Лазури, но будь уверен, одна ошибка и...

— Че сидим? Че ждем? — громче чем следовало выдал запыхавшийся Апельсин и оперся на нас руками, изо всех сил пытаясь восстановить дыхание.

Поспевать за мной и Конем на полной скорости по пересеченной лесной местности задача не из легких. Особенно для Апельсина с его унылой мобильностью. А поблажек мы ему не давали. Отправиться с нами было его собственным решением и его проблемами.

С момента убийства Квин мы так и не встретили больше ни одного из Оракулов. Видимо старуха думала, что ей хватит трех прихвостней чтобы нас остановить, но просчиталась.

Да, хитрая тварь все еще нас опережает, но я ее чую. Мы совсем близко. Первый Оракул еще не добралась до поляны Аномалии.

— Тебя тормоза и ждем, — ответил я оранжевому.

— Нафига? Сами не вывезете что-ль? Очканули? — искренне удивился Апельсин, и его темнокожая рожа покрылась ехидной мерзкой улыбкой.

Сослаться на подозрительную осторожность Коня я не успел, потому что, не дожидаясь ответа, Апельсин сиганул вперед, ловко оттолкнувшись ногами.

Яркая вспышка энергии выжгла землю там, где оранжевый стоял мгновение назад и одним многометровым прыжком, наш двинутый на всю голову цитрусовый с мерзким оскалом на лице бросился в атаку.

Не медля ни секунды мы с Конем обреченно рванули следом.

— И давно он стал таким быстрым? — на бегу выпалил я, спешно соединяя потоки и распределяя боевую энергию по телу.

— Без понятия, — сухо бросил Конь. От вида сосредоточенного и напряженного лица боярина было немного не по себе, — слабости нашел?

— Нет, его внешний Лазурный доспех блокирует мой взор, — отрицательно покачал я головой.

— Значит, сначала пробьем доспех, — кивнул Коновницын и исчез.

В это же время, не видя ничего на своем пути, Апельсин с бешеным огнем в глазах подскочил к Зеркальному Стражу и замахнулся для удара. Бушующие словно оранжевый водопад внутренние потоки взбухли и устремились к его кулаку раньше самого удара.

Обычно только после касания Апельсину удавалось выплеснуть свою бешеную неподатливую энергию, и эта задержка была его главной слабостью наряду с мобильностью.

Но сейчас, впитав в себя энергию всех тел Тринадцатого и подпитав эту смесь жгучим огнем своей ярости, Апельсин управлял ей куда свободнее. Эмоции от потери всех «братьев» и «сестер» что погибли от рук Оракулов были еще свежи и гнали его вперед.

Если не брать в расчет несогласованность с нами атаки оранжевого, то фактически он не сделал ни единого лишнего движения, что уже само по себе нетипично для него.

Незаметно выскользнул за пределами области зрения Зеркального Стража, сблизился и оказался в узкой слепой зоне так быстро, что тот даже не успел среагировать, прицелился в область почки, одно из самых уязвимых мест, до которого мог дотянуться со своим ростом и, на удивление идеально проконтролировал свой безумный поток, состыковав момент удара.

Не уверен, что в прошлом мире я бы смог справиться в бою один на один с таким шустрым Апельсином, ведь защиты от его самого разрушительного в мире потока не существует.

Пропустил один такой удар и конец.

Яркая вспышка от столкновения двух энергий озарила до этого спокойный и тихий пролесок в глубинке Карелии и тут же ударная волна невероятной мощи прокатилась по округе. Выжигающее все на своем пути оранжево-лазурное облако смерти мгновенно расщепило мой потоковый щит и подбросило в воздух как листик.

Моя многоуровневая защитная техника уровня Гения, которой я так гордился в прошлом мире не продержалась и миллисекунды, и я еще мог дышать только благодаря тому, что Лазурь защитила мое тело.

Конь предсказал разрушительность волны заранее и телепортировался за мгновение до удара. Все-таки не зря боярин был осторожен с самого начала.

Перегруппировавшись, я с усилием разлепил глаза после вспышки и с удобного ракурса в воздухе оценил текущую ситуацию.

Зеркальный