Путь Хранителя. Финал - Роман Саваровский

Когда цель оказалась на дистанции пятнадцати метров, Конь бегло обернулся на меня, поймал мой уверенный кивок и резко сиганул вправо. В той же точке я свернул налево.

Начав обходить Зеркального по дуге с двух сторон, мы худо-бедно реализовывали преимущество в количестве и распыляли его внимание на две стороны разом. После первого раунда я отчетливо понял, что мои дистанционные техники не пробьют броню Зеркального и для шанса на успех мне опять необходимо сближаться.

Без усиления Лазурью моих сил не хватит, а вытягивать ее из тела я еще толком не научился. Запитать чистой энергией кинжал, часть тела или усилить контактную технику это мой предел.

На этом и сосредоточимся.

Когда Зеркальный оказался аккурат между нами, мы с Конем резко остановились и боярин тут же быстрым взмахом руки метнул цилиндр со своей головы.

Прямо в воздухе цилиндр от души напитанный плотной энергией Коня разделился на два цилиндра разных цветов. Темно-зеленый продолжил огибать Зеркального по дуге, а вот второй тут же взорвался яркой золотой вспышкой и извилистой разрушительной молнией ударил Стража в глаза.

От неожиданности здоровяк отшатнулся, инстинктивно закрыв лицо рукой. Не сговариваясь, мы с боярином тут же устремились в атаку.

Слепящая молния золотого цилиндра предсказуемо не нанесла Зеркальному урона, зато столкновение с Лазурью вместо разрушительной взрывной волны образовало плотный лазурно-золотой туман и на короткий миг Страж потерял нас из виду.

Не знаю каким чудом Конь смог предсказать взаимодействие своей золотой техники с Лазурной броней, после того как всего один раз увидел ее в действии. У него ведь даже взора Жуковых нет. А я отказываюсь верить, что такая удачная дымовая завеса это простая случайность. Из миллионов доступных бессмертному боярину техник он ведь выбрал именно эту.

Но факт есть факт.

Признаю, в такие моменты мне действительно приятно осознавать, что мы с Конем на одной стороне.

Мысленно поблагодарив Коновницына за возможность, я нырнул в туман. Точка для удара нам с боярином была очевидна еще до возникновения завесы, и безо всяких проблем я смогу попасть в нее и без зрительного контакта.

Разъедающий жар ауры Зеркального обдал тело, указывая что цель совсем рядом, но на этот раз мой защитный конструкт выдержал.

Я сделал выводы после предыдущей атаки и теперь даже не пытался сдержать давление Стража только своим боевым потоком, а точечно усилил его Лазурью. Затраты драгоценных частиц в таком режиме минимальны, а эффект превзошел все мои ожидания.

Не успел я обрадоваться тому, как подозрительно гладко все протекало, как внезапно жар усилился многократно. Настолько, что в один миг выжег все золотые частицы укрывающего нас тумана и мы оказались у Стража как на ладони.

Коновницын двигался чуть быстрее меня и занес мерцающую разноцветной энергией трость для удара. Обжигающая лазурная аура Зеркального отчаянно стремилась превратить нарушителя в пыль, но мерцающий бесконечными цветными вспышками защитный поток боярина еще держался.

Едва туман рассеялся, Страж молниеносно оценил ситуацию и выбросил руку в сторону боярина, выплеснув огромную волну чистой Лазури чтобы защититься. Коновницыну некуда было деваться. С такого близкого расстояния Конь не имел ни шанса увернуться.

Хоть говорить Зеркальный не мог, мозгами очевидно обделен не был, и не только раскусил нашу задумку ударить в его поврежденное плечо с двух сторон одновременно, но и быстро определил кто из нас ближе и опаснее.

В этот момент открытый правый бок здоровяка оказался прямо передо мной и до искомой тонкой царапинки под правой рукой Стража оставалось чуть больше метра. Все тело адски горело и начало покрываться пятнами, а усиленный моей Лазурью защитный поток пошел трещинами под давлением ауры, но я сделал последний шаг вперед.

Краем глаза я увидел прямо за затылком Зеркального темно-зеленый цилиндр. Мгновением спустя боярин поменялся с ним местами в пространстве, и волна Лазури накрыла лишь ни в чем не повинный предмет гардероба, а мы в этот момент с Конем одновременно замахнулись для удара в одну конкретную точку гиганта перед нами.

Настолько идеальной и быстрой синхронизации в бою у меня никогда не было.

Мы с боярином буквально чувствовали намерения друг друга и верили в напарника.

Без единого слова.

Без разработанного плана.

На чистых звериных инстинктах мы преодолели оборону Зеркального Стража и мой черный кинжал без какого-либо сопротивления рассек... воздух?!

— Какого х... — столь же синхронно воскликнули мы с Коновницыным.

Нет, Зеркальный не обладал телепортом и особенной скоростью или ловкостью, он просто уменьшился!!!

В самый последний момент превратился из трехметрового ублюдка в двухметрового и оставил нас нелепо висеть в воздухе.

Последующий могучий удар левой рукой принял на себя наспех сгенерированный тростью цветастый барьер Коня с парой капель Лазури который я успел в него влить.

Рассыпавшись на мелкие осколки, купол все же поглотил часть урона и когда нас с неистовой силой вбило в землю мы еще оставались живы и почти в сознании.

Дезориентированные, валяющиеся на земле с ожогами, гематомами, выхаркивающие кровь и внутренности. А в пяти метрах перед нами нависло широкое двухметровое чудовище и настал его черед нападать.

* * *

— Бесит, как же он меня бесит!!! — не скрывая эмоций прорычала женщина в плотно облегающей черной униформе и грациозно перескочила через метровый валун.

Лавировать между деревьями становилось все сложнее и сложнее. Шквалистый ветер, подозрительно едкий воздух, и нечеловеческий холод только нагнетали атмосферу, и ладно бы бежала одна, так еще и за детским садом за спиной надо было приглядывать.

Надо же было увязаться всей шайкой.

— Лес бесит? — запыхавшимся голосом спросил Семен Болдырев, что не смотря на свои посредственные относительно остальных данные бежал старательнее прочих и держался аккурат позади Проректора, а ныне командира их тайного отряда добровольцев.

— Если бы, — с чувством выдохнула Василиса, переломив розовыми когтями очередное несчастное деревце на своем пути.

— Она про того, из-за кого мы тут, — шепнул другу Олег Голицын и добавил с ехидной улыбкой, — и я бы на твоем месте не пялился так очевидно. Если, конечно, жить хочешь.

И так вспотевший от вынужденного марафона по враждебной Карельской глубинке Семен покраснел еще больше, сбился с ритма бега и зацепился за корягу.

— Спину прямо, чемпион, — подтолкнул парня в плечо и помог удержать равновесие молодой кудрявый парнишка.

— Б-благодарю, ваше сиятельство! — на одном дыхании выдал Семен и, склонив голову, намеренно