Дефицит белка - Леонид Каганов

Он ничего не ответил.

— Скажите, отец Адриан, — решился я. — А если бы вы вдруг встретили живого вампира, и у вас по счастливой случайности оказался в руке осиновый кол… Разве бы вы его не убили?

— Нет… — произнес отец Адриан, помолчав. — Я бы поговорил с ним. Я бы рассказал ему о Благой вести, прочел ему Библию, я бы осенил его крестом и показал путь к Господу. Ты понимаешь, о чем я?

— Отец Адриан, но если бы вы были уверены, что сам Господь вложил вам в руки осиновый кол, послав на встречу с вампиром?

Отец Адриан еле слышно усмехнулся.

— Сын мой, как ты можешь быть уверен, что перед тобой вампир? Вдруг это актер в гриме, который просто делает свою работу? А сам при этом верует не в вампиров, а в Спасителя, исправно ходит в церковь и исповедуется…

— Но актеры не убивают, отец Адриан! Если это настоящий вампир, а Господь вложил вам в руки осиновый кол?

— Сын мой, а как ты можешь быть уверен, что осиновый кол вложил тебе в руки Господь, а не Дьявол?

Честно сказать, вот тут я растерялся. И отец Адриан что-то понял. Он всегда все про нас понимал, ведь мы для него так и остались маленькими детьми.

— Расскажи мне обо всем, — попросил он. — Очисть душу от греха.

— Я… — В горле застрял комок. — Я не могу рассказать… Пока…

— Пока?

— Да, пока…

— Тогда зачем ты пришел на исповедь? — сурово спросил он.

— Я пришел за советом…

— Ты получил совет?

— О да, отец Адриан. Спасибо вам.

— Как ты намерен теперь поступить?

— Я… Я намерен поговорить с вампиром… — Я глотнул. — Ну, если мне удастся его встретить… Тогда я заговорю с ним… осеню его крестом и покажу путь к Господу…

— Ты больше не желаешь смерти ни людям, ни вампирам?

— Нет, отец Адриан, — ответил я искренне.

— Я отпускаю тебе грехи, сын мой. Ступай и помолись, а я буду молиться за тебя. Да пребудет с тобой Господь!

* * *

Матей смерил меня взглядом.

— Где ты был?

— Я был в церкви и говорил с отцом Адрианом.

Он проворно подскочил ко мне, схватил за отворот рубашки и зашипел в лицо:

— Холера! Ты что, ему все рассказал?! Ты рассказал ему?!!

Подбежавшая Петра попробовала нас растащить, но Матей на нее даже не глядел — он шипел мне в лицо и тряс за рубашку, пока ткань не хрустнула. Тут я не выдержал — толкнул его и повалил на пол. Мы долго барахтались, прежде чем мне не удалось сесть на него и скрутить ему руки. Все это время Петра пыталась нас растащить и что-то кричала.

— Послушай, меня, психопат! — прошипел я. — Я тебе поклялся, что не расскажу никому и ничего? Я никому не рассказал. Но ты мне поклялся, что прекратишь свои истеричные выходки! Так что ты на меня бросаешься?

— Прости… — выдавил Матей.

— Ответь мне, может быть, в тебе бесы, Матей? Может, ты одержим Дьяволом? Может быть, Дьявол сконструировал для тебя эту штуку?

— Дьявол? — Матей неожиданно захохотал и хохотал долго.

Я посмотрел на Петру, но лицо у нее оставалось серьезным.

— Дьявол, — снова произнес Матей, отхохотавшись. — Грегор Кавинеч — дьявол! Да это был самый добрый, самый умный, самый набожный человек, которого я вообще встречал! Храни Господь его душу!

— Кто это? — тихо спросила Петра.

— Мой декан, — нехотя объяснил Матей.

— Он умер? — растерялся я.

— Он был в корпусе во время бомбежки… Да встань уже с меня, кретин, и отпусти руку!

Я поднялся и помог встать Матею.

— В замке нет электричества, — пожаловался Матей. — Это надолго?

— Я отключил его.

— Зачем?! - подпрыгнул Матей.

— Чтобы ты больше ничего не сделал в мое отсутствие.

— Да ты… — вскипел Матей, и мне показалось, что он сейчас меня ударит.

— Спокойно, спокойно! — Петра встала между нами. — Тише. Он сейчас включит. Да, Влад?

— Только если Матей поклянется, что больше ничего не сделает без нашего согласия.

— Что?! - вскинулся Матей. — Да как ты смеешь!

— Влад прав, — поддержала Петра, мягко взяв Матея за руку. — Ты же сам знаешь, что у тебя творится с нервами. Пообещай, что ничего не сделаешь без нашего согласия!

— Я больной, по-твоему? — взорвался Матей. — Вы здоровые, а я контуженный, да?!

— Мы тоже поклянемся ничего не делать без твоего согласия, — тон у Петры был спокойный, не допускающий возражений. Таким тоном она легко пресекала любые выходки туристов.

— Хорошо, — согласился Матей, — обещаю.

— Поклянись моей жизнью и жизнью Влада, — потребовала Петра. — Давайте все возьмемся за руки, и пусть каждый поклянется! Клянусь жизнью Влада и Матея, что ничего не буду делать с кругом Кавендиша без их ведома!

— Клянусь жизнью Петры и Матея, что ничего не буду делать с кругом Кавендиша без их ведома, — хмуро повторил я.

— Давай, Матей, — потребовала Петра.

— Туристам своим будете цирк устраивать! — буркнул Матей.

— Давай, Матей! Твоя очередь. Мы поклялись, — потребовала Петра.

— Клянусь жизнью Петры и жизнью Влада, что ничего не буду делать с кругом Кавендиша без их ведома, — неохотно пробубнил Матей.

Я прошел по крошечному чердаку из конца в конец и остановился перед столешницей, которую мы установили минувшей ночью на два пустых ящика, обложив аппаратурой.

— А вот теперь, Матей, послушай, что я скажу. Там, — я нагнулся и постучал по столешнице, — живут люди. Понимаешь? Если ты хочешь смерти той стране, то ты хочешь смерти людям. А что ты, Матей, знаешь о тех людях? Разве ты был там? Они такие же, как мы. Они точно так же трудятся, растят детей и виноград!

— Детей и виноград, — хмыкнула Петра. — Узнаю папочкины слова.

— Да! — вскинулся я. — И это очень правильные слова! Там живут христиане, и лютеране тоже! Там дети и старики! Эти люди ходят в церковь слушать проповеди и исповедоваться. И многие из них даже не знают, что их страна кого-то бомбит из-за пары каких-то кретинов-политиков! Ты всем им желаешь смерти? Желать человеку смерти — самый страшный из грехов!

— Ты что же, мне взялся читать проповеди? — прошипел Матей. — Сам Господь дал нам в руки оружие возмездия, чтобы мы поразили тварь!

— Господь ли? Не Дьявол?

— Холера! — взорвался Матей. — Да ты зажрался в своем туристическом винограднике, ты вообще представляешь, что творится за пределами Трансильвании? Ты видел хоть раз кобальтовую бомбежку?! - По его лицу прокатилась судорога. — Ты видел, во что превратилась Йасса?! Там нет даже электричества! Там уже не работают даже мобильники! Там разбито все, люди топят мебелью!!! Я сидел на вокзале четыре дня, пока влез в поезд! Господь помог мне пройти погранзону и приехать сюда — и все для того, чтобы ты читал мне проповеди? Ты?! Щенок, клоун с накладными клыками, который развлекает за доллары натовское богатое старичье?!!