Восточный фронт - Василий Сахаров

Я бросил взгляд на бывалого сержанта невдалеке, который стоял подле катапульты. Судя по всему, он командир артиллерийского расчета. Сержант был невозмутим, проверил наводку своего орудия, осмотрел лебедку, барабан, раму, противовес и толстый брус рычага, который сдерживал груз, тяжелую стокилограммовую бочку с зажигательной смесью и фитилем. Этот вояка, как и я, работяга войны, делает, что должен и не сомневается. Таких воинов в бригаде хватает, и именно на них моя главная надежда. Ведь, что маги и демоны? Они свою роль во всем происходящем, конечно же, играют, и эта роль весьма велика. Однако их относительно немного и решающее слово всегда, как говорил Наполеон, который Бонапарт, за большими батальонами. В нашем случае за простыми воинами, которые толпой даже демона завалить смогут, особенно если он глупый и неосторожный, а у бойцов имеется, чем его поразить.

— Ду-у-у! Ду-у-у! — пропела возле командного пункта бригады сигнальная труба.

Эта команда предназначалась для артиллерийских расчетов. Понеслась потеха. Сержант-артиллерист, за которым я наблюдал, поджег фитиль снаряда. После этого огонь быстро побежал по нему в бочку, а командир расчета за длинный шнур выдернул стальной стопор под рычагом орудия. Бум! Противовес упал вниз, и рычаг с грузом взметнулся вверх. Бочка с зажигательной смесью, которую немного, самую малость, обработали магией, чтобы при соприкосновении с водной поверхностью она лопнула, полетела в небеса. На миг бочка, как и десятки других снарядов, зависла на месте, а потом стремительно полетела вниз.

— Да-да-хх! — емкость рухнула на воду ближе к вражескому берегу, как раз в группе из нескольких плотов, и немедленно распалась на части. Вспышка! Соприкосновение зажигательной смеси с огнем фитиля и воздухом. Хлопок и жидкое пламя, растекаясь по воде, обрушилось на республиканских солдат и образовало на поверхности реки неровный огненный круг. Над Иви-Ас разнеслись крики горящих людей. Вдоль левого берега образовалась сжигающая врагов прерывистая огненная линия, и республиканцы, словно марионетки, нелепо дергали руками и пытались спастись в воде. Страшное зрелище и хотя ветер дул не в нашу сторону, мне показалось, что я улавливаю запах паленого мяса, кожи и шерсти. После чего я посмотрел на шашлык в тарелке передо мной и отставил его в сторону. Определенно, сейчас не до еды. Стошнит меня, вряд ли, но удовольствия от свежего мяса я уже не получу.

Вновь я обратил свое внимание на реку. Противник сходу понес серьезные потери и замялся. «Что он предпримет дальше? — спросил я себе и ответил: — Наверное, задействует чародеев».

Точно. Я опять не ошибся, но это и понятно, ибо очевидно. От левого берега на реку опустился густой туман, который скрыл вражеских солдат и частично погасил огонь. Мои маги ответили. Ветер усилился и снес прикрытие республиканцев, которые упрямо продолжали двигаться к нам. Лично я, так не поступил бы, а постарался бы сберечь людей. Но вражеским военачальникам на жертвы плевать, и демоны, которые сейчас качают в себя эманации чужой боли и смерти, пируют. Кстати, именно этим они отличаются от тех же самых паладинов богини Кама-Нио. Простой демон потребляет все, что только возможно, а существо, находящееся в структуре какого-то небожителя, лишь чистую силу. Вот по этой причине бывшие люди (чародеи, колдуны, некроманты, ересиархи и сильные оккультисты, после шага за Кромку не признавшие ни одного из богов и сумевшие сохранить свое сознание) мутировали и трансформировались в бараноголовых, козлоподобных, свинорылых и других монстров. А Иллир Анхо, как пример, по-прежнему сохраняет человеческий облик, и он не утратил ясности ума и своих человеческих привычек. И из всего вышеизложенного вытекал вопрос. Куда направят свои силы от смерти людей демоны? Ответа не было. Поэтому мне и Отири оставалось ждать, и учитывать тот факт, что наемники Неназываемого разделены на группы, которые действуют сами по себе и не имеют общего штаба. А чтобы было понятней, в ход идет древняя формула «Вассал моего вассала — не мой вассал». Так и в данном случае. Всех демонов нанял Неназываемый, но Ушии-иира нет, и они сами по себе, то есть общий приказ есть, а лидера нет. И для нас это хорошо, ибо по одиночке врагов, которые жаждут моей крови, бить легче и расклад у противника я представлял следующим образом. Демоны собрались, померялись силенками и вскоре кинут на убой кого не жалко, то бишь, слабаков или тех, кто провинился или оказался в меньшинстве.

Впрочем, демоны в драку еще не вступали, а сражение продолжалось. Плавсредства противника пересекли середину реки и дали залп наши стрелометы. Тысячи коротких дротиков обрушились на республиканцев, но не все они попали в цель. Часть метательных снарядов была отбита выставленными силовыми щитами васлайских магов, но свое дело дротики сделали. Еще сотни трупов упали в реку и поплыли вниз по течению. Пока все нормально и без сюрпризов. Демонов мы с ламией не чувствуем — они все на левом берегу, а значит, продолжаем воевать привычными методами.

Республиканцы приближались. Несмотря на огромные потери васлайских пехотинцев все еще было много, и они продолжали спускать на воду новые плоты. Упрямые ребята, да и ладно, это их проблемы.

— Бух! — новый выстрел катапульты рядом со мной. В этот раз орудие метнуло простой булыжник, который рухнул на одну из больших лодок, и буквально размолотил ее в щепки.

«Отличный выстрел, — машинально отметил я. — Надо будет наградить артиллеристов. Не только тех, что перед моими глазами, а всех».

«Демоны что-то готовят», — обратилась ко мне ламия.

«Что именно?» — спросил я девушку.

«Непонятно. Что-то связанное с трансформацией».

«Может, жабры решили себе отрастить?» — пошутил я и усмехнулся.

Краткая заминка. Ламия закрыла глаза и направила в сторону демонов раскрытые ладони, а затем уже вслух произнесла:

— Нет. Они отращивают крылья.

— А вот это уже хреново. Сколько их будет?

— Пока пять. Остальные выжидают и копят силу, наверное, внутренние склоки.

— Это хорошо. — Я шагнул к краю крыши и, разглядев Альеру, который руководил сражением, окликнул его: — Виран!

— Да? — полковник обернулся.

— Передай по батальонам и магам, что возможно нападение с воздуха. Если заметят монстра, гасить его без всякой жалости. Эта цель приоритетная.

Альера кивнул, а я бросил взгляд на ламию и сказал:

— Такого я, честно говоря, не ожидал.

— Я тоже, — северная ведьма нахмурилась и спросила меня: — Как мы их встретим?

— Как и собирались. Демоны далеко не полетят, а постараются закрепиться на нашем берегу, от этого и строим план. Они наступают, а мы под прикрытием оборотней и конных стрелков их убиваем. Лишь бы не прозевать момент высадки.

Ламия вновь повернулась к реке, над которой снова повисли густые клубы дыма, и произнесла:

— Не прозеваем. Вот они. Сами на тебя выходят.

В дыму прорисовались тени, которые быстро обрели четкость, и вскоре я разглядел наших врагов. Несколько демонов, мерно взмахивая широкими крыльями, приближались к нашему берегу. Монстры дольнего мира и нежить по какой-то неведомой мне причине не любят проточную воду, примерно так же, как обычный человек недолюбливает сильный холод. Вот они и решили перебраться к нам таким вот образом, по воздуху. Ладно. Мы им не рады, но к встрече готовы.