Время Имен - Алексей Ар

Три двери, с которыми он сроднился…

Николай стряхнул оцепенение. Сорвался в бег… На том месте, где стоял, разверзлась пламенная чаша. Успел. На коррекцию вектора огня гвардейцы потратят несколько секунд…

До люка рукой подать; Охотник ухватил Таллу за шиворот, метнул в зев переходника и потерял равновесие… Падение ознаменует приход великого ничто, если только…Импульс энергии крепким пинком меж лопаток зашвырнул его внутрь кессона — туда, где амазонка силилась подняться на ноги.

— Открывай!

— Что?!

— Переходник!

Трубы пневматики оборвали крик. Сползая по обшивке, Охотник краем глаза заметил открытие внутренней герметизационной плиты и… вывалился в коридор. Флот нуждался в командах, значит он забудет о ранах и федеральных войсках.

— Держись! — Николай бросился к рубке. Достиг лесенки, рванулся вверх… Палубный настил встретил неласково, крайние метры — точно пропасть.

Активация маршевого привода раскрасила галактику в желтые кислотные тона.

— Желтые? — Охотник плюхнулся в кресло и помотал головой. Картинка не настраивалась.

— Мы живы? — раздалось сзади. Женщина согнулась и сблевала прямо у киберштурмана.

— Не на приборы! — Николай поморщился. — Синтетикой закидываешься?

Он окинул беглым взглядом аппаратуру и успокоился. Катера вырвались с планеты, грузовой транспорт, повинуясь программе, пристроился в фарватер. Преследователи отсутствовали. Если гвардейское командование и выслало погоню, то безнадежно запоздало. Не всякий решится уйти в маршевый бросок с поверхности планеты. Статистика давала мизерный шанс на успех. Федералы предпочли не рисковать.

— Аптечка. — Он выбрался из-за пульта.

Избавление от брони и ран отодвинуло проблему Таллы на второй план. Десятки рассечений и гематом взывали к антисептику и регенерирующей мази. Ныли, пульсировали и зудели до тех пор, пока Охотник не завершил процедуру. Далее по программе следовала уборка, активируемая нажатием ряда сенсоров командного пульта.

С приглушенным гудением из открывшейся в переборке мембраны выбрались автоматы-уборщики, напоминавшие гибриды черепахи и краба. Слизнули грязь, обследовали доспехи, скинутые на палубу, и деловито утащили броню на профилактику.

За их усилиями Талла наблюдала с необъяснимой мимикой обреченного. Располагаясь в кресле, источала тонны напряжения и скованности. Вокруг слипшихся волос женщины медленно собирались сизые завитки дыма — чадил защитный костюм.

Охотник молча перебросил ей аптечку. Она даже не взглянула на прибор, просто перехватила — в абсолюте сосредоточенная на уборщиках, исчезавших в недрах корабля. Вздрогнула, ухватилась за крепления брони и посмотрела на димпа, замершего подле выхода. Грозно нахмурилась:

— Так и будешь смотреть?

— У меня полностью отсутствуют манеры, — согласился Николай, любуясь на тело, возникавшее из черноты. Притягательные точеные руки, впадинка между грудей… Комбинезон, надеваемый под защиту, сползал вместе с латами.

Он волевым усилием перевел взгляд на лицо собеседницы:

— Ты вновь нашла меня. По собственной инициативе. Прекрати валять дурака и выскажись.

У Таллы присутствовала деловая хватка. Ее формулировки отличала краткость, емкость и целенаправленность.

— Я вернулась к началу — пустому месту, готовому для застройки. Гарантий, что ты позволишь воссоздать организацию, нет. Но у нашего союза есть шанс. Федерация содрогнется. — Окончание фразы зажгло в глазах леди горячечный блеск.

— Ошибка, — после краткого молчания ответил Николай. — Развивать тему Кор Рона, только портить

— Согласна, ты чуть нагнул Федерацию, — лихорадочно кивнула она, откладывая аптечку. Легкий укол боли при надевании потрепанного комбинезона заставил поморщиться. — Любое желание станет исполнимым. Любое! Все, что захотим…

— Ты, прям, по классике заходишь. Мне не нужно больше, чем унесу, — покачал головой Охотник.

— Хорошо! — Она распрямилась, явив лик ярости. — Ты нужен мне!

Мгновение или чуть дольше Николай изучал женщину. Она вела странную игру. Воплощенная простота, сдобренная жестокостью маньяка — необъяснимая комбинация.

— И зачем?

— Нас ведет судьба, — сказала со значением, внушительно и веско. Точно судьба — таинственный спонсор, проплативший круиз.

— Фаталистка что ли?

— Я не смогла тебя убить, понимаешь?

— Подвинься, — вместо ответа хмыкнул димп. Заняв ложемент перед пультом, быстрым перестуком клавиш вывел флот из маршевого броска. Перевел катера в евклидово пространство; следом, подчиняясь телеметрическому сигналу, в звездную чернь окунулся грузовоз.

Бархат вечной ночи распустился на обзорном экране. Тусклыми сгустками светились корабли. Великое безмолвие, пульсация звезд, далекие газовые скопления — панорама умиротворяла.

— Знакомо? — кивнул димп на брусок грузового транспорта. — Ты планировала использовать баржу, значит знаешь тоннаж в пересчете на денежную массу.

— 350–370 миллионов. — Талла уперлась руками в пульт, подалась вперед.

— 382, - поправил Николай. — Забил под завязку.

Коснувшись приборов, задействовал систему вооружения. Аскетичную красоту вселенной нарушила прицельная рамка. Пискнул сигнал захвата, уведомляя стрелка о завершении анализа цели.

Цифры замерли.

— А…

Талла осеклась, фиолетовые клинья аннигиляции ударили в топливную секцию грузовика и вызвали к жизни ослепительное сияние взрыва. Шар раскаленного газа на секунду захлестнул реальность… и пропал, световыми протуберанцами растворившись в черноте. Погасли защитные экраны, отразившие копья осколков.

— Охренел?! — Женщина оттолкнула Охотника. Он крепко приложился к спинке кресла, с непроницаемым видом наблюдая за потугами леди сдвинуть реальность на пару минут назад. — Жо дроппо каса хлек!

Она повернулась к димпу. Психом он не выглядел.

— Зачем, именем осгина, ты мордуешь Федерацию? Тебе не нужны деньги… Власть? Сомневаюсь… Я не понимаю! — рявкнула она. — Зачем?!

Заявка на серьезную психоаналитику. С наскока не удовлетворить — о мотивации Охотник задумывался редко. Действительно, за каким Николай Рос топчет федеральные устои? Обдумывая ответ, он переместился к выходу. Приглашающе взмахнул рукой. Ему требовалась отсрочка, коей стало путешествие в каюту — полумрак неприбранных вещей, рабочей обстановки и некоего подобия уюта. Крохотная каморка, мобилизующая мысль.

— Ты в тупике… — Талла спихнула на пол пакет кристалл-фильмов и устроилась на жестковатом табурете. Заминка спутника доставила ей необъяснимое удовольствие.

— Нет, — вскинулся Николай. Тихо скрипнула койка.

— Тогда зачем?

— Чтобы не думать, — определился димп. — Если много думать, сдохнешь.

— Собрался жить вечно? — иронично осведомилась женщина. Знала бы с кем говорит. Бракованное творение Средоточия, призрак во плоти, изучивший задворки вечности, поселившийся у дверей. Номер «4», номер «8» и номер «15». Нервы привычно скрутило. Да и кишки тоже.

— Смерть… разная. — Николай устало прислонился к переборке.

— Ее реально много?

Неожиданно для себя, он решился:

— Могу показать.

Перебросил Талле лим и вновь замер, упиваясь ее эмоциями. С критическим недоумением она взвесила излучатель в руке. Осмотрела разрядник… Николай пояснил:

— Прикончи. Я отказался от партнерства, нагнул по прихоти, валяй, не стесняйся. Может, принесешь мне удачу…

Чувствуя подвох и не находя такового, леди преисполнилась растерянности.

— Рубка заблокирована. — Она сглотнула.

— Код 12-НР-666. Иди проверь. Только не затягивай, я человек противоречивый — могу передумать…

Через минуту она вернулась:

— Забавно, не соврал.

Разряд лима пришелся Охотнику в голову. Череп лопнул спелым арбузом, украсив стену красновато-белой кляксой — подтеком бывших мыслей и намерений. Безмолвным манекеном тело Дара завалилось набок и с шипением оползло