Zero Hour - slip

- Что случилось? – протерев глаза, она села на скамье.

Какое-то мгновение все было почти хорошо, а затем тяжелый груз воспоминаний снова обрушился на плечи, заставляя поежиться.

- Двадцать минут до отправления, - пояснил Цезарь, сонно зевнув, - По-моему наш поезд объявили, я слышал что-то про Мюнхен-Гамбург.

Взгляд скользнул по залу ожидания и задержался на кофейне. Виттория облизнулась.

- Двадцать минут, говоришь? Успеем еще взять по кофе.

Вместе с двумя обжигающими стаканчиками в руках, они заскочили в вагон в самый последний момент, когда проводник в новой с иголочки форме уже собирался закрыть раздвижную дверь.

Похожий на длинную пулю поезд стремительно набирал скорость. Цезарь с радостью уступил ей место у окна и теперь, таращась в телефон, изо всех сил делал вид, что ничего не происходит, но бледность его лица выдавала его с головой. У него было слишком мало времени, чтобы привыкнуть к этим скоростям.

За окном проносился смазывающийся Мюнхен – и Виттория отчетливо понимала, что видит его сегодня в последний раз.

Город, где одновременно прошли и лучшие и худшие дни ее жизни.

Город, который навсегда останется местом, где жизнь разделилась на до и после.

Город, в который она не хотела возвращаться никогда.

Глава X

Города проносились за окнами меняющихся поездов. Разные, но такие одинаковые. Серые, но разноцветные. Залитые солнцем, но невыносимо холодные.

Одинаковые вокзалы, одинаковые перроны, постоянное чувство спешки и погони, что следует попятам. Остановись на секунду – и конец.

Казалось, что бешеная гонка заняла несколько дней – но, когда за дверями очередного вокзала, маленького и провинциального, показался такой же маленький, обшарпанный и больше похожий на деревню городок, оказалось, что прошло всего каких-то пять часов.

Яркое солнце слепило, напоминая о том, что стремившаяся по пределу к бесконечности зима все-таки подходила к концу[1].

Небольшая кучка людей с чемоданами быстро рассосалась среди узких улочек. То ли местные, то ли странные туристы, что предпочитали отрицать изменившуюся реальность и продолжали ездить на альпийские озера с упорством, достойным лучшего применения.

Они остались одни. Посреди луж и лысых, едва подернутых робкой молодой зеленью деревьев.

- Я, наверное, никогда не привыкну, - сложив руки на коленях, выдохнул бледный Цезарь.

Первые слова за всю оставшуюся позади дорогу. Высокие скорости явно не давались ему легко.

- Да ладно тебе, - Виттория попыталась улыбнуться. Получилось, наверняка, совсем не то, что она хотела, но он все равно даже не обернулся, - Просто слишком резкий переход. Я когда-то смотрела документалку про изобретение железных дорог, так там говорили, что люди вообще в обморок падали, когда первый раз садились на поезд.

Цезарь хмыкнул:

- Не удивительно.

- Удивительно, - не согласилась Виттория, - Тот поезд шел со скоростью чуть быстрее лошади, а все равно.

Цезарь помотал головой, но ничего не сказал – и разговор затух сам собой.

Повисшую тишину нарушил отдаленный звук шагов – и громкое урчание живота, заглушившее его полностью. Сердце забилось быстрее. В этом пустынном городке любые шаги казались предвестником погони – и скорых проблем.

- Слушай, - ожил Цезарь, поднимая голову. Шаги приближались, сердце билось все быстрее, и его слова едва долетали до ее ушей, - Давай зайдем куда-нибудь поесть. Я умираю с голоду.

Шаги были уже за углом. Она медленно повернула голову на звук.

Из-за поворота показалась тень.

- Виттория? – позвал Цезарь.

И…

Превратилась в мохнатую белую собаку. Спустя мгновение вслед за ней вышел хозяин – полноватый немецкий старичок, - и нервный, истеричный смех чуть было не сорвался с губ Виттории.

Дожила. Бояться даже не своей, а собачьей тени – это уже совсем финиш.

- Что там? – голос Цезаря раздался над ухом, и она непроизвольно вздрогнула от неожиданности.

- Не, ничего. Пойдем, конечно.

Есть совсем не хотелось, но ни одной причины не согласиться с ним Виттория не видела.

Дойти до ресторана они не успели. Стоило немного отойти от вокзала, через сквер, в сторону некогда многолюдной набережной, Цезарь замер и уставился вдаль.

Туда, где за лысыми деревьями виднелась уходящая за горизонт ровная водная гладь Боденского озера.

- Какого… – протянул он.

- Ты же говорил, что ты тут воевал, - Виттория пожала плечами, - Не видел раньше, что ли?

- Мы севернее переходили, - помотав головой, парировал Цезарь, - Зря мы сюда приехали. Здесь минимум пару часов плыть у всех на виду. Нас быстро поймают.

С этим выводом сложно было поспорить. Если бы не одно “но”.

- Гай, я, конечно, не сильна в географии Германии, но где-то ведь это озеро должно заканчиваться? Надо глянуть по карте.

Дурные зависимости всегда цеплялись быстрее всех остальных – и первым делом Цезарь тут же достал телефон и уткнулся в него. Но поиск не принес должного результата, и спустя какую-то минуту он оторвался от экрана и растерянно сказал:

- Он почему-то до сих пор мне показывает Мюнхен, - поворачивая телефон к Виттории.

Прищурившись от яркого, бьющего в глаза, света она с трудом смогла разглядеть карту.

- Нажми на стрелочку внизу. Должно подцепить местоположение.

Если номер все еще был жив. Если Карстена все еще не нашли и не признали мертвым.

Сердце болезненно сжалось от одной мысли.

Цезарь молчал, уткнувшись в телефон с самым озабоченным видом. Отгоняя от себя нехорошие мысли, Виттория украдкой заглянула к нему через плечо – и камень упал с плеч.

На экране был Фридрихсхафен. В верхнем углу виднелся вокзал, с которого они только что вышли, а красная стрелочка отображалась почти на берегу озера.

Номер был жив. Маленькая, но такая важная сейчас частичка привычного мира удержалась на волоске.

Официант – совсем молоденький парнишка – нарисовался возле их столика сразу же, стоило им сесть. Ни с чем не сравнимое удивление на его лице выдавало, что новых гостей здесь не было очень и очень давно.

Высокие налоги, вместе с границами и доступным дешевым отдыхом во внеземных колониях добили и без того едва шевелящийся туристический бизнес Альп еще до того, как Виттория вышла из школьного возраста, и о том, что когда-то все было иначе напоминали разве что пустующие многочисленные отели.

Приняв заказ, официант скрылся в зале ресторанчика, оставив их на веранде в полном одиночестве.

Телефон завибрировал в кармане. Виттория достала его и недоуменно уставилась на экран. Уведомление от LinkedUp, с одним единственным словом “вложение”. Палец коснулся всплывшего окошка. Приложение