Вторая Арена - Морган Райс

Бри смотрит на нее широко раскрытыми глазами.

– Ты, наверное, шутишь! – говорит она.

– Нет, она не шутит, – говорит Чарли. – У нее правда есть. Должно быть, ты ей сильно понравилась. Она не дает его даже мне. Она говорит, что мы бережем его для особого случая.

– Все верно, – говорит Фло. – Завтра начинаются игры. Вполне вероятно, что это наша последняя ночь.

– Я не понимаю, – говорит Бри Чарли. – Если у вас есть здесь еда, почему тогда ты был на кормежке, сражаясь за кашу среди остальных?

– Фло говорит мне самому искать себе пропитание, – отвечает он. – Она считает, что это закалит меня.

Фло залазит рукой в сумку и достает пригорошню зефирок; она ракладывает их по нашим протянутым ладоням. Она достает палочки; мы нанизываем на них зефир и жарим его на огне.

От запаха у меня текут слюнки. Я вытаскиваю из огня свои почерневшие зефирки, и медленно жую одну за другой, наслаждаясь их вкусом. Он наполняет каждую мою пору. Я бы съела еще тысячу таких, если бы могла.

Мои мысли снова переходят к завтрашнему дню, к арене. Мой желудок сжимается и я гадаю, что завтрашний день готовит для нас.

– Расскажи, как там, – говорю я Фло, которая сидит напротив меня и ест зефир. – На арене.

Фло долгое время не отвечает, а затем качает головой.

– Завтра они придут за нами очень рано, – говорит она. – Будьте готовы. Первый день не такой, каким будет казаться поначалу. Это будет скорее выживание, чем драка. Этого не понять, пока не увидишь сам. Но есть способы выжить, а есть способы умереть. Дам тебе один совет: не подходи к мостам. И держись подальше от края. Не пытайся убежать – это наиболее распространенная ошибка. Все хотят убежать. Оставайся спокойной. Не думай ни о драках, ни о победе. Думай о выживании. Просто помни: все не такое, каким кажется.

Я благодарна ей за совет, но пытаясь понять его, я все больше теряюсь и запутываюсь. Ее слова противоречат сами себе и я не знаю, что и думать.

– Я не совсем поняла, – говорю я.

– Ты и не сможешь, – говорит она, – пока не окажешься там.

– Я собираюсь выбраться отсюда, – говорит Чарли. Садясь рядом с Бри и жаря для нее зефирки, он ест свою порцию. Эта картина напонимает мне летние вечера у костра, когда мы лежали часами, глядя на звезды, когда все были в безопасности.

– Что ты имеешь в виду под «выбраться»? – спрашиваю я.

– Я собираюсь найти отсюда выход. По туннелю поезда. Я видел, куда они отправляются после разгрузки. Когда меня сюда привезли, мне удалось ускользнуть и я бежал какое-то время, пока меня не поймали. Я видел, куда ведет туннель. Там есть задний выход. Он находится за городом. Я видел их лодки. Я знаю, как туда добраться.

Мое сердце наполняется новой надеждой.

– Хватит пороть чепуху, – резко одергивает его Фло.

Лицо Чарли гаснет, повисает натянутое молчание.

– Я всего лишь пытаюсь сказать им… – начинает Чарли.

– Я уже достаточно наслушалась твоих историй, – говорит Фло. – Они просто смешны. Отсюда не выбраться. Даже если тебе это удастся, они выследят тебя и застрелят в два счета. Это верная смерть. Борьба на арене дает хоть какой-то шанс. Да и куда ты пойдешь? Думаешь, где-то есть прекрасный мир, который только и ждет, пока ты его найдешь?

Чарли разочарованно смотрит в пол, но затем снова поднимает глаза, в них горит надежда.

– Помнишь, что говорил папа? Про тот город в Канаде?

Я немедленно напрягаюсь, выпрямившись и прислушиваясь. Логан, Бен и Бри делают то же самое. Я в полнейшем изумлении. Неужели тот город действительно существует? Или это просто сплетня, небылица, передающаяся из уст в уста?

– Чарли, – прошу я, – повтори, что ты сказал?

Он поворачивается и неуверенно смотрит на меня: «Про Канаду?»

– Откуда ты узнал об этом? – спрашиваю я. – Это правда?

– Нет, конечно же, нет, – бросает Фло.

– Да, это правда! – настаивает Чарли.

– Это была одна из папиных фантазий, – говорит Фло.

– Нет, это не фантазия! – говорит Чарли. – Он это знал. Он там был. Он не врал. Нам нужно лишь поехать вверх по реке. В Канаду. Мы найдем его. Я знаю, где он. Папа сказал, что он у реки.

Чарли кажется таким уверенным и его история очень похожа на историю Логана. Это заставляет меня думать, что, возможно, город действительно существует.

Фло трясет головой.

– Как я и сказала, – говорит она, – живи в реальности или в фантазии, умрешь ты в обоих случаях.

Я обдумываю это.

– Что ж, если ты в любом случае умрешь, почему бы не жить в фантазии? – спрашиваю я ее.

Она встречается со мной глазами и я чувствую, что лед ее взгляда проникает прямо в меня холодным ветром. Я заставляю себя отвести взгляд, увидев дуновение смерти в ее глазах и осознавая, что вскоре она придет и за мной.

* * *

Я лежу без сна в темноте. Сейчас поздняя ночь; Бри свернулась у меня на руках, рядом лежит Логан, с другой стороны – Бен. Рядом с Бри сидит Чарли, они касаются друг друга головами. В метре от нас сидит Фло. Спят все, кроме меня. И Фло. Ее глаза широко раскрыты, она смотрит на угасающее пламя костра. Холодная, жесткая, неустрашимая. По ней видно, что она почти никогда не спит. Воин до мозга костей, она всегда настороже.

Я же и хотела бы заснуть, но не могу, мысли мои скачут с одного на другое без остановки. Я продолжаю думать о завтрашнем дне, о том, что там будет. Если бы я только могла подготовиться, возможно, я бы почувствовала себя уверенней. Но Фло вряд ли что-то еще расскажет мне и я ценю то, что она уже сказала. Я снова и снова прокручиваю ее слова в голове. Не подходи к мостам. Держись подальше от края… Что же это значит?

Я решительно настроена выжить. Выжить ради Бри, Бена и Логана. Я смотрю на последнего: кажется, ему немного полегчало, лекарство сработало. Но до утра ничего не будет понятно.

По крайней мере, здесь тепло и мы сыты. По иронии судьбы то, что нас схватили охотники, спасло нам жизни. Я понимаю, что мы бы не пережили еще одного дня в диких условиях, это уж точно. Странным образом они продлили нам жизнь. По крайней мере, ненадолго.

Я смотрю на Бри, которая свернулась у меня на руках. Я так хочу защитить ее, укрыть от всего этого, как-нибудь заставить охотников держаться от нее подальше. Но я знаю, что ничего не получится. Я ломаю голову, размышляя над этим. Но я в тупике.

Я сижу так несколько часов, понимая, что должна спать, должна отдохнуть перед завтрашним днем. Но я не могу. Я стараюсь изо всех сил, и в какие-то мгновения мои веки действительно тяжелеют, подбородок опускается – но я проваливаюсь в тяжелый, неглубокий сон, в котором папа кричит на маму. И я тут же просыпаюсь, готовая к бою, в темной тишине.