Честь и верность - Эндрю Р. Кейт

Муванг и Ватанака обменялись задумчивыми взглядами.

– Дезертирство, – предположил оператор. – Похоже на дезертирство…

Ватанака опустился в кресло перед пультом управления.

– Он выбрал чертовски неподходящее место, чтобы дезертировать, – произнес он.

Сержант выразительно пожал плечами.

– Cafarde, – ответил он.

Ватанака кивнул. Французское слово «lе cafarde» значило «таракан» и выражало неподдающийся никакому объяснению хаос, царящий в Легионе практически с самого момента его основания. В этом слове смешались все оттенки скуки, смятения и нестабильности, которые пробуждали в человеке желание действовать самым невероятным образом. Этим словом легионеры называли самоубийства, драки и большую часть дезертирства – люди попросту сходили с ума – все это было «cafarde». Суеверные легионеры утверждали, что «lе cafarde» – это какое-то насекомое, которое по ночам заползает в ухо человека и разговаривает с ним.

На Полифеме «lе cafarde» стал настоящей проблемой, поскольку монотонная рутина службы буквально сводила легионеров с ума. Однако Тресси не походил на человека, способного сломаться.

Муванг отвернулся, чтобы набрать на панели новую команду. Он приложил к уху наушники.

– Сержант Глоссер сообщает, что его люди готовы, сэр, – произнес он. – Какие будут приказания?

Ватанака не отрывал взгляд от монитора. Он растерянно вглядывался в изображение пустой каюты. Тресси был вместе с ним на Ханумане, был одним из немногих выживших. Он сам назначил Алана на должность ком-техника. Это выглядело как предательство…

– Сэр? – настаивал оператор.

Ватанака взглянул на сержанта.

– Может, Тресси любил прогуливаться перед сном по платформе, чтобы побыть наедине с собой? – осторожно спросил он. Муванг колебался.

– Да… сэр, возможно. Правда, я не знаю, по какой именно…

– Тогда проверь изображение с камер всех платформ, сержант, – возбуждение делало его голос резким. Если он прав…

Муванг начал быстро набирать серии команд на пульте.

– Ничего… ничего… Черт! От камеры, установленной на кормовой платформе, не поступает изображение. Должно быть, она выведена из строя.

Ватанака склонился над пультом, включая переговорное устройство.

– Сержант Глоссер, возьми взвод и двигай на кормовую платформу. Ждите меня там!

Муванг с удивлением уставился на командира.

– Может, не стоит, сэр…

– Кто-то поднял тревогу, сержант. Тресси – единственный, кто может быть причастен к этому.

Если бы он действительно хотел слинять, то непременно вывел бы из строя камеру, чтобы мы не смог ли проследить за ним, – Ватанака выскочил из ком-куба, в глубине души надеясь, что его догадка неверна.

Капрал Дмитрий Ростов опустился на колени и осторожно заглянул за угол. Широкий коридор, выходящий на платформу дока, был совершенно пуст. Дверь – плотно задраена. Ростову очень хотелось надеяться, что не придется охотиться на призраков. Сирена тревоги сладкой музыкой раздавалась в ушах ветерана, она обещала желанные опасности, которые так необходимы, чтобы развеять ужасную скуку.

Ростов оглянулся я махнул своим товарищам по отделению.

– Вруурт… Слик… коридор свободен. Двигайтесь вдоль стены.

Легионер Джон Грант – Слик для своих товарищей – кивнул и бесшумно проскользнул к Ростову. Гигант с Гвирра Вруурт медленно последовал за ними. Ростов не сдержал улыбки, появившейся на его лице от смешного контраста между стройным, худощавым юношей и массивным гвиррианцем[16]. Они трое образовали сплоченную команду еще на Ханумане.

Появились ещё двое из лэнс-отделения[17]Ростова, недавно прикомандированные ко взводу. Легионер первого класса Джуди Мартин – испытанный в боях ветеран. Девушка держала в руках лазерную снайперскую винтовку, как будто родилась вместе с ней. Другой легионер – Джеймс Аурига – новобранец, прибывший прямо из тренировочного центра на Дэвро[18]. «В подразделении, – подумал Ростов, – этот представляет низшую форму жизни. И останется таким, пока не докажет, что способен стать достойным бойцом Легиона».

– Прикрой их, Мартин, – приказал капрал. – Слушай, шишка[19], когда пойду я, пойдешь и ты. Понял?Аурига кивнул. Он не выглядел смышленым, но отличался особым старанием, которое обычно ценилось в Легионе куда выше.

Ростов еще раз осторожно выглянул из-за угла и подал сигнал Вруурту. Гвиррианец размашисто кивнул и открыл люк. Как и остальное оборудование корабля, люки были установлены тоэлнжуками для мирных целей, открывались вручную и были рассчитаны на их приземистые тела. Вруурт толкнул люк плечом, и тот с грохотом распахнулся. Слик внимательно следил за гвиррианцем, приведя ФЕК[20]в полную боевую готовность. Следом за товарищем он изящно скользнул в открывшийся проем и ловко выкатился на платформу, где замер и огляделся. Утонченный маневр напоминал скорее балетную сцену.

Слик привстал на одно колено и переключил ФЕК на автоматический огонь. Поток смертоносных игл понесся к невидимым целям.

– Отделение! – рявкнул Ростов, мгновенно оказавшись на ногах. Он стремглав ринулся к люку на помощь юному легионеру. Тяжелые сапоги Ауриги загрохотали у него за спиной.

Нажав на кнопку, включающую радиокоммуникационное устройство в шлеме, он вызвал сержанта Глоссера.

– У нас здесь плохие парни, серж! Готовь подмогу!

Ватанака вслушивался в разговор между подразделениями, подключившись через комлинк, вмонтированный в шлем. Он давно уже стянул парадный берет. Субалтерн поспешно двинулся по коридору, пригибаясь, чтобы не удариться о низкий потолок, рассчитанный на рост тоэлджуков. Без шлема Ватанака свободно проходил под балками, не опасаясь узких люков, но компьютер и передатчик, вмонтированные в шлем, прибавляли к его росту три лишних сантиметра.