Пупсик - Андрей Анатольевич Федин

— Просто убей меня.

— Не могу. Что скажут люди? Ты совершил во имя любви подвиг, а я оставила тебя без награды?

— Соврешь им что-нибудь. Ты это умеешь.

— Ты очень дерзок, колдун! — сказала Сионора. — Но… я придумала тебе награду. Я дам тебе новую жизнь.

— Зачем?!

— Чтобы ты научился уважать женщин.

Вступление второе

— Суинская коллегия! да помню я свое обещание! — сказал архимаг Северик.

От волнения у меня пересохло во рту.

— И… когда? — спросил я.

— Напомни, каков был наш уговор?

— Я служу вам сто лет. А за это получаю в награду новую жизнь в другом мире. Вы обещали, что в том мире я буду мужчиной и сохраню все те знания, которые получил за прошедшее столетие.

— Все верно.

— И когда я… умру?

— Ты отвлекаешь меня глупыми разговорами, — сказал архимаг. — Разве я дал тебе повод усомниться в моих словах?

— Нет, господин, — сказал я. — Но сегодня исполняется ровно сто лет с того дня, как вы переместили мою сущность в это тело. Я честно служил вам все это время.

— Я знаю, — сказал Северик.

Он нахмурился.

— Суинская коллегия! до окончания столетнего срока осталось восемь часов. Еще можно успеть сделать многое. У тебя нет работы на это время?

— Есть, господин, — сказал я.

— Так займись ею! — сказал архимаг.

Я поклонился, развернулся, чтобы уйти. И тут услышал его слова:

— И знаешь, Сигей,… никогда бы не подумал, что скажу это, но я буду по тебе скучать. Это правда. За это столетие ты стал мне настоящим другом. Иди, работай.

Глава 1

Меня зовут Сергей Максимов, и я… не трансвестит!

Хотя, любой, кому посчастливилось бы увидеть меня сейчас, подумал, что я лгу.

Во-первых, меня теперь зовут Нарцисс (все знакомые в этом мире, кроме воспитателя, называют меня «пупсик»), и я единственный принц королевства Уралия (нет, не наследный — наследуют трон здесь исключительно по женской линии). А во-вторых, судя по моему внешнему виду, именно на трансвестита я и похож. А кто еще носит шелковую рубаху с кружевными манжетами и воротником, тонкие колготки и толстый слой косметики на лице?

— Принц, вам нужно добавить румян, — сказал Жасмин. — Вы кажетесь очень бледным. Что подумает ваша жена? Она может решить, что вы больны!

Стиль одежды моего воспитателя Жасмина — сорокалетней располневшей особи мужского пола — напоминал мой: те же колготки, кружева и яркая помада на губах.

— Румяна невкусные, — ответил я.

— Их нельзя есть, — сказал мой воспитатель. — Они нужны для того, чтобы сделать вас красивым.

— Я и так красивый!

— Безусловно! Но наша цель — сделать вас еще прекраснее! Чтобы у вашей жены при виде вас захватывало дух! Она ни на миг не должна усомниться в том, что ей достался самый лучший мужчина на свете!

— Я самый лучший!

— Несомненно, мой принц! Несомненно!

Я зажмурил глаза, позволяя Жасмину щекотать мое лицо кисточкой. За те недели, что нахожусь в этом мире, я уже привык к тому, что мое лицо используют в качестве холста для рисования.

«А может, воткнем эту кисть ему в глаз?» — предложил Ордош, вместе с которым я, Сергей Максимов, делил тело принца Нарцисса.

«Зачем?» — мысленно спросил я.

«Получим немного магической энергии. Если поинтересуются, скажешь, что это несчастный случай. Вон как нас трясет».

Карета подпрыгивала на каждой кочке, заставляя меня то и дело клацать зубами.

Похожую поездку я пережил в своем первом мире в то лето, когда окончил школу и подрабатывал дорожным рабочим. Нет, тогда была не карета, а грейдер, в кабине которого я возвращался в город, сидя на металлическом ящике для инструментов. Ощущения во время этих двух поездок казались очень схожими.

— Ну, вот! — сказал Жасмин. — Совсем другое дело! Никакой бледности! Щечки как наливные яблочки!

«Жалко его убивать, — ответил я Ордошу. — Да и не способен я на убийство. Я уже говорил тебе об этом. Убивать я не хочу и не умею».

«Не переживай, — сказал бывший колдун, — еще научишься. Как только встретишься с женой, так сразу и захочешь этому научиться. А пока терпи. И изображай… эту свою… блондинку».

* * *

В первом мире — в том, где я родился — я прожил чуть больше двадцати лет. Но именно там произошли основные события, задержавшиеся в моей памяти: детский сад, школа, два курса университета, там же случилась и первая любовь.

В том мире я умер. Во время лекции по высшей математике у меня закружилась голова, в глазах потемнело, я потерял сознание…

А в новом, куда переместился мой разум, я увидел хмурое лицо архимага Северика.

— Суинская коллегия! — сказал он, — понадобилось не так много энергии. С каждым разом у меня это получается все лучше.

— Что получается? — спросил я.

— Перемещать любопытных идиотов к себе в башню. И что ты за протопопл?

— Что?

— Как твое имя, любознательный?

— Сергей Максимов.

— Сигей, значит, — сказал мне тогда Северик. — Следующие сто лет, Сигей, ты проведешь в этой башне.

— П…почему?

— Мне нужен новый помощник. Кто-то, кто будет следить за порядком в башне, готовить еду и помогать в лаборатории, когда Винис меня покинет. Кто-то, кто никак не связан с Семьями нашей страны. И, желательно, чтобы этот кто-то был из другого мира: только в этом случае я буду уверен, что на него не смогут как-либо влиять, и не буду опасаться удара в спину.

— А… где я? Сколько сейчас времени? Я успеваю в универ на первую пару?

— Суинская коллегия! тебе больше не нужно никуда торопиться, Сигей. В ближайшие сто лет ты не сможешь покинуть мою башню. Теперь твой дом здесь. Именно в этих стенах ты будешь жить, учиться и работать. И лишь через век я дарую тебе свободу.

* * *

Я отодвинул на окне кареты штору, выглянул наружу. Яркий солнечный свет. Небо с редкими белыми пятнами облаков. Листва кустов и деревьев, пятна цветов на ковре зелени — типичная природа средней полосы моего первого мира.

Женщина офицер, гарцующая на белом коне напротив окна кареты, приосанилась, заметив меня, покровительственно улыбнулась и прикоснулась двумя пальцами к козырьку нелепого головного убора, выполняя воинское приветствие. Я прикрыл нижнюю часть лица веером, скрыв от женщины ухмылку. Потом отвернулся от окна, почувствовав на языке мерзкий вкус помады, и сплюнул на пол.

— Принц Нарцисс! — скрипучим голосом сказал краснощекий Жасмин. — Вы ведете себя, словно деревенская женщина. Не забывайте, что являетесь