Эльнара - Феличе Риварес

Я зашагал по направлению к выходу, внезапно надо мной замерцали фонари, освещая пушистые кроны деревьев и…я заметил ее. Она лежала в траве, ее волосы неровным обручем пластались вокруг головы, они распушились видимо от сырости. Ее бежевая юбка почти доходила до щиколоток и плотно облегала талию, на нее слегка надвигалась черная рубашка, последние две пуговицы были расстёгнуты и обнажены ключицы. На ногах были белые кроссовки с высокой подошвой. Она не двигалась и черными, густыми как смола зрачками прожигала темноту. Я подошел ближе и, хотя сильно продрог, лег подле нее, сам не знаю почему. Она повернула ко мне лицо и представилась, я сделал то же. Мы молча продолжили лежать и смотреть в беззвездное небо над нами. Когда мы встали и дрожа от холода, обнявшись побежали в подземку, я уже знал, что люблю эту женщину и буду любить до конца жизни.

Эдмунд кончил и затушил сигарету, прикрыл форточку и вкрадчиво посмотрел на Зинура

— Ты хочешь ее вернуть?

— Я не могу

— И на что же ты рассчитывал?

— Уже неважно. Теперь это невозможно.

— Я не отстану. Предположим, ты действительно можешь меня контролировать, что потом?

— Я думал — его голос задрожал — я думал встретиться с ней, увидеть ее снова и может быть стать для нее тем, кем не сумел раньше…

— Забавно, но это уже когда ты узнал об «Аватаре». А изначально? Чего ты хотел?

— Того же, мне обещали, что я смогу видеть и чувствовать то же, что и ты

— А ты повелся? — Зинур снова бестактно расхохотался — до чего же глупы отвергнутые поклонники!

— Может быть, — Эдмунд глубоко вздохнул — все это уже не имеет смысла

— Не совсем справедливо… — сказал довольный откровенностью собеседника Зинур с усмешкой в голосе

— Сгинь! Чего ты хочешь от меня! — вдруг Эдмунд рассвирепел, на себя, но осознать этого он не мог и был готов выместить злобу на ком-угодно.

— Успокойся. Я могу дать тебе то, что ты ищешь. Сейчас мы разбудим и выпроводим твоего друга, затем сядем и заварим хороший ароматный кофе, потому что я устал от той бодяги, которой меня периодически раньше потчевали в агенстве. Затем мне понадобится твой телефон и твои навыки фотографа.

Они проговорили так еще много часов, споря и не приходя к компромиссу, упрекая друг друга и взвинчивая накал дискуссии до предела. За это время они успели поделиться множеством личных историй и воспоминаний, и наконец, прийти к соглашению.

Глава 3

Зинур в сером велюровом пиджаке стоял возле стойки ресепшена и о чем-то задумавшись глядел на вазу с гортензиями. Почувствовав, что его правая нога начинает стремительно неметь, он спешно сменил позу и обратился к официантке, которая уже успела подойти

— Бронь на имя Зинура Давлетханова

Девушка заискивающе улыбнулась, как бы извиняясь за задержку и проводила гостя в гардеробную. Зинур оставил верхнюю одежду и заторопился к своему столику. Ресторан был забит под завязку, за окнами валил пушистый снег и Зинур невольно остановился чтобы поглядеть сквозь стекло на Рождественскую сказку и на мгновение почувствовал будто очутился в музыкальном шаре, на деревянной полке, ожидая, когда какой-нибудь непоседливый ребенок встряхнет его жилище и мириадами белых хлопьев захлебнется все вокруг и слащавая мелодия наполнит шарик магией и огнями.

Пока он мечтательно разглядывал снежный пейзаж, со спины его окликнули. Это была Эльнара. За последние две недели, Зинур узнал все об этой девушке, прослушал десятки ее описаний, изучил ее хобби и привычки, манеру держаться и вести себя в обществе, но когда увидел ее вживую, застыл словно Шигирский идол и был не в силах вымолвить хоть слово.

— Зинур? Мне очень приятно. Присядем?

Они сели. Заказали треску под икорно-ванильным соусом и вермут. Повторили вермут и решили выбрать подходящий десерт. Зинур точно знал, что она любит и подозвав официанта, почти с гордостью произнес

— Чизкейк с голубикой для дамы и парочку шоколадных эклеров. И принесите нам гранатово-облепиховый чай. Спасибо.

Эльнара изумленно улыбнулась и даже изобразила аплодисменты, Зинур благодарно поклонился и пригубил наполовину опорожненный бокал

— Как ты догадался?

— Интуиция

— Больше похоже на колдовство — Зинур не мог понять скрытую амбивалентность ее взглядов и жестов, и он не мог ими не восхищаться.

— Ты сегодня чудесно выглядишь

— Ты уже говорил — она игриво взвела брови и приподняла уголки по-детски пухлых светло-розовых губ — ты сегодня сам не свой

— Почему ты так решила? — он тоже захотел улыбнуться, но вышло натянуто и искусственно

— Пишешь ты иначе

— Мы все пишем иначе чем говорим, хотя твоя вездесущая ирония никуда не пропала

— Это плохо?

— Может для кого-то, но точно не для меня

Она снова лукаво прикрыла глаза и коснулась его руки свой гладкой ладонью. В этот момент, Зинур, который до той поры сдерживался, потерял контроль над своим рассудком и ситуацией. Он забыл про Эдмунда, забыл про обещание, забыл про план. Перед его глазами все плыло, люди смешивались с мебелью, цвета друг с другом в причудливой палитре, четким оставалась только одна Эльнара.

— Что-то не так? — она спросила беспокойно

— Все идеально, ты идеальна

Эльнара придвинула свой стул к нему и положила свою голову ему на плечо. Ее волосы пахли маслом со вкусом акации и меда, на часто вздымавшейся груди отражал свет серебряный медальон с полумесяцем, а ее черные глаза словно поглощали его, округлые щеки и прямой нос, ее густые ресницы, ее изящная, словно из мрамора шея двоились у Зинура перед глазами.

Ее губы потянулись к нему, его сердце судорожно забилось, он побледнел и все же притянул к ней свое лицо, но вдруг встал из-за стола и сославшись на плохое самочувствие выскочил на улицу, в метель. На скользком тротуаре его чуть не сбил с ног, внезапно нагрянувший кашель. Он посмотрел себе под ноги и увидел кровь. Зинур достал платок и протер свои губы. Он простоял на морозе еще несколько минут о чем-то задумавшись и вернулся в душный ресторан.

Эльнара проводила его встревоженным взглядом и бросилась ему навстречу

— Что случилось? Ты болен? У тебя нездоровый вид

Зинур действительно весь позеленел, вспотел и дрожал как в лихорадке. Эльнара даже испугалась не рухнет ли он в обморок.

— У тебя какой-то припадок?

— Прошу, присядь. Все в порядке.

Он почти насильно усадил ее и продолжил говорить уже более спокойно, хотя и неуверенно

— Мне нужно тебе кое-что сказать, вернее