Третий сон - Дмитрий Пальчиков

– Век бы тебя не видел, Пантера, – процедил сквозь зубы Конрад.

– Злой ты, сержант, – очаровательно улыбнулась девушка.

– Есть на то причины. Что вам тут нужно?

– Пройти, не более того. Слышишь перестрелку на улице? Так вот, это по нашу душу. Скоро законники будут здесь.

И будто в подтверждение слов Киры, часть стены за спинами ворвавшихся разлетелась на куски. Все инстинктивно пригнулись. К счастью, никто не пострадал. Со второго этажа послышались крики и топот людей.

С улицы раздался голос, усиленный громкоговорителем:

– Выходите с поднятыми руками, здание оцеплено!

Здоровяк, названый Кирой Вацем, вновь направил пулемет на Конрада.

– Хватит разговоров. Либо помоги уйти, либо не мешай.

– Охранник снаружи, – кивок в сторону выхода, – что с ним?

– Был без сознания, – ответил из-за спины командира коротко стриженый парень, таким тоном, будто ему очень стыдно. – Я издалека отключил его. Пол часа отдохнет, перезагрузится и будет в норме. Если полиция не тронула, конечно.

– Так ты поможешь? – спросила Кира. Взгляд жалостливый, как у щенка. Кэссиди знал этот взгляд, знал, что там нечего жалеть. Но при этом, кивнув своим мыслям, сказал:

– Бегом за мной! В подвале есть ход, уйдем через него.

И хотел уже направиться в указанном направлении, как с пола напомнил о себе Вийс.

– Кэссиди, ты что творишь? Сдай этих ублюдков полиции!

– Заткнись! – крикнул ему командир и, подойдя вплотную, пнул попытавшегося отползти от него Вийса в голову, моментально вырубив.

Здание сотряс новый взрыв, стекла в окнах осыпались на пол.

– Его нельзя оставлять в живых, он нас сдаст… – начал было бородач, но Вац прервал его речь:

– Нет, он нам ничего не сделал. Всё, отставить разговоры, – и, обращаясь к Конраду. – Веди!

Кэссиди развернулся и припустил в сторону подсобного помещения. Там, открыв дверь, он пропустил вперед раненого, поддерживаемого парнями, Киру и вошел сам. Вац шел последним, смотря то на Кэссиди, не направит ли тот пистолет, всё еще зажатый у того в руке, на его товарищей, то на вход, в который вот-вот должны были ворваться гвардейцы канцлера.

– Туда, – указал Кэссиди на лестницу, ведущую вниз, и обойдя всех, сам первым спустился по ней. Внизу находилась металлическая дверь с герметичным затвором. Так же открыл ее, чтоб все могли пройти. Очутившись в подвале, он включил свет и пошел вдоль стеллажей, заваленных каким-то хламом. Зайдя за один из них, присел, откинул в сторону старый пыльный ковер, под которым оказался квадратный лист железа на петлях. Подцепив пальцами край люка, Конрад откинул его и немного пошатнулся от ударившего в нос резкого затхлого запаха.

– Вот ваш выход, – указал на темный зев в полу Кэссиди. – Кто первый?

Товарищи начали переглядываться, в глазах у них читалось откровенное сомнение.

– Если не хотите, можете вернуться к господам наверху, – усмехнулся Конрад. – Судя по топоту, они очень жаждут с вами познакомиться.

– Ты первый, поможешь спустить Штайна.

– Черта с два! – возмутился Кэссиди. – Мы так не договаривались.

– Я не собираюсь с тобой договариваться, – зло бросил Вац, и поведя в сторону проема в полу стволом пулемета, сказал, – и спускаться в неизвестность первым тоже не собираюсь.

Пулемет снова был направлен в грудь Конрада. Тот спокойно поднялся:

– Пукалкой своей будешь детей в песочнице пугать…

– Эй, мальчики, перестаньте! – встала между спорщиками Кира. – Сейчас не время и не место для споров.

– Я пойду первым, – вдруг подал голос короткостриженый. – Осмотрюсь, что там и помогу с Томасом. Кира, смени меня, пожалуйста.

Девушка подхватила раненого под правое плечо. Паренек вопросительно посмотрел на командира отряда. Тот кивнул. Неожиданно раздался грохот автоматной очереди, заверещали люди. Конрад вдруг вспомнил о Доус и разозлился на себя, подумав о том, что если с ней что-то случится, это будет всецело его вина.

– Давай, Питер. Спускаешься, смотришь, что там, докладываешь.

Скрестивший руки на груди Конрад процедил:

– Там канализация. Проверяйте, если времени не жалко, – и демонстративно отошел от спуска.

Питер присел у края, вытащил из-за пояса карманный фонарик и посветил вниз.

– Действительно похоже на канализацию.

Парень перевесил висевший до того на груди короткий автомат неизвестной Конраду модели за спину. Сел на пол, свесив ноги в проем и схватившись руками за край, проворно опустился в темноту. Послушался глухой звук и всплеск. Осветив фонарем пространство вокруг себя, он крикнул, подняв голову к проему:

– Канализация, уходит на север и юг.

– Принял, – ответил Вац. – Спускаем Штайна.

Кира и молчаливый бородач подтащили раненого к проему и начали аккуратно спускать. Питер снизу схватил бойца за ноги. Спуск вышел не совсем удачным. Раненый чуть не свалился в грязь, когда Кира и бородач отпустили его руки, но Питер всё-таки удержал себя и несчастного на ногах.

Следом в проем спрыгнули бородач и Кира, на пару секунд задержав свой взгляд сначала на Конраде, потом на командире, но при этом ничего не сказала.

Когда девушка скрылась в проеме, Конрад сказал:

– Ты следующий. Я замету следы.

– И с чего мне тебе верить? Закроешь люк и сдашь нас гвардейцам.

– Ни с чего. Я и так сделал для вас больше, чем следовало. До твоей веры мне дела нет. Так ты спускаешься или и дальше будешь строить из себя крутого?

Злобно зыркнув на Кэссиди, Вац молча спрыгнул в люк.

– Так-то лучше, – выдохнул Конрад.

Этот ход Конрад обнаружил на второй день после устройства на новую работу. Новичка решили разыграть и закрыли в подвале, отправив туда под предлогом помощи девочкам из офиса в поднятии канцелярии. Бродя в поисках выключателя между стеллажами, освещая себе путь индикатором заряда на протезе, Кэссиди споткнулся о тот самый люк и повалился на пол, изгваздавшись в пыли. Встав и кое-как отряхнувшись, он хотел было убрать с дороги то, обо что, похоже, испортил туфли, но почувствовал сопротивление. Послышался скрип заржавевших петель. Поняв, что это возможный выход из ситуации, Конрад поднатужился и открыл импровизированный люк полностью. Судя по запахам, это была канализация. Спрыгнув вниз, Конрад выбрал наугад направление и пошел до ближайшей лестницы, ведущей на поверхность. Выбравшись на улицу недалеко от клуба и осмотрев то, во что превратилась его одежда, бывший военный впал в ярость и бегом вернулся в клуб. Шутникам пришлось раскошелиться на новый костюм, извинения и услуги челюстно-лицевой хирургии.

Этот лаз навел Конрада на некоторые интересные мысли. Успокоившись и отведя душу, Конрад позже ночью спустился в канализацию там, где выбрался на свободу.