Наг - Терин Рем

— Как же ты его будешь целовать? — ехидно спросила Софи.

— Не знаю, может, и не буду, — пробурчала я, подходя все ближе. — Дай мне камень, темно ничего не видно.

Софи протянула мне светильник. Я подняла кулон повыше, стараясь разглядеть во мраке клетки нага.

— Он обнаружился в дальнем углу. Со дня нашей встречи змей сильно похудел, напоминая не грозного воина, а заморенного голодом животного — тощий, грязный, сгорбленный от холода, он выглядел жалко, но с интересом и без агрессии наблюдал за нами.

— Фууу, какой он. Неужели ты и правда, его поцелуешь? Беее, — ерничала Софи, а мне стало нестерпимо стыдно за подругу.

Наг опустил голову и отвернулся к нам спиной, отползая в самый угол клетки.

— Эй, ты разумный? — тихо крикнула я, стараясь привлечь его внимание. Мужчина вздрогнул, но не обернулся, закрывая уши руками. Ему стыдно? Стыдно, что мы видим его таким?

— Кончай этот цирк, Ди, нужно выбираться. Ты все равно не станешь целовать это грязное страшилище, — тихо сказала бесцеремонная Софи, заставляя и без того смущенного нага буквально съежиться.

— Замолчи, Софи. Он не виноват в том, что с ним так обращаются, — прикрикнула я на подругу. — Если ты меня понимаешь, то подойди к нам, — без особой надежды позвала я нага.

Змей обернулся и с какой-то грустной усмешкой посмотрел на меня, но отрицательно покачал головой, показывая, что не подойдет.

Я уже развернулась было уходить, но свет упал на грустные золотые глаза и сердце снова дрогнуло.

Он ведь все понимает, а с ним, как со зверем. Эльфы лишили его не только свободы, но и права считаться разумным. Еще и мы со своим любопытством. Я вынула камень лиера и стала водить им по решетке в поисках замка, чтобы открыть клетку.

— Ты что творишь? — зашипела подруга, пытаясь забрать у меня подвеску, но я только оттолкнула девушку. — Дура, даже если он не дикий, то это преступление. Одно дело — шалость, посмотреть на нага, а другое выпустить его. Нас либо он убьет, либо лиер.

— Уходи. Я сама все сделаю, — тихо сказала я, продолжая поиски замка.

— Как я уйду без твоего пропуска? Сумасшедшая! — ругалась Софи, но я все решила.

Моя рука нащупала какой-то узел внизу решетки, когда кулон коснулся его, замок с громким щелчком открылся, и дверь с противным скрипом отворилась.

Наг в неверии уставился на меня и пополз к выходу, а Софи, громко взвизгнув побежала прочь по коридору.

Мне было страшно. Сознание как будто раздвоилось: внутри была какая-то иррациональная уверенность, что змей мне не навредит, но чувство самосохранения напоминало то, с каким остервенением и силой наг пытался разбить прутья, чтобы выбраться на волю в прошлый раз.

Я опасливо попятилась, а мужчина поднял руки ладонями вверх, показывая, что не планирует нападать. С тихим шелестом узник выскользнул из клетки и пополз ко мне, вызывая дикое желание убежать, но настороженный, понимающий взгляд золотых глаз успокаивал, лишая бдительности. Оставив расстояние между нами в пару шагов, наг показал на зажатый в кулаке кулон, и ткнул пальцем в ненавистную ему полоску коричневой кожи на шее.

Я протянула подвеску, предлагая ее взять, но змей убрал свои руки за спину, а потом снова указал на мой кулак и свою шею.

— Ты не можешь взять кулон, но хочешь, чтобы я коснулась им этого ошейника? — спросила я, пытаясь понять его пантомиму.

В ответ наг активно закивал, болтая колтунами свалявшихся длинных волос.

Не без опаски, я протянула руку и дотронулась до шеи нааганита, легонько касаясь расцарапанной кожи. Мужчина вздрогнул, а потом ошейник стал более объемным и отвалился от нага, вызывая у него облегченный вздох.

Наг радостно посмотрел на меня и отрыл рот, как будто хотел что-то сказать, но из горла вырвалось только сдавленное хрипение. Мужчина задумался, но потом кивнул каким-то своим мыслям.

— Надо выбираться отсюда, — сказала я.

Змей уверено кивнул и довольно шустро пополз впереди меня. На первом же повороте он хотел завернуть не туда, и мне пришлось его окрикнуть.

— Постой, ты не знаешь дороги. Я пойду первой. Не представляю, как мы проведем тебя незаметно через город, — пробурчала я, до конца еще не понимая, как это решение изменит мою жизнь.

Софи ждала меня возле дверей, ведущих к выходу из Магистериума, но, само собой, не могла уйти без ключа. При виде ползущего за моей спиной нага, девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, ведь раз я жива и цела, то змей все же не дикий.

— Открывай быстрее, — буркнула она, опасливо отодвигаясь подальше от нага.

Улица встретила нас морозной темнотой.

Змей зябко ежился и дрожал от холода. Я протянула ему свою куртку, сбрасывая ее с плеч, но наг резко отпрянул, не позволяя накинуть одежду на себя.

— И куда мы его денем? И как проведем туда, он ведь заметный и голый, — как-то брезгливо сморщилась Софи, но помощь пришла неожиданно в лице Ингерда в сопровождении моего папы.

— Бегом в экипаж, — крикнул отец, открывая дверцу.

Софи заскочила молнией, а наг колебался, я же ждала когда он заберется.

— Чего ты медлишь, давай быстро, — поторопил нага отец, смело хватая змея за руку и волоча за собой к карете. Если бы наг сопротивлялся, то у папы наверняка бы ничего не вышло, но мужчина покорно залез в карету и мы двинулись в неизвестном мне направлении.

Я стянула со своего сидения шерстяной плед и осторожно укрыла плечи змея, за что получила от мужчины благодарный взгляд.

Пару минут мы ехали молча, потом змей спохватился и начал хрипло шипеть, не в силах справится со своим голосом.

— Что такое? — спросила я.

Наг начал активно махать руками, показывая на мой кулон и на окно.

— Ты хочешь, чтобы я выбросила амулет? — в ужасе спросила я.

Нет, я люто ненавидела этот символ принадлежности лиеру, но меня строго настрого предупредили, что последствия за избавление от этой штуки буду самыми неприятными, а лиер не производил впечатления эльфа с хорошим чувством юмора, хотя я веселых эльфов вообще еще не видела.

Немного поколебавшись, я приоткрыла окно и выбросила камень, услышав сдавленный «ох» от Софи. Она только сейчас поняла, насколько серьезно мы влипли.

Глава 3

Карета скрипела и подпрыгивала на выбоинах и ухабах, которых становилось все больше. За окном глубокая ночь, и разглядеть в каком направлении мы двигались, не удавалось, только мелькающие разлапистые ели иногда хлестали по стеклу, намекая на то,