Амарант - Мигель Аррива

Вышибала на входе приветливо кивнул Амаранту. Тот ответил улыбкой.

Барная стойка вишневого дерева, отполированная тысячами рук и натертая барменом, сверкнула, когда наручные часы Амаранта отразились в ней.

– Добрый вечер, Шон, – сказал он. – Мне вина, пожалуйста.

– Добрый вечер, сэр, – ответил тот. – Может быть, коктейль?

– Нет. – Амарант с улыбкой покачал головой. – Просто вина.

Шон отлично знал, что он так скажет. Этот человек каждый вечер приходил сюда и заказывал одно и то же. Однако бармен всегда спрашивал. Клиент был странным, но не более того. «Лилию», бывало, посещали и похлеще. А этот просто сидел, потягивал вино и наблюдал за публикой. Часто к нему подходили девочки, иногда он подходил, а потом они вместе удалялись. Обычный клиент.

Амарант взял бокал за тонкую ножку, задумчиво повертел в руке, любуясь красными всполохами. Ничто на свете он не любил так, как наблюдать. Неважно, за чем – за игрой вина в бокале или за людьми. За вспышками ночных огней за стеклами своего автомобиля. За тем, как идет дождь. Правда, при этом предпочитал оставаться в комнате, где жарко горит камин. Все-таки демоническая сущность многого не позволяла.

Амарант. Цветок, в народе носящий название «бессмертник», вдохновил мать назвать так своего ребенка. Имена демонов всегда несли в себе тайный смысл и влияли на судьбу своего носителя. Люди давным-давно забыли о могуществе, которое несло в себе имя, и поэтому называли детей просто красивыми словами, не задумываясь о том, что когда-то от него зависела целая жизнь.

Сегодня в баре было не очень людно. Трое у бильярдного стола, четверо, включая его, у стойки. Все столики свободны. Из подвала не доносилось ни звука – игроки отсутствовали. Из динамиков под потолком лилась музыка – негромко, дабы позволить посетителям переговариваться, не напрягая при этом глотку.

Дверь приоткрылась, и в бар вошли две девушки, одетые, как подобает для таких мест: мини и каблуки. Максимум открытой кожи. Яркий макияж. Бары и клубы для того и созданы, чтобы мужчины могли кого-нибудь снять, а женщины – сняться. Амаранту самому не раз доводилось приглашать посетительницу или посетительниц к себе.

Но сегодня не хотелось привлекать внимание.

Дамочки прошествовали прямиком к стойке и заняли позиции хищниц, готовых напасть. Амаранта они не замечали – демону стоило лишь провести рукой в воздухе, чтобы скрыться от взглядов.

– Сегодня вы не в их вкусе, сэр, – заметил Шон.

– Нет, – покачал головой демон. – Просто не хочу, чтобы меня видели – и они не видят. Фокус прост.

Бармен нацепил профессиональную улыбку.

– Налить вам еще?

– Нет, благодарю. На сегодня, пожалуй, хватит. – Амарант поднялся и бросил на стойку купюру. – Спасибо.

Неуловимый дьявол

С полотенцем на плечах Данте прошлепал обратно в спальню и включил компьютер. Сегодня заснуть уже не удастся, как пить дать, так почему бы не провести время с пользой?

Он открыл электронную почту и начал просматривать сводки происшествий, присланные Карлосом. Пару лет назад Данте помог полиции в поимке одного маньяка, даже не контактируя с ними напрямую. Послал пару электронных писем начальнику полицейского управления, в которых привел свои выводы. Данте уцепился за одну, казалось бы, малозначительную деталь, а в результате распутал дело, располагая только той информацией, что сообщалась в СМИ. Правда, поверили ему не сразу. Пришлось доказывать, что он не имеет никакого отношения к преступнику, и привести полную логическую цепочку рассуждений.

Затем последовало еще несколько головоломок подобного рода, и ему удавалось их разгадать. И теперь он время от времени подкидывал подсказки, когда видел, что дело не движется с мертвой точки.

Узнав о таком необычном хобби, Карлос здорово наподдавал ему. Однако не мог не признать, что Данте действительно оказал неоценимую помощь полиции, и наконец начал сам снабжать сына информацией, предупредив, что если об этом кто-нибудь узнает, он тут же вылетит с работы. Данте с удовольствием принял помощь Карлоса. Свежие сводки позволяли гораздо раньше узнавать о происшествиях, в которых был замешан человек в черном. Газеты и журналы частенько не освещали все подробности, а то и вовсе безбожно перевирали факты, что и выяснялось при детальном изучении. Приходилось выуживать информацию другими путями.

Однако Данте был более чем уверен, что Карлос фильтрует сводки, прежде чем отправить ему. Подтверждением этому служили несколько незначительных происшествий, информация о которых была опубликована в газетах. Всего пара строчек, однако Данте добавил их в свою коллекцию. В письмах Карлоса о них не было сказано ни слова. Пусть приемный, отец тщательно оберегал сына, не позволяя тому завязнуть в этом болоте. Иногда чрезмерная забота порядком утомляла, но Данте не жаловался. В конце концов, Карлос и так пожертвовал многим ради него.

Данте открыл сводки и погрузился в чтение.

Убийство на бытовой почве. Слишком просто. Даже не открывая файл, Данте знал, что там. Дама в возрасте устроила сцену ревности своему мужу и случайно застрелила его или ткнула ножом. Изнасилование проститутки. Еще проще. Найти последнего клиента, и преступник у вас в руках, хотя Данте и сомневался, что этим кто-то заинтересуется в силу профессии потерпевшей. Мошенничество, вымогательство. Ничего интересного.

Разочарованно фыркнув, Данте закрыл сводки. Затем поднялся и подошел к распахнутому окну.

Снаружи шел дождь. Капли воды падали на пустые улицы, собираясь в лужи на неровном асфальте. На крыше словно угнездился барабанщик. Данте специально выбрал квартиру на последнем этаже – ему нравилось, что сверху никто не топает, не слушает музыку, не ругается. Он любил тишину и звук дождя – единственный, от которого не начинала болеть голова.

Данте отвернулся от окна и подошел к стене, сплошь заклеенной газетными вырезками и распечатками.

«Двойное убийство!» – гласил один из заголовков. «Жестокая резня. Убийца не найден» – извещал следующий. Одинаковые фотографии под ними – отец в строгом костюме и мать в вечернем платье и с высокой прической. Этот снимок был сделан незадолго до трагедии. Данте сам сфотографировал их перед тем, как они ушли на какой-то прием. Как репортеры добыли это фото, осталось загадкой.

Со статьями об убийстве перемежались вырезки из самых разных изданий – от информационных газет до «желтых» журналов. Заголовки тоже не имели ничего общего – тут было все, от убийств и грабежей до похищения инопланетянами. Но в этой мешанине имелась своя закономерность, понятная только Данте.

Во всех статьях упоминалось третье лицо, казалось бы, не имевшее к преступлениям никакого отношения. Короткими, на первый взгляд ничего не значащими фразами, отдельными словами все пострадавшие или обвиняемые так или иначе упоминали его.

Человек в черном.