Черный Маг Императора 27 - Александр Герда

Я надеялся, что мой друг непременно прояснит ситуацию за обедом, но хрена с два он что-либо прояснил. Сказал, что позже поговорим. Нормально? Сидел весь обед мрачнее тучи и лишь вежливо улыбался, когда я пытался шутить.

За весь обед задал мне лишь один вопрос — все ли у нас в силе и не отменяется ли сегодняшний полет? Услышав, что все остается без изменений, лишь молча кивнул и продолжил ковырять свой обед. Да, аппетита у него тоже не было, хотя я ему два раза сказал, что не знаю, как будет обстоять дело с ужином. Мы же сразу по прилете в его имение планировали выехать в «Берестянку», некогда будет на еду время тратить. Не помогло.

Я хотел было прямо спросить, что случилось и чем вызвано его плохое настроение, однако в последний момент передумал. За время нашей с Лешкой дружбы мы успели довольно хорошо узнать друг друга, так что я решил не лезть к нему в душу с назойливыми вопросами.

Княжич был не из той породы людей, которые выдают информацию раньше, чем до этого созреют. В этом смысле Нарышкин был похож на меня — сам заговорит, когда будет готов. Или не заговорит и оставит это своим секретом. Я надеялся, что все же созреет. Уж очень сильно меня разбирало любопытство и желание выяснить, от чего он так пригорюнился и зачем ездил в Белозерск?

Княжич заговорил сам. Это случилось уже после уроков, когда мы ехали в его лимузине из «Китежа» в Белозерск. Мы отъехали от школы километров на десять, когда он вдруг перестал пялиться в окно, выпрямился на сидении и повернулся ко мне:

— Макс…

— Я весь внимание, — отозвался я, оторвавшись от пейзажей за окном. — Все ждал, когда ты мне расскажешь, почему у тебя такая кислая физиономия уже который день. Ходишь с таким видом, как будто у тебя кто-то умер. С Ванькой что-то?

— Да нормально все с Иваном, выглядит еще лучше, чем до проклятья, — усмехнулся Нарышкин. — У меня к тебе странный вопрос…

— Задавай, не парься, — подбодрил я его. — Думаю, что я на него отвечу. Помнишь, когда я был на первом курсе, ты спрашивал, могу ли я превратить тебя в призрака, чтобы ты посетил женскую душевую? Вот это был странный вопрос. Не думаю, что сейчас ты хочешь спросить о чем-то подобном, но на всякий случай сообщаю — я таких заклинаний не знаю.

— Нет, на этот раз мне в душевую не надо, — улыбнулся он, порадовав меня тем, что хоть на время вновь стал самим собой. — Слушай, я хочу тебя спросить… Вот этот твой эликсир… Ну, тот, которым ты лечил моего брата… Он только восстанавливает после проклятий или у него есть какие-то другим свойства? Я имею в виду, может быть, болезни лечит всякие или еще что-нибудь такое.

— Правда странный вопрос, — насторожился я и для меня кусочки пазла начали складываться. — Ты почему об этом спрашиваешь? Заболел кто-то из твоих близких? Поэтому ты вчера срочно поехал в Белозерск?

— Нет, мои родственники здесь ни при чем, у них все хорошо, — ответил он, затем помолчал немного и продолжил. — Знаешь… Я вчера вечером был в гостях у Ленки Горчаковой. Виделся с ее отцом и все-такое…

— Интересно девки пляшут! — воскликнул в этот момент Градовский, который внимательно следил за нашим разговором и ловил каждое слово. — Правда, хозяин?

— Надо же… — удивленно хмыкнул Дориан, выразив редкую солидарность с Петром Карловичем.

Да что там, от такой новости у меня тоже чуть глаза на лоб не вылезли в буквальном смысле слова. Что-то я не замечал между ними какой-то особой дружбы и обычно они только подкалывали друг друга. Любопытно…

— У Горчаковой? — не скрывая своего удивления переспросил я. — Чего это тебя к ней понесло?

— Ну просто… — ответил он и вновь уставился в окно. — Ты же к ней заходил, почему бы и мне не заглянуть? Все-таки мы одна команда и все такое. Я подумал, что будет не лишним, если мы начнем общаться и вне школы. Согласен?

— Неужели? — усмехнулся я. — Общаться вне школы значит, правильно я услышал? То есть, когда я тебе сказал, что к ней заезжал, то ты удивился так, как будто я сообщил тебе, что наведался к самому черту, а потом ты мне сообщаешь, что сам решил к ней зайти, между прочим. Что-то здесь не сходится, мой друг. Давай выкладывай, зачем ты к ней ходил? Не верю, что просто так, чтобы укрепить командные связи.

— Не за этим, — не стал спорить княжич. — Просто в последнее время мы немного сблизились. Я узнал ее получше и захотел познакомиться с ее отцом. Ну и вообще… Посмотреть, как они живут… Подбодрить что ли… Понимаешь?

— Понимаю, — улыбнулся я. — Именно поэтому ты захотел избавить ее от магической болезни.

— Все так и есть, — с готовностью подтвердил он. — Что здесь такого?

— Ничего, — кивнул я. — Только не вздумай мне врать. Я тебя знаю как свои пять пальцев. У тебя на роже написано, что Елена тебе нравится, так что нечего выдумывать. Тоже мне, мастер добрых дел нашелся. А как же Кречетникова?

Лешка потер рукой шею, как иногда делал в моменты особых душевных волнений, затем оторвался от окна и нахмурился:

— Макс… Честно говоря, мы с Аней не очень ладим в последнее время, — признался он. — С каждым днем становится только хуже.

— Что значит не ладите? — спросил я. — Ссоритесь насчет того, кто в будущем будет выносить мусор, или что-то посерьезнее?

— Надеюсь, к тому моменту род Нарышкиных не обеднеет настолько, что некому будет вынести мусор кроме меня и вся прислуга разбежится из-за долгов по зарплате, — сказал он. — Нет, здесь все серьезнее. Мне кажется… Ну… В общем, я думаю, что наши отношения уже не те. Наверное, они изжили себя, понимаешь?

— Само собой, я же не идиот, — ответил я.

— Тогда почему смотришь на меня с таким видом, как будто у меня на носу вырос хобот? — спросил он.

— Потому что с Кречетниковой ты встречался дольше, чем с кем-либо из девчонок до этого, — объяснил я. — И этот факт в моей голове трудно сочетается со словами «не очень ладим».

— Ну да, конечно, — недовольно сказал княжич и поерзал на уютном сидении лимузина. — Ты же у нас с