Солнце в огне - Ксения Хан

«Нравитс-с-ся?» – прошипел имуги. Йонг пожала плечами, расчесав чешую ещё больше. Святые духи, та правда была её второй кожей, она ощущалась как кожа и раздражала, как сыпь.

– Плевать, – отрезала Йонг. – Не страшно. Ты и до этого доставлял мне много проблем.

Выглядывать из пещеры она не решилась, хотя успела подумать обо всех ужасных сценариях развития событий, какие смогла придумать. Японцы прознают про оружейный склад чосонцев и прорвутся сюда, где обнаружат её. Чосонцы проиграют битву, которую сами же и подстроили, и она замёрзнет тут насмерть. Нагиль не придёт.

Думать о том, где он может быть, когда их больше не разделяют миллиарды планет и лет, теперь было просто невозможно без паники, впивающейся в кости. Йонг подумает об этом потом, когда битва утихнет и когда за ней вернутся, чтобы забрать в Хансон.

– Сыта-голь? – раздалось у неё за спиной, и Йонг резко обернулась. На входе в пещеру стоял, хлопая глазами от шока, Намджу. Йонг не видела его полгода, и за это время он вытянулся, стал ещё выше, лицо исхудало.

– Намджу, – выдохнула Йонг от облегчения и радости. Он преодолел расстояние между ними и позволил ей обнять себя, краснея даже на таком холоде. Йонг зажмурилась, привычный запах пота, костра, грязи показался ей родным, и она крепче стиснула плечи Намджу. – Тут так холодно, почему ты и Гаин не закрываете голову…

– Мешает передвигаться, – смущённо просипел он. – А я потерял шапку где-то на подходе к горам. Как же вы здесь, сыта-голь…

Они взглянули друг на друга, оба слишком радостные, чтобы говорить. Йонг шмыгнула носом, боясь, что сейчас расплачется от счастья, и, чтобы скрыть это, принялась осматривать Намджу. Тот был одет в тёплую турумаги светло-серого цвета, из-под неё торчал ворот чогори. Красный ворот. Всё ужасно тонкое, не согревает.

Йонг поджала губы и стянула с себя пуховик.

– Надень-ка, – попросила она, силой заталкивая руки Намджу в рукава куртки. Тот упирался, но неожиданная сила Йонг остановила его возражения. Теперь он стоял перед ней в её же пуховике и казался пришельцем. Йонг натянула ему на голову капюшон.

– Мы ждали вас, сыта-голь, – глухо повторил слова Гаин Намджу. – Но я всё равно боялся, что вы не придёте. Наш генерал так злился, что мы все говорим про вас.

– Какой генерал? – потеряв терпение, спросила Йонг. Намджу охнул и хотел было ответить, но снаружи послышался топот, и он обернулся вместе с Йонг. Тяжёлая поступь, несколько пар ног.

Намджу бросил Йонг: «Спрячьтесь» – и выхватил меч из ножен. Йонг бросилась было к стене, чтобы её не увидели от входа, но вид замершего перед ней Намджу испугал сильнее: она вспомнила Вонбина, и, хотя память затёрла все её чувства и страхи до обращения в имуги, это воспоминание было ярким, окрашенным кровью, пугающим даже спустя столько времени. Йонг заставила себя не думать об этом, но присела, чтобы найти хоть какое-то оружие.

Больше она не станет беспомощно наблюдать, как кто-то сражается за неё и умирает.

Пещера была хорошо укрыта от чужих глаз, и незнающий человек не смог бы её отыскать, но эти шли по следу Намджу и пришли к припасам чосонцев, как дикие собаки на запах сырого мяса. Один зашёл внутрь и осмотрелся. Намджу выпрыгнул на него из тени и ударил прямо в горло – захлебнувшись в собственной крови, японец упал на колени прямо перед Йонг. Она зажала рот рукой, чтобы не закричать, но было поздно: внутрь проник второй воин, за ним – третий.

Йонг не знала, остался ли кто-то ещё там, но и с этими двумя Намджу не справлялся: ударил первого в плечо рукоятью меча, выбивая из руки оружие, развернулся, чтобы всадить лезвие в живот второму. Йонг видела, как первый, оставшийся за спиной Намджу, замахнулся на него коротким кинжалом, и вскрикнула. Страх и напряжение сплелись в её крови в опасную смесь, которая дала силу имуги, и он дёрнул их обоих вперёд, прямо на врага.

Йонг ударила мечом, поднятым с земли, но тот был тяжёлым и мазнул по воздуху. Японец отскочил, прошипел какое-то ругательство. Пока Намджу бился со своим противником, оглушая стены пещеры звоном оружия, Йонг, теряя себя от страха, схватила тубус. Японец бросился на неё с кинжалом в руке, Йонг отскочила в сторону – она была быстрее, чем когда-либо, и прежде ни разу её тело не двигалось так уверенно. Японец провалился в пустоту, Йонг резко обернулась, занося тубус над головой, и ударила врага в затылок.

Тот пошатнулся и упал. Кровь в Йонг кипела, словно огненная, плавила кости, и те ныли, мелькали перед глазами блики – будто в волнах на беспокойном море отражались лучи солнца. Японец застонал и стал подниматься.

«Убей», – шепнул имуги. Йонг замахнулась ещё раз, ударила сильнее. Что-то хрустнуло, она не сразу осознала, что попала японцу в шею.

Руки тряслись. Она выронила тубус, села на землю сама, прямо рядом с поверженным врагом. Тот не двигался, повернув голову, смотрел пустыми глазами на Йонг, и из его рта медленно вытекала кровь.

Йонг согнулась в рвотном позыве, но пустой желудок ничего из себя не исторгнул. Она закашлялась, зажмурилась.

Она убила человека. Только что убила человека.

«Иначе он убил бы нас-с-с, – заметил имуги. – Или того мальчиш-ш-шку».

Намджу с криком пнул своего противника, с разворота вонзил в его грудь копьё. Снова хрустнули кости, Йонг вздрогнула, а имуги внутри с удовольствием свернулся в несколько колец, обволакивая своим телом все её органы.

У неё ширились и сужались зрачки в такт быстрому дыханию, но Йонг этого не видела. Зато видел Намджу: он присел рядом с ней, осторожно коснулся взглядом бледного лица.

– Сыта-голь, вы… Всё в порядке?

Да. Нет. Йонг не смогла выбрать правильный ответ и только мотнула головой.

Намджу осмотрел её и протянул руки.

– Поднимайтесь. Надо затащить трупы подальше в пещеру, чтобы снаружи никто не увидел.

Пока Йонг, переместившись от входа к дальней стене пещеры, стискивала трясущимися руками погнутый тубус, Намджу втянул тела японцев за ноги внутрь. Сложил всех троих, как мешки, в одну кучу и повернулся к Йонг. Она не мигая смотрела на получившуюся гору, а перед глазами стояло видение из прошлой-прошлой жизни: трупы крестьян в деревне травников, на которые она наткнулась по незнанию и впервые почувствовала, как близко в этом мире рядом со всеми ходит смерть.

Она знала, куда отправляется. Но никакая подготовка к опасностям,