Физик - Василий Горъ

После этих объяснений в голосе государыни появилось предвкушение:

— Вы хотите сказать, что он порвет своего противника в лоскуты?!

Зыбина насмешливо фыркнула:

— Я хочу сказать, что Лютобор Игоревич порвал бы в лоскуты дурачка на «японке» даже в конце прошлого года, а сейчас у Осоргина нет ни единого шанса на победу! Меня беспокоит другое: на первой же отсечке первого круга гонки в смешанном составе ИИ трассы автоматически выведет на табло реальное время обоих участников, а это, увы, привлечет к Люту внимание серьезных спортсменов. Само собой, если мой воспитанник не получит «боевой приказ» нещадно тупить…

…К моменту нашего приезда на автодром добрая четверть зимних лож комплекса оказалась арендована, а информационное табло над въездом на стоянку сообщало о ста семнадцати занятых парковочных местах, чего в понедельник утром не могло быть по определению! Кстати, машины с желающими посмотреть этот заезд продолжали заруливать на территорию одна за другой и, как ни странно, привозили не только подростков.

Впрочем, почему «странно»? Только в моей группе поддержки ожидалось присутствие семерых взрослых: по дороге в Мякинино «старшая сестренка» заехала в Императорский дворец, подобрала Валентину Алексеевну и собиралась занять целую ложу, к десяти тридцати пяти должны были подъехать Гаранин со Светловым, к десяти сорока — Лисина, а моя Валентина и Денис Михайлович прикатили на наших «Искорках».

Мы с Янкой в гараж, естественно, даже не совались — сходу проехали в арендованный бокс и разделились: я, как и обещал перед выездом из лицея, заправил машину под завязку, снова забрался в салон, опустил спинку своего кресла и остался расслабляться в водительском кресле под надзором Вали, а Земляничка в сопровождении Кораблева унеслась утрясать организационные вопросы.

Первые четверть часа было здорово — я лежал, закрыв глаза, краем уха прислушивался к болтовне в канале конференцсвязи и уминал энергетические батончики. А потом в помещение влетел «Кайзер» Раисы Александровны, и она, выбравшись из машины, на какое-то время выпала из общей беседы. Зато, вернувшись, устроила редкий бардак. В смысле, сообщила, что на итоги гонки уже делаются ставки и что весь народ ставит на Осоргина, потребовала, чтобы моя целительница с телохранителем тоже не тупили, и скинула им контакты надежного букмекера.

На немой вопрос Валентины я ответил утвердительным кивком. А когда «прочитал» проартикулированное слово «Сколько», перестраховался и посоветовал обойтись половиной имеющихся накоплений. Поставил и сам. Десятку. Благо, делал это уже второй раз и научился относиться к риску потерять настолько безумные деньги философски.

Без пятнадцати одиннадцать Суккуба отжала у меня Замятину, пожелала удачи и унеслась в ложу к Архимагам, а меня вытребовала к себе ее племяшка. В смысле, позвонила, сообщила, куда подкатывать, встретила на «пятачке» у выезда к стартовой линии, выдернула из машины и подвела к остальным «организаторам». А после того, как к нам подъехал Яков Осоргин и вылез из «Фудзиямы»,

хорошо поставленным голосом повторила условия будущей гонки:

— Итак, господа, вы выясняете отношения на этой трассе в заезде из двух кругов после разминочного. Победитель забирает машину побежденного, не претендуя на прошивки искусственных интеллектов. Ни о каких реваншах не может быть и речи. Возражения или вопросы есть?

Мы почти одновременно помотали головами, так как в это время по финишной прямой пронеслось четыре болида других любителей погонять, и на нашем пятачке стало слишком шумно.

Зыбина-младшая выждала десяток секунд, потребовала высказать согласия или возражения вслух и, добившись желаемого, продолжила в том же духе:

— Трасса освободится в одиннадцать, и вы с разницей в тридцать секунд отправитесь на разминочный круг. Ровно в одиннадцать десять ваши машины должны стоять на стартовой линии, а в одиннадцать двенадцать стартовать. Сейчас Константин Борисович проверит уровень топлива в баках, а потом можете начинать настраиваться на гонку.

Не знаю, как Осоргин, а я пропустил последнюю фразу мимо ушей, ибо не видел в предстоящем заезде ничего экстремального или экстраординарного. Зато отреагировал на голос Суккубы, раздавшийся откуда-то сзади:

— Константин Борисович займется не только этим: он попросит гонщиков активировать искины, замерит выходные характеристики блоков управления и после физического отключения последних повесит на них «сторожки».

— А-а-а зачем? — как-то уж очень нервно поинтересовался «экстремал».

— Стандартная процедура… — равнодушно ответил начальник смены автодрома. — Для гонок, участники которых жаждут сравнить водительское мастерство, а не прошивки искусственных интеллектов.

— Логичный подход, однако… — задумчиво пробормотал Константин Задорожный, затем вспомнил, что играет далеко не последние роли, обменялся с друзьями парой фраз и веско добавил: — Мы, организаторы гонки, считаем, что в этот конкретный спор должен быть решен без помощи искинов, значит, это уточнение должно быть принято…

Глава 9

Часть 1

8 февраля 850 г. от ОВД.

…Шелест открывающейся двери, ворвавшийся в кошмарный сон, выбил меня в реальность, но не помешал прислушаться к своему телу. Холодный пот, пропитавший простыню, внутреннюю поверхность одеяла и верхнюю сторону подушки, присутствовал. А озноба, безумного сердцебиения, пульсирующей боли в магистральных и периферийных энергетических каналах, дичайшего головокружения, кошмарного голода и всех остальных симптомов начавшейся инициации, слава богу, не было. Что обрадовало до невозможности, ибо этого «счастья» я наелся за трое с лишним суток «веселья» во время реальной, а не приснившийся, и не горел желанием повторять.

Кстати, сонная Замятина, вломившаяся в спальню с «дежурным» контейнером наперевес, безошибочно определила, что со мной творится.

Благо, видела это не в первый раз, и вздохнула:

— Доброй ночи, мой господин! Опять приснился любимый кошмар?

— Угу… — со вздохом признался я.

— Ничего, совсем скоро инициация забудется, и вам будут сниться только приятные сны…

— Хорошо бы… — угрюмо буркнул я, вспомнив, насколько тяжело дались первые сутки, и целительница, услышав в этой фразе сомнение, придумала, на что меня отвлечь:

— Ну, что сидите? Вылезайте из кровати и отправляйтесь в ванную. А я пока переверну матрас и перестелю постель…

Спорить с девушкой, переключившейся в режим грозной целительницы, я и не подумал — тяпнул алхимические коктейли и ушел по рекомендованному маршруту. А незадолго до завершения водных процедур краем глаза заметил появление силуэта «незаменимой» и мысленно вздохнул: вместо того, чтобы с чувством выполненного долга отправиться