Чебурашка - Дмитрий Ромов

— Артём, ну ё-моё!

Блин, хоть самостоятельно ищи. Если Сантехник постоянно крутится у дядькиного дома, возможно хочет снова попасть в квартиру… Да только там же уже всё, Таня залежи полезных ископаемых полностью перетряхнула… И чего ему там надо? Будто мёдом намазано…

Я шагаю в сторону дома, снова и снова складывая пазл в голове. Выходит не слишком хорошо, но я стараюсь. Надо было… Я резко останавливаюсь. Да, надо было не на Витю время тратить, а самому всё делать. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я быстро иду в обратную сторону.

Какого хрена! Поеду к этому Боцману и сам всё разузнаю. По крайней мере, попробую проникнуть к нему прямо сейчас, не дожидаясь, когда там появятся менты. Если вообще соизволят.

Иду к «Кристаллу» и полчаса торчу на остановке. Наконец, приходит автобус и ещё минут двадцать я еду до облбольницы. Здесь я работал, хоть и недолго, но достаточно, чтобы изучить все ходы и выходы в хирургии.

Захожу в санпропускник и справляюсь о пациенте с ножевым. Фамилии не знаю и сочиняю, что прохожу практику в областной газете. Якобы мне нужно написать материал о раскрытии преступления. Медсестра лет сорока отроду идёт мне навстречу и рассказывает, что чувака недавно прооперировали.

Имя его неизвестно, состояние неважнецкое, но доктор сказал, что выкарабкается. Милиция к нему пока не приходила. Да и какая милиция, он ещё в реанимации. Если всё будет нормально, завтра переведут в общую палату.

Я благодарю словоохотливую медсестру и ухожу. Выйдя из санпропускника иду ко входу в отделение, поднимаюсь на третий этаж и заглядываю за стеклянную дверь. Медсестры на посту нет. Я делаю несколько шагов по длиннющему коридору и толкаю дверь слева от себя. Открыто.

Надо же сколько лет прошло, так сказать, а ничего не изменилось. Это сестринская и сейчас здесь никого быть не должно. Так и есть. Людей нет, а халаты есть. Я натягиваю халат и чепец и выскальзываю в коридор. Тут по-прежнему пусто.

Отлично, не пришлось выжидать. Уверенным шагом прохожу через отделение, выхожу на другую лестницу и спускаюсь на этаж ниже, к операционным. Здесь тоже пусто, никого. Судя по всему идёт операция. Точно! Распахивается дверь и из неё выскакивает медсестра. Не глядя по сторонам она чуть ли не бегом несётся в сторону отделения. Я двигаю дальше в реанимационное… Так, тут лучше никому на глаза не попадаться… К Боцману, я не попаду, но, по крайней мере осмотрюсь…

Прохожу вглубь… В моё время здесь были боксы… а теперь. Я останавливаюсь, соображая, куда двинуть, и в этот момент впереди, дальше по коридору, открывается дверь и из неё выходит врач. Он в полном облачении, хирург, наверное.

Не хватало, чтобы он спросил, кого я ищу. Чтобы не привлекать внимания, я быстрой, целеустремлённой походкой, направляюсь ему навстречу. Смотрю перед собой, на хирурга не реагирую, метусь по своему врачебному и совершенно неотложному делу…

Пять, четыре, три, два, один… мы встречаемся и… и невольно обмениваемся взглядами. Я смотрю на него, а он на меня. Доля секунды. Раз, и каждый из нас идёт дальше. Но только… Только… я резко останавливаюсь, как вкопанный, буквально столбенею! Потому что это никакой не хирург! Это тот самый сантехник! Охренеть!

13. Так судьба стучится в двери

Я резко оборачиваюсь, а Сантехник в белом халате продолжает движение. Идёт как шёл, быстро, но ровно и размерено, безо всяких проявлений нервозности. Как ни в чём не бывало. Решение приходит моментально. Конечно! Моё тайное оружие!

Меч джедая! Никакого электрического гула в голове нет, зато он идёт от ламп дневного света, разбросанных по всему потолку. Зрительного контакта тоже нет. Но его и в прошлый раз не было, на барахолке. Правда, были красные корки и резкий голос Хаблюка. Так что…

— Стоять! — восклицаю я.

Но объект моего воздействия продолжает двигаться, никак не реагируя на команду.

— Остановись! — я вкладываю в свой возглас всю волю и страсть.

Хрен там. Ноль повдоль. Как шёл так и идёт. Вот сука. Не работает мой гипноз. Похоже, это вид сержанта Хаблюка является ключевым для выполнения внушений… А тот, самый первый раз, с Арканом?

Ладно, потом как-нибудь разберёмся сейчас некогда. Я бросаюсь вслед за Сантехником и налетаю на выскочившую из боковой двери врачиху.

— Быстро! — командует она. — За мной! У нас остановка дыхания!

Твою мать! Сантехник, Боцман, реанимация, остановка дыхания, Сантехник. Моментально эти отдельные пункты соединяются в единую последовательную цепочку.

Навстречу несётся ещё одна сестра, а Сантехник оказывается уже за дверью. Блин! Из двух возможных решений я выбираю то, которое выберет любой доктор, хоть тёмный, хоть светлый. Я поворачиваю лыжи и несусь вслед за врачихой.

Если есть даже маленький шанс спасти Боцмана, то надо его использовать. Я ни на секунду не сомневаюсь, что остановка дыхания случилась именно у него.

— Быстро, быстро! — командует врачиха. — Как сговорились, все в один миг! И в операционной и здесь несколько пациентов одновременно… Ты почему не одет?

Она наконец замечает, что я в уличных брюках и в кедах.

— Совсем с ума посходили! Получишь выговор!

— Я сейчас, быстро переоденусь! — отвечаю я.

— Некогда уже! Практикант?

— Ага…

— Убила бы, пошли скорей!

Мы подлетаем к пациенту. И да, это Боцман. Я узнаю его сразу, несмотря на то, что половина лица закрыта мешком Амбу — большой грушей, для искусственной вентиляции лёгких. Сестра качает мешок и тут же жмёт на грудь.

— Срочно интубацию! — командует докторша. — ИВЛ! Ты, компрессию!

Это мне. Я подскакиваю и жму Боцману на грудь, раз-два, раз-два, раз-два… Ритмично, два раза в секунду.

— Всё-всё-всё! Прекращаем! Отошёл!

В рот ему засовывают трубки, подключают аппарат и грудь начинает подниматься. Я смотрю на кардиомонитор. Капец!

— Дефибриллятор! — кричу я.

— Держи!

Хватаю электроды и… Тац! Бац!

— Пошло-пошло-пошло… Ещё!!!

Ждём…

— Ничего там не пошло!

Ещё раз!