Чебурашка - Дмитрий Ромов

Я беру Катю за руку и отвожу в сторонку.

— Поторчим здесь немного, — говорю ей. — Если не появится, пойдём снова в ГУМ, а потом в «Космос».

— Прям бермудский треугольник, — хмыкает она. — Главное, не исчезнуть с радаров.

Мы около получаса трёмся у ЦУМа, а потом идём по намеченному маршруту. Снова проходим мимо «Большого», переходим проспект у «Метрополя» и фигачим в ГУМ. Трёмся у входа, прогуливаемся по первому этажу, снова выходим наружу. Отказываемся от джинсов и от пластов. Стоим, ждём Артура.

Ждём Артура, а дожидаемся кое-кого другого.

— Опять ты?

Прямо перед нами стоит тот самый мент, который в прошлый раз меня загрёб.

— Здрасьте, — киваю я.

— Какое, нахер, здрасьте! Я тебя предупреждал, чтобы ты здесь больше не ошивался?

— Я ничего не нарушаю. Не продаю, не покупаю. Кто к нам подходил, мы даже разговаривать не стали. Вы, может, даже и сами видели. Стоим, ждём тётю девушки моей. Никакого криминала, хотите — обыскивайте. Да я вообще не по этой части, я же в прошлый раз ещё говорил.

В доказательство, я открываю сумку и показываю, что она совершенно пустая. Мент внимательно на меня смотрит, потом поворачивается к Кате. Но та вообще, как мышка, шейка тоненькая, глазёнки честные, ну, какая она фарцовщица!

Блин, чего он прицепился ко мне? Нам залёты сейчас вообще никак не нужны, даже если и отпустят и всё образуется, всё равно, лучше без этого. Родители не знают, что мы здесь, так что нервишки им надо бы поберечь.

— Давайте отсюда, преступники малолетние! Последнее китайское предупреждение. Если хоть раз ещё замечу, с товаром или без, всё, считай ты на учёте! Ясно?

— Да блин, за что в правах ущемляете⁈

— Ты не понял? — делает он страшную рожу.

— Да понял-понял… Уходим уже…

— Это кто был? — спрашивает Катя.

— Мент, борец со спекуляцией. Он меня в прошлый раз уже заметал.

— Серьёзно⁈ — округляет она глаза.

— Серьёзно. Вот так же точно, по беспределу. Без состава преступления, ни за что, короче…

Мы двигаем в «Космос».

Швейцар снова игнорирует мои вопросы. Зато администраторша, услышав, что я спрашиваю про Артура, говорит, где его можно найти.

— Он пять минут, как ушёл, — сообщает она, предварительно внимательно нас изучив. — Сказал, если будут спрашивать, он у ЦУМа.

Мы снова двигаем к ЦУМу, теперь уже по менее живописной, но более короткой дороге. Подходим, встаём и смотрим по сторонам. Блин… Ну, и где…

Он выходит из дверей магазина. Кроссовки, джинсы, солнечные очки-капельки зацепленные дужкой за горловину футболки. Я сразу его узнаю.

— Артур, — коротко окликаю.

Он бросает на меня колючий взгляд, оценивающе оглядывает Катю, возвращается ко мне и хмурится. Не узнаёт.

— Кать, повернись, — командую я и она, сразу поняв в чём дело, поворачивается к нему спиной.

Я щёлкаю пальцем по этикетке «Джексон». Артур подаётся вперёд, рассматривает патч и смотрит на меня. Теперь он улыбается.

— А, ты этот, как… Артём что ли?

— Да, — киваю я.

— Неплохо, неплохо отшили. И сидит отлично!

Он елозит взглядом по Катькиному взгляду.

— Поворачивайся, — командую я своей помощнице.

— Ну, чем могу помочь на этот раз? — улыбается он.

— Нужны ещё лейблы, — отвечаю я.

— Это можно. Но уже дороже.

Я усмехаюсь.

— Нет, Артурчик. Мы возьмём побольше и другую фурнитурку можем прикупить, если есть что интересное.

— Слушай, у меня этих «Джексонов» всего штук двадцать пять осталось.

— Ну, мы все и возьмём, — говорю я. — Давай.

— Давай, — хмыкает он. — Я же не знал, что ты придёшь.

— Надо было телефон сказать, я бы позвонил сначала. А так полдня тебя бегаем ищем.

— Повезло, что нашли. Я сегодня вообще выходить не хотел. Ладно, давай так, приходите завтра и я вам принесу.

— Не пойдёт, мы вечером уезжаем. Так что, или сегодня, или никогда. Возьмём другие.

Катя чуть хмурится. Да, согласен, лучше бы эти же, а то продавать будет сложнее. Но это торг, так что говорим мы совсем не то, что думаем на самом деле. И он, и я…

— Ладно, — задумавшись говорит Артур. — Есть фурнитура разная. И джинса есть, от фирменной не отличишь, хорошая, по четвертному за метр. Замки, заклёпки, другие лейблы. Но не здесь. Нужно ехать на «Динамо». Поедете?

— Там что, склад?

— Ну… можно и так сказать… Квартира. Швея у меня там живёт. Она не любит, когда я таскаю кого-то, но вы ребятки вроде нормальные. Приезжие, к тому же.

Я внимательно смотрю ему в глаза. Да, разок я у него уже покупал товар. Но сумма сделки была маленькой. Сейчас у нас денег побольше и, честно говоря, идти куда-то на квартиру, я не собирался. Но он вызывает доверие. Хрен его знает, почему. Он не прикидывается ботаном и заикой, ведёт себя без фальши, и…

— Ладно, поедем, — соглашаюсь я. — Только, Артур, на всякий случай, чисто для того, чтобы не было недомолвок, чтобы всё по чеснаку. У меня есть человек, причём, серьёзный человек, не мент. И он отлично знает, что я сегодня встречаюсь с тобой. И в «Космосе» тебя запалили, сказали, что ты сегодня работаешь, так что в случае чего, соскочить не получится. Ты меня понимаешь?

— Да ладно, Артём, я так не делаю. Всё нормально будет. Но я тебя понял.

Он говорит серьёзно, и я вижу, что не врёт.

Мы идём на метро, доезжаем до «Динамо» и там ещё шарашим минут пятнадцать по Ленинградскому проспекту. Сворачиваем во двор и заходим в подъезд жилого дома. В тесном лифте стоим почти прижавшись друг к другу, выходим на четвёртом этаже.

Артур подходит к двери и один раз нажимает на звонок. Прислушивается к тому, что происходит за дверью и снова звонит, на этот раз дважды и коротко. А потом ещё разок.

Дверь открывается и на пороге появляется женщина в косынке. Ей лет сорок, взгляд недоверчивый, на