Наг - Терин Рем

Лишь один раз я ненадолго отвлеклась на стук в дверь взволнованной Элины, но увидев, что именно я делаю, девушка заулыбалась и принесла мне обед прямо в будуар.

Обычно я не люблю показывать незаконченные работы, но восхищение в глазах горничной так воодушевило меня, что я позволила ей недолго полюбоваться делом своих рук, пока я быстро поедала вкуснейший суп из рыбы и овощное рагу.

— Невероятно! Лиер на картине такой красивый! Как вам удалось настолько точно отобразить его мимику и глаза…, глаза просто, как живые, — ворковала Элина, до того, как я вручила ей поднос и попросила удалиться.

Когда рисовала Натаниэля, я не пыталась вспомнить его лицо, или жесты, как делала обычно, я воскрешала в памяти те моменты счастья, которые разделила с ним после нашего примирения. Вспоминала, как впервые увидела, насколько этот мужчина прекрасен, наблюдая за капельками воды скользящими по идеальному алебастровому телу, или его сонную улыбку, в наше совместное утро. Припомнила и его отстраненное лицо, когда он навещал меня у родителей, только сейчас понимая, насколько глупыми и неверными были мои предположения относительно своего нареченного. Мазки сами ложились на холст, воспроизводя моего лиера.

Увлеченная рисованием, я не заметила, как наступил вечер. Окинув результат своей работы придирчивым взглядом, осталась очень довольна.

Долго оттирала пальцы от краски, с неудовольствием отмечая испачканное домашнее платье.

Скоро Натан вернется с работы, я едва не подпрыгивала от желания скорее показать ему портрет, но хотелось встретить мужчину во всеоружии, а не замарашкой в цветных кляксах.

Открыла гардероб, осторожно за вешалки передвигая дорогие ткани, чтобы не испортить, ведь могла пропустить пару пятен.

С выбором определилась быстро, вынимая простое, но элегантное платье из синего шелка, единственным украшением которого было весьма нескромное декольте. А что? В том, что наш вечер закончится в постели, я не сомневалась. Когда я уже собиралась покинуть комнату, мой взгляд зацепился за что-то знакомое. Это платье никак не вписывалось в выбранный Натаниэлем гардероб, оно было как помидор на клумбе с орхидеями. Грубая коричневая ткань была почищена, но все равно казалась какой-то заношенной.

Удивившись, я вынула его из шкафа, осмотреть. Это оказалось то самое, мой маскировочный наряд, что мы вместе выбирали с Шаянесом перед побегом.

Воспоминания о наге отозвались светлой грустью и легким сожалением.

«Надеюсь с ним и Ингом все хорошо» — подумала я, кидая платье на пол с намерением приказать Элине его выкинуть.

Тяжелая ткань осела на паркет с неприятным хлюпающим звуком, а из неглубокого кармана выпало что-то круглое и блестящее.

«Точно, Шаянес мне вручил что-то на память, перед тем, как уйти в свой мир» — подумала я, поднимая с пола какую-то подвеску странной формы.

— Лидия, я дома, — послышался голос Натаниэля из спальни.

Я забыла о грязном платье и о своей находке, которой нечаянно оцарапала ладонь, когда прятала ее за пояс. Все чего мне хотелось, это поскорее порадовать моего лиера, увидеть его лицо, когда он посмотрит на свой портрет.

— Я в будуаре. У меня для тебя сюрприз. Иди сюда, — позвала я Натана, отодвигая походное платье ногой в сторону.

— Вот ты где! — сказал мой эльф, сгребая меня в свои объятия и страстно целуя в губы.

— Подожди, сначала сюрприз, — строго сказала я, толкая его в сторону этюдника.

Натан замер, рассматривая свое отражение на портрете: я его изобразила сидящем в изголовье кровати с книгой в руках. Светлые волосы нарисованного лиера, были свободно рассыпаны по плечам, рубашка расстегнута. Улыбка эльфа у меня получилась открытой и немного насмешливой, как в тот момент, когда он целовал мои зареванные щеки, по-доброму упрекая за подслушивание.

— Спасибо, — отчего-то хриплым голосом сказал Натан, и повернулся в мою сторону, протягивая руки.

Дальше произошло нечто странное: вокруг меня, а может у меня в глазах, заплясали искры, утягивая меня в темноту.

Неприятное ощущение падения, или полета буквально выворачивало меня наизнанку. Сколько это длилось сказать трудно: может мгновение, а может несколько часов, но закончилось оно не ожидаемым ударом о пол, а чьим-то нежным шепотом и невесомыми поцелуями.

«Наверное, надышалась краской и упала. Со мной уже такое бывало, а Натаниэль подхватил» — искал оправдание произошедшему мой мозг. Только что-то назойливо не вязалось с моим предположением, что-то беспокоило и смущало предчувствием беды.

— Натан, — хрипло позвала я, чтобы услышать родной мелодичный голос, который разгонит глупые сомнения.

— Для тебя он уже Натан? — недовольно спросил совсем другой, но знакомый голос.

— Шаянес? — в ужасе спросила я, пытаясь сфокусировать зрение.

Мир не желал обретать четкость, но я упорно отталкивала от себя сильные настойчивые руки, прижимающие меня к крепкому телу.

— Тише ссаши. Отдохни. Я перестарался с усилением портала, и тебя слишком резко выдернуло из родного мира. Через пару часов твое самочувствие нормализуется, — спокойно сказал наг, продолжая меня удерживать.

— Где я? — с замиранием сердца спросила я, подозревая ответ.

— Ты у меня дома, в моем поместье на Ссай, — спокойно ответил наг, продолжая целовать мое лицо.

— Прекрати это, — замахала я руками, отталкивая мужчину. — Почему на Ссай?! Как я здесь оказалась? Что произошло? Где Натаниэль?

— Сколько вопросов. Ты активировала точечный портал своей кровью, и он притянул тебя ко мне, а где эльф я не знаю, полагаю, что дома, но какое тебе до него дело? Я же обещал, что заберу тебя. Почему ты отталкиваешь меня? Лиер насиловал тебя? Ты боишься? — вкрадчиво спросил Шай.

— Нет! — горячо воскликнула я и помотала головой в подтверждение своих слов. — Шаянес, произошла ошибка: я не собиралась никуда переноситься, просто случайно оцарапалась. Я вообще думала, что это просто амулет на память о тебе.

— Но ты его хранила, значит, я тебе дорог, — мягко сказал довольный наг.

— Да нет же! — возмутилась я снова отталкивая настырного мужчину который, судя по горячему дыханию у моих губ, снова лезет целоваться.

— Нет? Не дорог? — заледенел голос змея.

Ну и что ответить, чтобы не обидеть мужчину. В конце концов, он не виноват, в том, что я не смогла вовремя разобраться в себе и своих чувствах.

— Не в том смысле. Ты для меня особенный, ведь с тобой проснулась моя чувственность, и ты стал моим первым мужчиной, но…

— Но? — в голосе нага льда значительно добавилось.

— Но я люблю Натаниэля, — опасливо выдохнула я и сжалась, ожидая реакции Шаянеса, все-таки наг очень вспыльчивый.

Пауза затягивалась. Напряженные мышцы груди под моей щекой буквально окаменели, а сердце его стало стучать немного чаще. Как плохо без зрения. Мне очень нужно