Кукла 8 - Мир

— Да, — потупилась сестрица, — Та старая шахта в глубинах той гор, чем бы она не была, принесла нам массу интересных даров.

— Ага, — кивнул я, — только на второй такой дар рассчитывать не стоит.

— А может, — с мольбой посмотрела она на меня, хлопая глазками.

— Не-а, — замотал я головой. — та шахта была заброшена лет двести-триста назад, частично затоплена и всеми забыта. Если где и есть вторая такая же, то мы её точно не найдем. Да и воровать артефакты прошлой эпохи… плохо.

— Знаю. — потупилась сестренка. — Но все же… титан интересный металл! — исчез смеситель из её рук, па появилась пластинка с надписью на неизвестном языке и полу затёртым полосатым флагом.

Пластинка потекла, изменила форму, растеряв всю краску, стала… кастрюлей! Что обрела сначала металлический цвет, потом цвет «побежалости», затем однородно фиолетовый, ярко-фиолетовый оттенок, синий, красновато-малиновый, зеленый, золотой… пройдя всю палитру, обретя цвет белый, как на том смесителе из журнала.

— Вот только вернуть из белого обратно в любо иной, не получится. — скуксилась сестра.

— Правильно, восстанавливать оксиды мы не умеем.

— Зато с окислением проблем нет. — продолжила она недовольно дуться, глядя на металл, и потихоньку мучая его, пока по кастрюле не побежали сетью трещины.

Впрочем, трещины тут же затянулись, и сестра не прекратила мучения, вновь ломая и чиня, бедную посуду, бывшею некогда некой табличкой со всеми забытой ракетной шахты.

— Правильно, проблемы нет. — улыбнулся я. — Доступ к кислороду у нас огромен, сейчас так и вовсе запасов вагонами, хоть сжижай и булькай.

— Ага… — грустно пробормотала сестрица, не отрываясь от процесса.

— А вот для восстановления, нужно не нагревать и воздух подавать, которым дышишь, как ты инстинктивно делаешь, а водород подсунуть.

— И как его подсунуть? И где его найти? — пробормотала девочка, не прерывая занятия.

Кастрюля вновь лопнула мелкой шрапнелью, со скоростью звука разлетаясь по округе, превращая в дырявое решето нашу одежду, и осыпая нас градом мелких неприятных ударов, словно бы кто-то кинул россыпью крупу.

— Ай! — пискнула сестрица, и опустила руки и плечи.

— Ну все, теперь собирай. — вздохнул я, и сестра, расстроено вздохнув, начала водить руками, заставляя разлетевшиеся кусочки, слетаться обратно в комочек металла.

Которого явно стало меньше! Многое улетело не пойми куда. Ну а часть… обратилась паром. Она… слишком увлеклась попытками!

— Водород, можно добыть из воздуха. — начал я лекцию, — только не ищи его тут, тут воздуха нет.

— А как же мы тогда говорим? — вновь начала пялится сестренка на бесформенный комок металла, что словно бы от страха, затрясся в воздухе, мелко дрожа.

— Да харе уже мучить его! — не выдержал я и махнул рукой.

Комок белой окиси тут же превратился в каплю расплава, и жидким шаром застыл в воздухе меж рук у сестры.

— Ай! — возмутилась она и недовольно посмотрела на меня. — Зачем?

— Затем что ты бы его опять взорвала. — помотал я головой. — Не подумай, что я жадничаю, но тренируйся в попытках разрушения на чем-то ином.

Сестра обиженно надулась, но мучить шарик перестала.

— В общем, — решил я продолжить то, что начал, — воздуха здесь, посреди куска тайника с исконным пространством, как ты должна заметить, нет.

— А как же мы тогда говорим? — вновь удивилась сестричка, и захлопала глазами, — Без звуковых колебаний, колебаний частичек воздуха, нет и звука! Мы… — и тут до неё дошло.

— Ага.

— Точно. — сморщила она носик и скривила губки, — Мы и не говорим в привычном понимании.

— Именно.

— Значит… сюда не могут зайти еще и потому, что задохнутся, да?

— Ну… охотникам к такому не привыкать, — помотал я головой, — в подземельях воздух конечно есть, вот только он столь же призрачный, как и все там находящиеся. И в молекулярных связях участвовать не может. Без магии, обычные люди там задохнутся за пару минут, максимум за полчаса, жутко страдая и мучаясь, от творящего безобразие призрачной материи в их материальных телах.

— А они знают об этом? — улыбнулась сестра, — Ну, люди этого мира?

— Да кто их знает, — пожал я плечами, — в тырнете о таком не писали, а на практике… надо будет у Павла спросить при случаи. — улыбнулся я, и сестра кивнула, принимая мою точку зрения, что Иф так точно должен знать, знают ли люди, что воздухом подземелий нельзя дышать обычным людям, иначе смерть, или же только догадываются о чем-то подобном, хоть это и выглядит странно, потому что очевидно.

С другой стороны, если просто анализировать состав атмосферы подземелья. Тот там все нормально с атмосферой! Есть и кислород, и азот, и прочие газы! Но… подобно тому, как горящие в подземелье обычные дрова, не будут давать нисколько тепла, и скорее всего даже и гореть то откажутся, ведь для поддержания пламени тоже нужна тепловая энергии, и при дыхании, человек, получая фальшивый кислород, не сможет получить при окислении им белков и жиров ни грамма энергии.

Фальшивка, что при неудачном стечении обстоятельств для человека, все же проведет реакцию внутри тела, но… дальше все будет очень-очень плохо! Человек будет задыхаться, усиленно дышать этим ненастоящим воздухом, набирать в своё тело еще больше и больше фальшивого кислорода, и… умирать, все та же задыхаясь, не понимая почему.

Правда вот есть подземелье уже давно существует и вот-вот будет прорыв, то и воздух с той стороны уже становится относительно пригоден для дыхания. Не весь, не везде, но в большей своей массе. Он… перестает быть призрачным, становясь вполне материальным, отбирая это свойство у воздуха вокруг портала.

Можно даже сказать так, что там, по ту сторону, в подземелье, при его открытии, вакуум, и он, постепенно, с течением времени втягивает в себя воздух из мира. Куда ведет его портал — как через узкую трубочку или клапан! А когда на близится прорыв — давления выравниваются, и именно поэтому прорыв возможен.

А пока этого не произошло, пока «давление» не выровнялось, проход возможен только из материального мира на территорию Хаоса, откуда в мир льётся мана. А когда подземелье насытилось материальностью, а вокруг него все покрылось «пылью» маны, стало условно заряженным, выход возможен только оттуда сюда, из подземелья наружу, вслед за потоком маны.

Однако если просто померить давление прибором, на той стороне и этой, в подземелье и мире материальном, то прибор ничего особого не покажет — давление будет