Наследница - Михаил Михеев

Интересно, о чем успел подумать маг, видя летящий в его сторону ком мускулов и меха, отягощенный зубами и когтями? Скорее всего, ни о чем – не хватило времени. Создать хоть какое-то заклинание или хотя бы просто уклониться он тоже не успел. Торн просто смял его массой, силой удара мага отшвырнуло к стене, и он сполз по ней, оставляя за собой мокрый след и нелепо вывернув голову…

– Жива? – Торн видел, что Кира не только жива, но и в сознании, однако вопрос прозвучал как-то сам собой. Девушка шевельнулась, болезненно скривилась и выдала:

– Урод…

– Это точно, – Торн аккуратно помог ей встать на ноги. – Какого хрена ты на него бросилась?

– Я… я тебе помочь хотела…

– Помогла, ничего не скажешь. Так бы я взял его чисто и аккуратно, без шума и пыли, а сейчас у нас ни пленного, ни информации, ни даже портала, чтоб вернуться.

– Я… я…

И тут ее прорвало. Такое, помнится, уже было при их первой встрече. Слезы, сопли… Пришлось ее прижимать к себе и успокаивать, запоздало сообразив, что он все еще в боевой форме. А, плевать!

Зато одежду он в очередной раз угробил, причем не только верхнюю, но даже сапоги, разлетевшиеся по швам, когда человеческие ноги превратились в лапы зверя. Это плохо, сапоги было по-настоящему жалко. И куртку тоже. Но, увы, выбирать не приходилось. Еще хорошо, что пояс не порвался, талия зверя в боевой ипостаси не мощнее человеческой, скорее, наоборот. Так что меч в ножны – и вперед, искать хоть что-то, во что можно одеться.

Нашелся только халат, судя по размерам, принадлежащий тому мозгляку, который столь неосторожно сгорел возле озера. Надеть его не было никакой возможности, пришлось сооружать нечто вроде набедренной повязки, а то лохмотья, что остались на Торне, держались просто чудом и грозили в любой момент окончательно рассыпаться. Оборотень, конечно, переживет, а вот Кира… Сияющую в полумраке коридора, словно факел, ярко-красным лицом вампиршу воображение нарисовало столь живо, что Торн еле сдержал смешок и шустрее принялся за дело.

Когда он закончил, Кира уже практически оклемалась, хотя все еще периодически сплевывала кровь, никак не желающую останавливаться и сочащуюся из разбитых, похожих на оладьи губ. Как успел определить Торн, особого вреда ей маг не нанес, во всяком случае, обошлось без переломов и отбитых внутренностей, но синяков девушке он понаставил изрядно. К последнему обстоятельству Торн относился философски – может, впредь умнее будет.

Правда, боец из нее сейчас был никакой. Хорошо еще, никто не торопился на помощь побежденным. Наружу, похоже, не просочилось ни звука – дверь была мощной, многослойной, да еще позади нее скрывалась вторая, такая же. Подобное часто применялось в помещениях, которые хотели максимально изолировать от проникновения шума, извне или изнутри. Судя по тому, что окон тоже не было, строители замка этого и добивались.

Сейчас девушка, все еще с болезненным видом держась за бок, ходила перед стеллажами, заставленными банками, колбами, ретортами и еще непонятно чем. Тут же стоял огромный стол, покрытый сверху тонкими пластинками камня. Обустраивавший это место человек знал свое дело и готовил его всерьез и надолго. Стеллажи и рабочее место не пострадали во время драки и по-прежнему демонстрировали свое великолепие.

– Прямо как у нас в пансионе, в лаборатории алхимии, – восхищенно пробормотала Кира. – Только я половины названий не знаю.

– А это и есть алхимическая лаборатория, – задумчиво ответил Торн. – И очень хорошая. Только не чисто алхимическая. Тот, кто ею владел, совмещал алхимию и магию. Эх, всегда мечтал о такой!

– Так за чем же дело стало?

– Деньги. И место, где ее можно расположить. Тут нужен подвал, как под замком…

– Чтобы у Эль Барро – да не было своего замка? В жизни не поверю.

– Эль Барро мертв, – жестко и, пожалуй, излишне резко ответил Торн. Девушка понятливо кивнула – похоже, не обиделась. Ну и хвала богам, еще дуться сейчас друг на друга только не хватало.

Но ведь как точно угадала, вампирша недоделанная. Был у него замок, да, честно говоря, и сейчас есть. Овеянный зловещей славой, кстати. Жил там в свое время окончательно свихнувшийся на бессмертии некромант, поставивший жертвоприношения на поток. Он, Торн, был тогда молодым и глупым. Решил покарать злодея – и покарал, что было с воодушевлением воспринято всеми соседями. А так как претендентов на огромное и мрачное наследство покойного не нашлось, то он попросту наложил на замок и окружающие земли лапу. Сколько он там уже не был? Лет пять? Нет, всего лишь четыре года. Впрочем, можно не сомневаться, что замок по-прежнему на месте, стоит, пугая случайных путников ажурными, подпирающими, кажется, самое небо, черными, словно ночь, башнями. Предыдущий хозяин был не чужд эстетике. И наверняка все так же ходят по его коридорам призрачные слуги, оставшиеся еще от некроманта, поддерживают в порядке хозяйство и, случись нужда, отрывают головы решившим посягнуть на чужую собственность.

– Торн, ты чего? – Кира дернула его за руку, и наваждение из прошлого рассыпалось тысячью стеклянных брызг.

– Что случилось?

– Стоишь, как мертвый, лицо словно каменное…

– Прости, задумался, – если не лезть в детали, это было правдой. – Ладно, пора выбираться отсюда.

Придерживая больно стукающий по голой ноге меч, Торн направился к дверям, но по пути бросил мимолетный взгляд на тело мага и замер. До того он все как-то не смотрел на его лицо, разве что в начале боя, мельком, но тогда ему было не до разглядываний. Сейчас же он замер всматриваясь. Уж что-что, а зрительная память у любого оборотня отменная.

– Демоны… – хрипло пробормотал он.

– Где? – не поняла его Кира, до того едва не врезавшаяся в спину Торна и терпеливо ждущая, когда же он соизволит продолжить путь.

– Это… ругательство. Я его знаю, – Торн кивнул головой в сторону трупа. – И я теперь знаю, кто наши противники.

Из лаборатории они вышли стремительным шагом. Торн шуровал так, словно получил жизнеутверждающий пинок под зад, Кире приходилось изо всех сил подстраиваться под взятый оборотнем темп и при этом не переходить на бег. Хорошо еще, продолжалось это недолго. Какие-то три десятка шагов по широкому коридору, размеры которого внушали оптимизм, а стены из черного камня уныние, и прямо на них выскочил парнишка. На вид – лет шестнадцать. «Щегол», прокомментировала Кира, которой самой-то было немногим больше. Впрочем, за последние дни она повидала столько, что и впрямь могла позволить себе смотреть на мир чуточку свысока. Ровно до тех пор, пока этот мир не рассердится на столь пренебрежительное к себе отношение и не отвесит ей соответствующего моменту «леща».

– Стоять. Дрожать. Отвечать… – Торн резким движением сгреб парня за рубаху на груди, чувствительно защемив кожу. – Где Радаван?

– Э-э-э…

Непонятно, чего больше было в голосе парня – испуга, возмущения, что его так бесцеремонно трясут, или удивления. Не каждый день все же увидишь в родном, можно сказать, доме совершенно незнакомого полуголого мужика, – у которого из одежды клок материи на бедрах да оружие, – в сопровождении красивой женщины. Тоже, кстати, незнакомой. Скорее, все же это был испуг, хотя он не мешал периодически коситься на Киру. Не на лицо, что характерно, а на более выдающиеся достоинства. Торн, сообразив, куда постоянно соскальзывает взгляд парня, с трудом удержался от того, чтобы совсем уж неприлично заржать, и перевел диалог в более конструктивную форму. В смысле, хорошенько тряхнул парня, так, что голова его закачалась, будто колокольчик на стебельке, и повторил вопрос, уточнив его профилактическим тычком в зубы. На этот раз вышло куда доходчивее.