Опричник - Антон Демченко

Отключить минное поле, добить остатки яростно огрызавшегося отряда наемников, отловить парочку попытавшихся скрыться в лесу ухарей и собрать в кучу нахлебавшихся ядреной перченой дымовой смеси пилотов тяжей… на все про все у «Гремлинов» ушло едва ли больше часа. И столько же заняли у нас с близняшками поиски исчезнувшего с поля боя пана доводцы.

Честно говоря, черта с два бы мы нагнали ушлого поляка, если бы тот не задержался в основном лагере своего отряда. Уничтожить развернутую в одной из палаток аппаратуру связи и СЭК он сумел, а вот сбежать от нас – уже нет. Петляющая пьяным егерем, проложенная нами в сторону Рахова грунтовка просто не позволила тяжелому «кошмару» развить достаточную скорость, а еще одного специалиста в стихии Тверди, чтобы проложить временный тракт, у пана доводцы, кажется, не нашлось. Так что наша тройка догнала удирающую машину майора аккурат у подножия Апецки. Можно сказать, повезло. Еще полкилометра, и беглец выбрался бы на трассу, а там за ним никакой ЛТК не угнался бы. Но увы бедолаге, не успел.

Длинная очередь из наплечного стреломета, выпущенная Линой, с хирургической точностью вспорола двойные скаты удирающей машины, излохматив ячеистые «безвоздушки»^[24] так, что «кошмар» тут же «сел на обода». Тяжелую машину резко повело в сторону, подбросило на подвернувшемся камне, и в густой подлесок она влетела уже на боку, с хрустом и грохотом проделав в нем широкую, неопрятную просеку.

Кроме водителя, в «кабинете» никого не оказалось, так что девчонки шустро спеленали пребывающего в отключке пана Добужского и, дождавшись, пока я сообщу на базу о новой работе для наших трофейщиков, двинулись в обратный путь. Оставлять рядом с машиной какую-то охрану, я посчитал излишним. Места здесь нехоженые… ну, условно нехоженые, да. Но как бы то ни было, я был уверен, что за час-другой с напичканным аппаратурой грузовиком точно ничего не случится. Не СБТ все-таки.

После боя база выглядела как растревоженный улей. Снующие туда-сюда бойцы охраны и технари Рогова, суета и шум сгружаемой на площадку перед воротами мастерской техники. Резкие окрики команд в адрес сбившихся в кучу плененных наемников… веселуха. Если бы еще не порванные в клочья секции ограждения, столбы дыма и запах гари, поднимающийся над развороченной взрывами землей… И запах крови. Тонкий, почти незаметный на общем фоне, но от этого не менее неприятный.

Закинув нашего пленника в один из пока пустующих залов подземного склада и убедившись, что тяжелая металлическая створка ворот надежно запирается, я отпустил уставших близняшек на отдых, а сам отправился в БИЦ. Рогов, конечно, майор, но и мне невредно будет ознакомиться с информацией о результатах нашей маленькой войны.

И нет, прежде всего меня интересовали не трофеи, подсчет которых к тому же только начался, а наши потери. В том, что без них не обошлось, я практически не сомневался. Современный бой – это не сражения времен рыцарей, когда на два тысячных войска случалось аж до десятка убитых.

– В технической секции потерь нет. Среди гражданских – тоже. В секции охраны тринадцать раненых, из них двое тяжелых. Четверо погибли, – коротко отчитался Георгий под кивок хмурого Евтихова.

– В полевой секции потерь нет, – вздохнул я и, набрав на коммуникаторе номер Елизаветы, вывел канал на один из больших экранов. – Лиза, Георгий сказал, у тебя там двое тяжелых…

– Трое, Кир, – смахнув с лица пот, отозвалась Посадская и, резко повернув голову, зашипела кому-то, находящемуся «вне кадра»: – Куда пошел?! А ну… я тебе дам «само заживет»! В бокс, немедленно!