Император Владимир - Рустам Иванович Максимов

– Ещё один «гость» из будущего? – нахмурился Владимир Александрович, откидываясь на спинку кресла. – Кто? Почему он молчал больше года? Где он сейчас? В Крыму?

– Скорее всего, в одном из городов Крыма либо черноморского побережья России, – предположил вице-адмирал. – Это предпоследний номер «Крымского вестника», мне прислали его сегодня с курьером.

– Ваше объявление публикуется уже шесть-семь месяцев… Хорошо, будем считать, что найден ещё один визитёр из будущего и житель нашей России не сошёл с ума после вселения в его тело чужого разума.

Великий князь поднялся на ноги, прошёлся по кабинету, подошёл к окну, бросил взгляд на улицу, повернулся к посетителю.

– «Гость» адаптировался к сознанию хозяина тела, адаптировался к нашей реальности и спустя год решился раскрыть собственное инкогнито… Вывод: визитёр весьма осторожен, но при этом желает найти таких же путешественников по времени, как и он сам.

– Да, мы имеем дело с очень осторожным человеком, – соглашаясь, кивнул Алексеев. – Поэтому предлагаю не торопиться, чтобы не спугнуть этого типа.

– Ладно, сыграем по его правилам… Евгений Иванович, я даю вам полный карт-бланш в этом вопросе. Делайте всё, что сочтёте нужным. – После небольшой паузы великий князь подошёл к столу и нажал кнопку звонка. – Давайте мы с вами хорошенько перекусим, а после обеда расскажете, что происходит в Адмиралтействе.

В Адмиралтействе, по словам вице-адмирала, разгорелось подковёрное противостояние между реформаторами и ретроградами. К ретроградам, по мнению Евгения Ивановича, относились все те, кто группировался вокруг Копытова и Казнакова, и даже Макаров с Мессером. На противоположном полюсе находились Алексеев и генерал-адмирал, невольным образом объединившиеся в реформаторский тандем.

– Степан Осипович взялся за стандартизацию всего и вся и на прошлой неделе добрался до крупнокалиберных снарядов и зарядов к ним, – рассказывал вице-адмирал, помешивая чай серебряной ложечкой. – На заседании Адмиралтейств-совета ознакомил управляющего с результатами своих проверок… Скандал решили замять, не вынося сор из избы. Хорошо ещё, что Алексей Александрович в отъезде, отдыхает в Париже.

– Хорошо бы навести Макарова на мысль, что длину снарядов следует увеличить на пару-тройку калибров, – призадумался Владимир Александрович. – Это касается всех типов снарядов, особенно фугасных, тонкостенных. Я мог бы просто приказать, сославшись на генерал-адмирала, но будет лучше, если Степан Осипович дойдёт до этого самостоятельно.

– Сделаем. Степан Осипович прислушивается к моему мнению, – заверил Алексеев. – На следующем заседании мы с Макаровым поставим вопрос о принятии на вооружение фугасных снарядов с мелинитовой начинкой.

– Отличная новость. – Лёгкая улыбка тронула губы великого князя. – Казнаков с Копытовым, без сомнения, сразу же заведут разговор о деньгах… Евгений Иванович, обрадуйте этих динозавров, что банковский дом «Прометей» с удовольствием поможет родному флоту: мы купим мелинит во Франции. Купим столько, сколько понадобится.

– Откровенно говоря, я бы отдал предпочтение тротилу, а не мелиниту, – вздохнул вице-адмирал. – С мелинитом следует обращаться очень осторожно, а у нас снаряды ворочают вчерашние крестьяне, знающие о химии не больше, чем я о кибернетике.

– Тротил можно закупить в Германии либо заказать в нужном количестве, – не совсем уверенным тоном произнёс Владимир Александрович (Муромцев не помнил, в каком году немцы начали снаряжать свои снаряды данным В В). – Нет, проще будет достать технологию и делать его в России.

– Я считаю, что в качестве начинки снарядов, торпед и мин тротил намного перспективнее мелинита, – заметил Алексеев. – Как только у нас появится возможность производить достаточное количество этой взрывчатки, я предложу генерал-адмиралу полностью отказаться от пироксилина.

– Евгений Иванович, составьте, пожалуйста, предварительный план перевооружения: количество тротила в тоннах, сколько времени займёт переход с одной взрывчатки на другую, – попросил брат покойного императора Александра III. – О финансах не беспокойтесь, это моя забота.

– Владимир Александрович, такой план готов, – улыбнулся председатель МТК. – Согласно вашему распоряжению, я реорганизовал работу МТК и теперь занимаюсь широчайшим кругом проблем.

– Вот как? – вскинул брови великий князь. – Давайте, рассказывайте во всех подробностях.

Прихлёбывая чаёк, вице-адмирал неторопливо поведал о детально проработанных им планах реформирования флота. Начиная от перехода на комплектование экипажей кораблей профессионалами-контрактниками и заканчивая перевооружением и модернизацией стремительно устаревших единиц. Кроме тех, чья боевая ценность уже равна нулю либо станет равна нулю в самом ближайшем будущем.

На Балтике немедленному списанию, как безнадёжно устаревшие, подлежали корабли береговой обороны «Первенец», «Не тронь меня», «Кремль», а также мониторы типа «Ураган», «Чародейка» и «Смерч». Кроме них на слом должны были пойти башенные броненосные фрегаты, названные в честь четырёх адмиралов российского флота, а также древние канонерские лодки типа «Ерш» и «Мина». Списанию подлежал и броненосец «Пётр Великий», модернизация которого за казённый счёт представлялась Алексееву излишне затратным мероприятием.

Четверку старых броненосных и полуброненосных фрегатов – «Генерал-адмирал», «Герцог Эдинбургский», «Козьма Минин» и «Дмитрий Пожарский» – планировалось переоборудовать в минные заградители, чтобы использовать их на Балтике. Три более новых броненосных крейсера – «Адмирал Нахимов», «Дмитрий Донской» и «Владимир Мономах» – после перевооружения можно было либо оставить на Балтийском море, либо, при необходимости, перевести на Тихий океан.

Броненосцы «Николай I», «Александр II», корвет «Рында», а также крейсера «Адмирал Корнилов» и «Память Азова» должны были составить учебно-артиллерийский отряд Балтфлота. После капитального ремонта котлов, машин и модернизации артиллерийского вооружения, разумеется.

На Чёрном море планировалось сдать на слом «Новгород» и «Вице-адмирал Попов», причём сделать это как можно скорее. Длительная и затратная модернизация броненосцев «Екатерина II», «Синоп», «Чесма» и «Георгий Победоносец» вряд ли бы поставила эти корабли в один ряд с «Ретвизаном», «Микасой» или «Коммонвельфом». Все четыре броненосца подлежали переводу в корабли береговой обороны и учебно-артиллерийский отряд с последующим списанием в 1905–1915 годах. Аналогичная судьба была уготовлена и «Двенадцати Апостолам» – его планировалось сдать на слом после 1915 года.

Три броненосца единичных проектов – «Три Святителя», «Ростислав», «Князь Потёмкин-Таврический» – должны были составлять основу Черноморского флота в первое десятилетие двадцатого века. Затем, по мере вступления в строй новейших дредноутов, вышеуказанные корабли следовало модернизировать и перевести во вторую линию.

Единственный крейсер Черноморского флота «Память Меркурия» – по сути, вооружённый пароход – вряд ли мог тягаться с британскими «Гиацинтом» или «Амфитритом», не говоря уже об «Абукире» и его систершипах. В МТК предложили вариант переделки данного корабля в минзаг с последующей отправкой его на Дальний Восток.

Ушедшие на Дальний Восток броненосцы «Наварин» и «Сисой Великий» Алексеев хотел уже через годик вернуть на Балтику для ремонта и модернизации, после чего перегнать их обратно на Тихий океан. «Петропавловск», «Севастополь» и «Полтаву» планировалось ремонтировать и модернизировать на месте – во Владивостоке или в Дальнем, когда там будет построена нормальная военно-морская база.

Из броненосных