Герой! - Дейв Дункан

— Почему бы не «Ваун»? — спросил Ваун, но это было все равно что истязать гриб. Он подумал, сколько нужно времени, чтобы лейтенанта Клинка откомандировали на какую-нибудь льдодобывающую станцию в Облаке Оорта. Скорее всего, пока придут распоряжения, пройдет часа четыре, что кажется слишком долгим временем в данных обстоятельствах.

— При всем уважении, сэ… — Казалось, что чистосердечие льется из розовато-голубых глаз через край. — При всем уважении, я так восхищался вами всю свою жизнь, что я не чувствую себя достойным обращаться к вам, как к равному, адмирал.

Если это намеренная наглость, то она исполнена блестяще. А если это искренне, то еще противнее. Ваун вспомнил ядовитую неприязнь к лейтенанту Клинку со стороны Мэви, и теперь она показалась ему в высшей степени понятной.

«Всю свою жизнь?» Сколько лет… месяцев… этому долговязому выскочке?

— Когда вы покинули Доггоц, Клинок?

— Десять недель назад, адмирал. Ваун обернулся к Фейрн и был раздражен удовольствием в ее бриллиантово-голубых глазах.

— За такой срок большинство людей уже начинают выказывать признаки выздоровления, — заметил он.

Огонек исчез, и Фейрн бросила еще один беспокойный взгляд на окна.

— Я попросила Клинка привезти меня сюда, Ваун, — сказала она. — Он собирался уехать, но…

— Фейрн, — сказал Клинок.

— Но? — потребовал Ваун, и шипы подозрения вернулись, еще более острые.

Выражение лица Клинка было непогрешимо чисто и невинно, но девчонка поняла посланное им сообщение, и ее тревога вернулась к ней.

— У Клинка есть давнишняя мечта поохотиться на стрилеров, — быстро сказала она, — а Вэлхэл, конечно, одно из немногих мест…

— Конечно! Ничего нет проще, но тебе нужно заняться этим до еды, парень.

Обслуга!

Мгновенно вырисовался неотесанный Дживс.

— Адмирал?

— Лейтенант Клинок желает пойти погарпунить стрилеров. Они все еще нерестятся?

— Да, адмирал. — Сим задумчиво скривил нижнюю губу. — Сейчас в заливе есть небольшой косяк. Кроме того, есть гаспоны.

Гнусавый кайлбранский акцент делал голос похожим на звучание струны арфы.

Робкое хихиканье со стороны Фейрн показывало, что она поняла, с кого сделана карикатура. Клинок то понял, ибо чуть-чуть помрачнел — первая выказанная им эмоция.

Ваун проигнорировал эту реакцию.

— Тогда полный вперед, лейтенант! Вы раньше катались на гаспоне?

— Нет, адмирал, — холодно сказал Клинок. Ваун повернулся к симу.

— Найди для него подходящий наряд, покажи путь к пристани и убедись, что он знаком с техникой спасения на тот случай, если его унесет в открытое море.

— Да, адмирал! — Дживс превращается в двух одинаковых Дживсов.

— Пойдемте со мной, сэр, — говорит один из них. Вауну нравились парни, которые понимали, когда проигрывают. Если Клинок и почувствовал злобу или возмущение, он их не выказал. Если он и в самом деле мечтал попробовать самый крутой, самый трудный вид спорта на Ульте, то он не выказал и этого.

— Это невероятно мило с вашей стороны, адмирал, — сказал он искренне. С почти неуловимым кивком, который чем-то напоминал резкий армейский салют, он развернулся и зашагал вслед за симом, размахивая руками.

Ваун обратился к другому симу:

— Подбери самого смирного гаспона и дай мне знать, прежде чем пустишь паром.

Сим с легкой ухмылкой исчез.

Фейрн смотрела на Клинка. Потом она ощутила на себе взгляд Вауна и с озадаченной усмешкой, стилетом вины воткнувшейся под его ребра, повернулась к нему.

— Я надеюсь, он умеет плавать? — спросил он.

— Как угорь.

— Тогда он в безопасности.

Впрочем, не совсем.

Она понимающе улыбнулась.

— Он всегда в безопасности, кроме опасности спровоцировать свое убийство.

Он многих людей заставил скрежетать зубами.

— А тебя… — спросил Ваун, не успев вовремя остановиться. Фейрн быстро посмотрела на дом.

— Я доверяю ему, — мягко сказала она. Но это было намного меньше, чем чуть раньше успели сказать ее глаза, и Ваун снова почувствовал себя сраженным этой желанной озорницей. Среди женщин-рэндомов не являлось редкостью стравливать между собою конкурентов-любовников и наблюдать за конфликтом, но выставлять лейтенанта против адмирала было абсурдно. Что же у нее на уме?

— А ты, Фейрн? Чего ты хочешь? На самом деле.

— Сначала мне, правда, хотелось бы посмотреть картины, наверное, и…

— Хватит! — он схватил ее за плечи, затрепетал от холодной гладкости ее кожи. — Не унижай нас обоих притворством. Я знаю, что мне нужно от тебя, и я не пытался это скрыть. Ты обязана самой себе и мне быть столь же честной.

Он увидел, как заволокло опять веснушки малиновым багрянцем, и желание забилось в нем, словно лихорадка.

Она долго рассматривала его широко раскрытыми голубыми глазами.

— Я слышала, что Вэлхэл нуждается в хозяйке, — прошептала она.

Значит, Дживс был прав!

— Да?

— Всю свою жизнь я мечтала стать хозяйкой в Вэлхэле для адмирала Вауна.

Это мечта моей жизни? Я понимаю, что я молода, но…

Теперь он понял свои глупые поползновения на оборону.

— Фейрн! Сколько тебе лет?

— Почти семнадцать, — прошептала она, опустив глаза, потом подняла их, пытаясь набраться уверенности. — Но я училась изо всех сил! Мама научила меня всему! Я знаю, как разговаривать с епископом, как судить о вине, как менять тему, когда разговор касается опасных вещей и…

Шестнадцать! Но достаточно взрослая! Он сжал ее плечи сильнее, соображая, может ли она почувствовать, что у него потные ладони. Он понимал, что и сам покраснел. Дрожащее неопытное дитя, мечтающее стать утехой вселенского героя…

Всего шестнадцать — почему его так взволновала эта новость?

— Дай мне шанс попробовать! — сказала она. — Как ты считаешь, я смогла бы стать хорошей хозяйкой?

Я считаю, что было бы действительно сладко тебя трахнуть, — подумал он.

Управлять поместьем всемирно известной знаменитости в шестнадцать лет? Нелепо.

— Быть хозяйкой — это немного больше, чем уметь трепаться, — хрипло сказал он.

Она помолчала долю секунды, а потом кивнула с торжественным согласием.

— Разумеется!

Лейтенант Клинок вернется не очень скоро.

— Теперь! — потребовал Ваун, крепче прижимая ее к себе. Девяносто девять процентов увеличиваются до ста…