Одержимый мечами - Роман Романович

Что было воспринято как серьёзное предложение.

В этот момент к нам в офис заглянул… Радамир.

Дверь вообще-то была закрыта на замок, и он как-то сразу переместился внутрь, оставив за собой радужный след.

Представьте себе эту картину. Сидит глохарка за ноутбуком и фиксирует записи. Стоит ведьма и мечтательно представляет, как будет шугать старушек возле дома. В руках у ведьмы моток змеиной кожи, а возле ног — костяная змея. Которая подняла голову и уставилась на Радамира. Елена в это время сидела за соседним столом, в артефактных очках и работала со своим драконом. Кот поднял голову, тоже глянул на Радамира и дыхнул огнём.

Первой засмеялась Даура.

— Какой… — смеясь, сказала она. — Импозантный… — Новая порция ха-ха. — Мужчина к нам пожаловал.

— Это и есть радужная шляпа? — спросила Елена с интересом, снимая очки. — Вы наставник Давида, получается?

— Так и есть, — угрюмо ответил Радамир.

— Ничего менять не буду! — сказал я до того, как услышал требование.

— Ещё как будешь, — надвинулся Радамир, давя.

— Хрен тебе, — упрямо ответил я.

— А что менять? — удивилась Даура. — Эта шляпа просто восхитительна! Давайте я вам ещё плащ свяжу! Радужный! — снова прыснула она от смеха.

— Леди, не знаю, кто вы такая, — сказал Радамир. — Но это вовсе не смешно.

— Просто вы такой серьёзный, — направилась Даура к нему и подхватила под локоть. — Проходите. Наша мастерская всегда рада клиентам! А хотите я вам серьгу из лунного света сплету? Все… Дамы! — поспешно добавила она под суровым взглядом Радамира. — Конечно же, все дамы будут ваши!

Не удержавшись, Даура продолжила смеяться. Не знаю, чего это она. Не, Радамир реально комично выглядел с облаком радуги за спиной, но Даура обычно куда сдержаннее себя вела.

— Никогда не видел серьги из лунного света, — ответил мужчина. — Но это точно будет лишнее.

— Эх, а жаль, — вздохнула девушка. — Хорошо, что у нас есть Сказитель, — посмотрела Даура на меня. — Раз вы наставник Давида, значит, человек точно могущественный. Скажи, — обратилась она ко мне, — какую… мужественную… — захихикала Даура, — историю можно рассказать про мужчину в такой шляпе?

— Радужный мечник, — вздохнул я. — Шутка, сплетённая с личным могуществом и великими делами, умноженными на время, породит красивые легенды. О том, кто сокрушал врагов красиво. Хочешь историю, сшей ему подходящую амуницию, — кивнул я на Радамира. — Тьма и радуга. Красота и пафос. Я этим заниматься не буду, но, если старикан уболтает тебя… — махнул я рукой.

— А просто изменить шляпу — не? — спросил наставник.

— Нет, — качнул я головой. — Это невозможно. Проще новый артефакт создать. Но мне в лом. И чего ты ломаешься, вообще? Даура тебе по красоте всё сделает. Войдёшь в историю, как самый стильный мечник. Плохо, что ли?

— Так себе предложение.

— Всё, достал. Даура, не делай для него ничего. Будет он тут ещё нос воротить.

— Я не отказываюсь, — поспешил добавить Радамир.

И наградил меня взглядом «ну, ничего, щенок, я те устрою весёлую жизнь».

* * *

Даура взяла Радамира в оборот. Настолько, что они последние в офисе остались. Я же с девушками свалил.

Жизнь постепенно входила в свою колею. Кураторы затаились, что бы это ни значило. Я собрал конспекты с пропущенных занятий и погрузился в учёбу. Третий год как-никак. Начинались по-настоящему серьёзные вещи. Сейчас я куда лучше понимал, как устроена студенческая жизнь. Первый год — это вкатывание в процесс и отсев. Студентов нагружали по всем направлениям, подтягивали до общего уровня, давали проявиться самым талантливым и работоспособным. Второй курс — погружение в магию и сложные системы, по принципу: делай вот так и будет результат. Третий курс — пробежавшись по темам, дисциплинам и рекомендуемым учебным материалам, пришёл к выводу, что учёба пойдёт не в рамках задачи «Бери и делай», а в рамках изучения фундаментальных вопросов «Почему изученные схемы в принципе работают?». Грубо говоря, можно взять схему, как собрать летающее крыло, а можно изучить базовые дисциплины, которые позволят разработать крыло с нуля, как идею.

От названий дисциплин и учебников сводило скулы. Но куда деваться.

План на эту жизнь у меня принципиально не менялся. Важная следующая точка — получение статуса мастера. Самое простое — получить высшее образование и отработать три года. Последнее трактовать можно по-разному, и я не ленился, каждый свой проект отмечал, что шло в общий зачёт. Ещё важно, чтобы общество признало как мастера, а следом за ним и рынок, но это тоже дело наживное. Фирму я открыл не просто так, а с прицелом, чтобы репутация потихоньку копилась.

Так что вперёд, учиться и учиться, пока не выгнали, и работать-работать.

Не прошло и двух дней, как снова объявился тот настырный господин. Его настырность настораживала, но причин отказываться не было. Сказал Фло, чтобы пригласила его в субботу в офис. Посмотрим, что у него там за дело.

С первого же взгляда, когда он вошёл в помещение, господин мне не понравился. Не уверен, что в этом было что-то личное. Я изначально был настроен скептически из-за его настырности. А то, что увидели глаза… Толстый, в дорогой одежде, вспотевший, с маленькими недовольными глазками.

— Наконец-то вы приняли меня, — сказал он недовольно.

— Господин Фрактуков, — поздоровался я. — Я отсутствовал в городе, поэтому не мог принять. Но теперь я здесь и могу выслушать, с чем вы пришли.

Ответ был полон сдержанной любезности. В любой другой ситуации я бы, скорее всего, десяток раз нагрубил, но это потенциальный клиент. Чего его кошмарить сразу? Елена права, нам, как молодому бизнесу, нужны клиенты. А ещё нам нужно с этими клиентами, самыми разными, замечу, учиться работать. Если от каждого проблемного нос воротить, никогда репутацию себе не сделаю.

— Я уже говорил вашей помощнице, — сказал он, поджав губы. — В моём особняке поселилось проклятие. Пока вас не было, — добавил он обвинительно, — оно стало только сильнее. Из-за этого я несу убытки!

— Другие мастера не согласились взяться за дело?

— Какие ещё мастера? — возмутился Фрактуков. — Мышкин, что ли? Этот трус никогда не хочет работать, а если соглашается, то выставляет конский счёт.

— Замечу, что мы тоже работаем не за бесплатно.

—