Чемпион - 2 - Валерий Гуров

В общем. Имея всего один эластичный бинт на руку, Пельмень сделал следующее: начал обмотку с запястья, защищая тыльную сторону руки, костяшки и большой палец, часто вылетавший со скоростью пули. Все эти манипуляции было необходимо проводить в несколько последовательных этапов друг за дружкой, но Саня умудрился поместиться в один. В том числе, исхитрившись ловко свернуть бинт в подушку у костяшек и одновременно прикрепить ее к руке — теперь уже сменив направление бинтовки на обратное, к запястью. Сформировать «рукоятку» под кулак к сожалению толком не вышло, не хватало длина бинта. Но все что смог, за отсутсвием самих тейпов собственно, Пельмень таки сделал.

Пацаны боксеры сначала повозмущались, а потом самые внимательные из них начали с любопытством следить за тем, как он бинтует руки и задавать вопросы. Самый популярный из них:

— Слышь и че внатуре это помогает или ты гонишь?

— Внатуре помогает, — отвечал Пельмень. — Не надо думать о том, что ты можешь донести удар под неправильным углом. Просто бьешь.

— Не знал про такой прикол.

— А ты сам попробуй в следущий раз, — рекомендовал Саня. — Может тоже вместе со мной прикольнешься и бинтоваться начнёшь.

Остальные правда смотрели на него с усмешкой на лице. Хиханьки-хаханьки, что там может знать жирдяй, который то боксом не занимался никогда. Ну да ладно. Потом такие умники первые заканчивают выступления после более менее серьёзной травмы.

Наконец, когда Пельмень закончил бинтовку и натянул перчатки, выбросив перед собой несколько прямых, остальные боксёры в зале всерьёз считали эти манипуляции за затяжкой времени. Ну и осознанием Пельменем того полного дерьма, в которое он вляпался по собственной воли.

— Готов, — сообщил Саня, следом вставляя капу в рот.

— Шлем? — указал Володя. — Надевай.

— Обойдусь без него, — Саня отрицательно покачал головой.

Базара ноль — ставка была слишком высока.

Соглашаться становиться в спарринг, пусть и минутный с ребятами разрядниками, некоторые из которых (как тот же полутяж Вова) уже выполнили норматив кмс — затея откровенно херовастенькая. Но сдавать Саня не собирался. Шлем же на вкус Пельменя ограничивал обзор и в некоторой степени сковывал.

Конечно, для Зверя из преисподней, который сам то собственно был мастером спорта международного класса по самбо и чёрным поясом по бжж, вряд ли было особым вызовом отспаринговать с малолетним пацаном разрядником, но как говорится, обстоятельства вносили свои коррективы и даже с таким оппонентом Саня нынешний был вынужден считаться.

— Слышь, братец ты точно не передумал выходить? — серьезно спросил Вовка, подойдя к Пельменю и взглянув ему внимательно в глаза. — Отказывайся, пока не поздно, мы только поржем, все чисто по приколу — правда.

— Не, какой на фиг отказывайся, Воло, его за язык никто не тянул, — замотал головой рыжий Сереня. — Пусть выходит, за слова надо отвечать.

Как было не трудно догадаться, именно он вызвался выскочить против Пельменя на минутку. И сейчас уже подготовился к спаррингу.

— Если в отказ пойдёт, то пусть тогда сумку отдаёт, так будет честно! — прокомментировал он.

Сумка явно понравилась пацанам, потому что все до одного боксёры в зале (за исключением разве что самого Володи) выразили своё желание встать в пару с Пельменем и объявить себя новым владельцем сумки. Ну и в течение минуты выбить из него всю дурь, чтобы выиграть спор и заполучить заветный приз. Поэтому рыжий средневес оказался далеко не единственным потенциальным кандидатом, пришлось даже жребий пацанам тянуть, пока Пельмень бинтовал руки, чтобы все по справедливости было.

— Слышь, Серюня, я не отказываюсь, жути давай не нагоняй, — пробубнил Пельмень, капа мешала толком говорить и имелось ощущение каши во рту. — Выскакиваем, все в силе. Сумку тоже ставлю на кон.

— Красавчик, че, — прокомментировал кто-то из боксеров, поддерживая «смертника», коим Пельменя всерьёз считали.

— Уверен, что шлем не будешь надевать? А если прилетит? — снова уточнил Вовка. — Может подстрахуемся на всякий, а то у нашего Серёжи удар такой, что голова в трусы провалится, если пропустишь.

— Уверен, — Саня отрывисто кивнул. — По мне ещё попасть надо.

— Ну смотри. Тебе потом валяться в больничке, такая себе перспектива.

Шлем Пельмень надевать не хотел ещё и потому, что все должно было быть предельно честно, а в дополнительной защите резко уменьшались шансы на нокаут в исполнении рыжего. И даже плотный акцентированный удар не всегда приводил к падению на пятую точку. Поэтому — все честно, чтобы потом на это нельзя было кивнуть и воспользоваться, как отговоркой. Пусть пацан попытает удачу провалить голову Пельменя в трусы, как выразился Вова. Чего нет то?

Серега, кстати, не только не стал бинтовать руки, но и пренебрёг капой, всерьёз считая, что Пельмень ни разу по нему не попадёт. Разминаться рыжий тоже не стал. Ну тут хозяин — барин, это было его личное дело. А вообще самоуверенность никогда не доводит до добра — спросите к примеру у Майка Тайсона, привет Бастер Даглас. По идее, в этой новой реальности бой уже состоялся и показал, что непобедимых бойцов нет.

Саня ударил перчатками друг о дружку, размял шею, хищно оскалился, напрягая челюсть. Следом залез в ринг, где кстати уже стоял рыжий Серега и методично отрабатывал серийные удары в подобии боя с тенью. Запугать Пельменя хотел, засранец. Двигался пацан достаточно умело, на челноке, это надо признать. И в общем было видно, что Сергей хорошо обучен азам советской боксерской школы по лучшим ее канонам. Но не более, потому что в целом футворк у него не был на должном уровне и оставлял желать лучшего. Как, кстати и скорость, хорошие средневесы движутся куда быстрее. Но нюанс заключался в том, что даже такой не самой феноменальной скорости и футворка у Сани все ещё не было, это лишь предстояло развивать. В том числе в зале, где Пельмень всерьёз рассчитывал задержаться после этого спарринга…

В остальном Серега выглядел коренастым, мясистым и был достаточно низкого роста для среднего веса. Но вряд ли бы с его комплекцией удалось согнаться на весовую категорию ниже. Даже сейчас он, пожалуй, весил килограмма на четыре выше того веса, в котором собирался выступать на ближайших областных соревнованиях. Судя по показушной работе с тенью, Серега не был похож стилистически на игровика, работал на взрывах — одиночными ударами, вкладываясь в каждый из них всю свою немалую дурь и максимально выворачивая корпус. Пельмень заприметил, что он немного зависает после каждого нанесённого удара и одновременно открывается, на пару тройку сантиметров опуская руку. Будь у Сани прежнее тело и такая ошибка стоила бы Сереги жестокого нокаута на первой