Истории приграничья - К.Ф. О'Берон

— Господин Ук-Мак, а вам известен путь?

Дерел взглянул на него с любопытством:

— Вы ехали неведомо куда?

— Отчего же, — горячо возразил Фло-Даург, — ведомо… господину Ки-Пральду. Но он куда-то подевался…

— Ясно, — сдерживая улыбку, сказал Ук-Мак. — На вашу удачу я знаю место и отведу вас.

— Окажите честь, — с благодарностью ответил сотник.

Киаллиссцев похоронили рядом с рощицей, за которой некогда находился их лагерь. Круглый земляной холм ещё не успел зарасти, и тёмным пятном выделялся среди зелени. В центре возвышенности торчал небольшой столб с прибитым сбоку круглым киаллисским щитом.

Спешившись, Янс Фло-Даург снял деревянную флягу, висевшую на переброшенном через плечо ремне. Вынул пробку и сделал добрый глоток. Подошёл к могиле.

— Знаю, вы были отважными ратниками — иные не сумели бы пересечь эти про́клятые степи. Да не угаснут ваши костры на Великой равнине!

Вытянув руку вперёд, он перевернул флягу. Вытекшая тонкая розовая струйка моментально исчезла в подсохшей земле. Сотник потряс сосуд, избавляясь от последних капель, повисших на горлышке. Вознамерившись заткнуть его, обнаружил, что обронил пробку и принялся разыскивать, раздвигая высокую траву. Так и не сумев найти, в раздражении выбросил и флягу.

Покуда сотник исполнял свою благородную миссию, Дерел рассматривал зависший у самой земли алый солнечный диск, окрасивший багрянцем небо на западе, края облаков над головами рыцарей и лицо самого Ук-Мака.

— Мыслю, стоит нам переночевать на заставе, — сказал он. — До Фумина засветло уже не доберёмся.

Фло-Даург, не отвечая, поплёлся к своей лошади. Наступив на что-то твёрдое, наклонился, поднял пробку. Рассмотрел и с руганью зашвырнул далеко в заросли.

Оказавшись возле коня, что-то невнятно пробормотал, поцеловал скакуна в морду, погладил гриву. Встав сбоку, по привычке проверил подпругу. Ухватился за седельную луку, воткнул ногу в стремя и застыл, глядя вдаль поверх седла. Двадцать ударов сердца спустя, рывком уселся на коня.

— Я тут подумал… — начал он.

— Так вот, что это было, — пробормотал Ук-Мак.

Сотник вопросительно глянул на него и продолжил:

— Здесь же неподалёку изба про́клятого колдуна… Раз уж мы всё равно тут, отчего не взглянуть на неё?

— Солнце почти село, — нахмурился Дерел. — Нужно возвращаться.

Фло-Даург обдумал его слова и согласно кивнул:

— Раз надо — возвращайтесь, не буду возражать. — И кольнув лошадь шпорами, поскакал к лесу.

— Что за осёл! — вырвалось у Дерела.

Он не горел желанием преследовать пьяного упрямца в вечерней чаще. Но и бросить на произвол судьбы не мог. Стиснув челюсти, Ук-Мак поехал за сотником, намереваясь уговорами или даже силой доставить в пограничную крепость.

В лесу пряталась ночь, терпеливо дожидаясь заката, дабы растечься мраком по всей земле. Дерел осторожно ехал между деревьями, прислушиваясь к звукам, исходящим от двигавшегося где-то впереди Фло-Даурга. Несколько раз шум становился особенно громким, после чего сотник сердито бранился на «про́клятый лес» и «про́клятые ветки».

Нагнать Фло-Даурга удалось, когда совсем стемнело: сотник остановился, размышляя, в какую сторону направиться.

— Заблудились, господин Фло-Даург? — с едва заметным сарказмом спросил Дерел, подъезжая сзади.

— С чего вы взяли? — самоуверенно ответил сотник. И указал куда-то влево: — Ясно же, что нам туда!

— Почему?

— Там костёр, — бросил Фло-Даург, трогаясь.

— Демоны! — Ук-Мак ухватил его лошадь за повод. — Это могут быть кочевники!

— Тогда нападём на них, и о нашей доблести менестрели сложат песни! — воодушевлённо заявил сотник.

Дерел начал злиться:

— Ильэлл, да у вас даже доспехов нет!

Янс Фло-Даург ощупал себя:

— И верно… Проклятье! Что же нам теперь делать?

— Прежде всего — не шуметь, — прошипел Ук-Мак. — Тихо уезжаем…

— Никогда я не бегал от врагов! — возмутился Фло-Даург. — Тем более, от вонючих варваров, только и умеющих шататься по степи!..

Ук-Мак сжал кулак:

— Господин Фло-Даург, вы вынуждаете…

— За короля! За Эмайн! — дурным голосом заорал сотник и безжалостно пырнул коня шпорами.

Тот взвился и понёсся вперёд.

— Я сам тебя убью, — мрачно пообещал Ук-Мак.

Обнажив меч, рыцарь пригнулся к шее лошади и устремился за сотником.

По мере приближения к мигающему среди деревьев костру, Дерел осознавал, что тот слишком велик для одного или даже нескольких путников. И всё же, то, что он увидел, оказалось неожиданностью.

На просторной поляне находилось не менее пары дюжин кочевников. Когда из ночной темноты, с громким хрустом ломая кустарник, вылетели рыцарские кони, многие степные воины, слышавшие клич сотника, бросились в чащу, полагая, что на стоянку налетели ратники из Эмайна. Оставшиеся разбежались по краям поляны и обстреляли всадников из луков.

Промчавшись по освещённому пространству и вновь нырнув во мрак, рыцари неслись, полностью доверившись скакунам. С каждым ударом сердца, свет костра и выкрики кочевников все больше отдалялись, покуда не пропали совсем.

Ощущая упруго хлещущие по шлему и броне ветки, Ук-Мак не без злорадства думал, что бездоспешный сотник сполна получает всё, что заслужил. Подобные мысли моментально исчезли, стоило Фло-Даургу упасть.

Дерел не сразу понял, что произошло. Сначала впереди раздался шум, сопровождаемый приглушённым стоном. Но под копытами убегающего прочь коня сотника продолжала шуршать листва, и Ук-Мак решил, что наездника особенно сильно ударила какая-нибудь ветвь. Мгновение спустя, стон повторился — теперь позади.

— Фло-Даург! — негромко позвал рыцарь.

Не получив ответа, натянул повод. Остановившись, прислушался. Спрыгнул с коня, неуверенно двинулся на невнятные звуки, по мере приближения, превращавшиеся в надсадный хрип.

Лежавшего в зарослях папоротника Фло-Даурга Дерел нашёл буквально на ощупь. Стянув перчатки, в кромешной тьме провёл руками по неподвижному телу. Нащупал влажное пятно на правом боку, пропустив прятавшуюся в складках сбившейся котты едва выступавшую часть древка стрелы, сломавшейся при падении сотника.

Поднатужившись, Ук-Мак взвалил рыцаря на