Свой путь - Юрий Корнеев

— Ура, — закричала Кини, — наконец-то Ник помирился с Бертой. Я уж боялась, что этого никогда не произойдет. Знаешь, Берта, какой он злопамятный? Мне еще дядя об этом рассказывал.

— А что он тебе еще рассказывал? — спросил я.

— Не скажу. Много чего. Ладно, расскажу потом. Если будешь хорошо себя вести.

— Конечно, расскажешь. Чтобы ты и не рассказала? Такого быть не может. Ладно, если будешь себя хорошо вести, я, так уж и быть, выслушаю тебя.

Берта наконец заулыбалась. Вот так-то лучше. А то не хватало еще, чтобы я аграфке слезы вытирал, вместо того чтобы просто пристрелить ее. А ведь вытирал бы. Да, Ник, совсем ты размяк.

— Все, девушки, я к себе.

И я пошел в свою каюту. Еще поработаю немного — и спать.

А утром, после завтрака, пошли все вместе в медсектор. Сначала уложил девчонок, потом лег сам. Наконец-то высплюсь, а то эти две вампирши все силы из меня выпили.

Искин поднял меня за два часа до выхода из гипера. Девчонок я уже сам поднял. Все вместе отправились в кают-компанию. Не спеша пообедав, я прошел в рубку. Поудобней устроился в капитанском кресле. Управлять кораблем можно было как из пилотского кресла, так и из кресла капитана, но из капитанского было удобнее управлять огнем. А мне, вполне возможно, это сейчас может пригодиться. Так и вышло. Войдя в систему, сразу обнаружил архов. Не раздумывая, выстрелил залпом из всех орудий по ближайшему улью. Я почему-то был уверен, что архи меня почувствовали. Не увидели — ведь корабль был укрыт системой невидимости, — а именно почувствовали. Даже не дождавшись результата стрельбы, перенацелил орудия на другой улей. Пока я подрабатывал движками, орудия перезарядились, и я тут же выстрелил. И сразу начал разгоняться. Через несколько минут я уже совершил прыжок. Хорошо, что у меня не корыто Содружества, на котором разгоняться надо около двух часов. За это время тараканы меня на атомы разобрали бы. Разгонялся я в сторону Содружества. Пусть думают, что их навесил кто-то оттуда. Может, в нашу сторону не полезут. Пусть уж лучше с Содружеством цапаются.

— Никитич, запись вел?

— Конечно.

— Ну и что там было?

— Девять ульев только в этом секторе системы. Что в других, просканировать не успел. Планету превратили в свой инкубатор. Два улья из девяти ты разнес вдребезги.

— Ладно, пойду в кают-компанию — пить очень хочется. Через десять систем зови меня, будем выходить из гипера, поменяем направление движения. Покружим немного.

Я прошел в кают-компанию. Сел в кресло. Сара мне тут же принесла чаю. Девушки тоже были здесь и напряженно на меня поглядывали. Ну да, залп из пяти орудий трудно не заметить.

— Ник, мы с кем-то воевали?

— Наткнулись на архов. Пришлось пострелять. Никитич, выведи картинку в кают-компанию.

Прямо в середине зала возникла объемная картина космического пространства. Я увидел разбросанные по системе девять ульев. Потом ближайший астероид-улей разлетелся на куски. Взрыва видно не было, просто астероид вдруг вспух и исчез, а в разные стороны от него полетели искорки его кусков. Через несколько секунд то же произошло с соседним астероидом. А потом картинка погасла. Мы посидели немного молча.

— Ник, эти астероиды и есть ульи архов? — спросила Кини.

— Да.

— А здорово ты их. Но, может, не стоило их трогать? Теперь и они будут за нами гоняться.

— Эти твари сожрали одну из моих планет. Теперь ее придется уничтожать, а их у меня не так уж и много. А гоняться они за нами не станут. Они просто не могут гоняться. Обычно они просто двигаются не спеша в каком-то направлении и сжирают все на своем пути. Но перед этим собираются в рой, или орду, кто как называет. А это дело небыстрое. Вообще-то они все делают не спеша, основательно. Только стреляют быстро и точно. Это мне Хорт рассказывал, а он с ними воевал еще сто пятьдесят лет назад. Будем надеяться, что пойдут они не в нашу сторону. А вернее всего, никуда они не пойдут. Что для них потеря двух ульев? Пустяк. Ничего, я еще сюда вернусь с эскадрой и вычищу всю эту мерзость из своего пространства.

— Ник, а почему ты не остался и не уничтожил их всех?

— Потому что они почувствовали нас. И знали, где мы находимся. Приблизительно, конечно. Видеть они нас не видели. А на каждом их астероиде-улье несколько сотен орудий и ракетных пусковых. Если бы в нашу сторону начали палить все семь ульев, то обязательно попали бы. Всполох силового щита они бы засекли и стали стрелять уже прицельно. Несколько десятков попаданий для нашего щита ерунда, а вот несколько сотен он вряд ли выдержал бы. Так что пришлось уносить ноги. Могли и еще ульи подтянуться. Тогда нам было бы совсем кисло.

— Ник, а что у тебя за корабль? — подала голос аграфка. Надо же, заговорила.

— Крейсер.

— Крейсер? Во время войны один улей уничтожался тремя-четырьмя линкорами. И без потерь не обходилось. Минимум — пятьдесят процентов потерь. А ты одним крейсером уничтожил два улья и переживаешь.

— Ты не сравнивай ваши жестянки и наши корабли. Если бы у меня были три наших линкора, то через несколько минут в системе не осталось бы ни одного живого таракана. Ладно, девушки, пойду к себе. Что-то я устал.

Я и в самом деле вымотался. Бой и десяти минут не продлился, а как будто целый день в симуляторе провел. Пойду-ка и в самом деле вздремну.

Поднялся я к ужину. Чувствовал себя просто превосходно. С чего, интересно, я был такой вымотанный? Вроде и раньше мне приходилось участвовать в боях, но такой усталости не было.

— Афра, что это со мной было? Всего десять минут боя — и я как выжатый лимон.

— Да все очень просто. Устал-то ты не физически, а морально. Вспомни, как ты действовал?

— Не задумываясь. Мысли не успевали за действиями.

— Вот. Это значит, подсознание активировало все твои скрытые возможности, чтобы уберечь тебя от гибели.

— Какие еще возможности?

— А я почем знаю. Но если бы ты там задержался еще хоть ненадолго, то ты наверняка бы погиб. Поэтому мгновенно принимал решения и действовал не задумываясь и не комплексуя. Правильно, не правильно — главное, быстро, почти мгновенно. И оказалось, что ты делал все верно. Может, это и есть одна из твоих скрытых возможностей — принимать правильные решения мгновенно, можно сказать, интуитивно. Вот поэтому и откат такой тяжелый. Но ведь все закончилось хорошо, и ты опять в порядке. Просто тебе надо тренировать эту способность.

— А как? Как тренировать-то? Постоянно встревать в такие вот заварушки? Так можно и до смерти дотренироваться.

— Ну, тут я тебе не советчица. Хотя помирать и самой тоже неохота, так что ты как-нибудь уж поосторожней, с тренировками-то.

— Ладно, от тебя все равно ничего вразумительного не добьешься. Пойду-ка поужинаю. Что-то я проголодался.