Свой путь - Юрий Корнеев

Я отправился в кают-компанию. Девушки были уже здесь.

— Ник, а учиться когда отправимся?

— Мне нравится твоя тяга к знаниям, Кини. А учиться я вас могу уложить сразу после ужина.

— А ты?

— Мне надо еще пару дней пободрствовать.

— А можно, и мы вместе с тобой пободрствуем?

— Можно, конечно. Только вам будет скучно. Лучше бы вам лечь учиться. Я бы и сам отправился на учебу, но надо немного покружить, чтобы сбить тараканов со следа. Вряд ли они просчитают наш маршрут, но на всякий случай. Хуже не будет.

— Ничего, мы поскучаем вместе с тобой.

— Ну, как хотите.

После ужина сидели и разговаривали. Они рассказывали всякие истории о былой войне с архами. Что где-то прочитали или от кого-то слышали. Так, обычные небылицы. Но вечер прошел со смыслом. А потом пошли спать. Что интересно, аграфка пошла вместе с нами. Я не возражал. Да и чего уж теперь. Ведь все всё знали и понимали. Кини давно поняла, что я знаю, кто иногда приходит ко мне по ночам вместо нее. И аграфка это знала. Просто все молчали.

Проснулись поздно. Устроили себе завтрак в постели. Провалялся еще немного и решил все-таки вставать. Надо было готовиться к выходу из гипера. Вряд ли и здесь я наткнусь на архов, но все может быть. Решил пойти в рубку и попробовать настроить себя на такую встречу. Хотя как это сделать, так и не понял. Сидел в капитанском кресле и тупо пялился в стену. В конце концов мне это надоело. Вызвал Никитича и поболтал с ним. Наконец подошло время выхода из гипера. Сосредоточился, и… Пустая система. Вот и прекрасно. Изменил направление, разогнался и ушел в гипер. Сначала хотел прыгнуть на двадцать систем, а потом, представив себе, что целых двое суток придется маяться от безделья, решил, что и шести систем хватит. Как раз рано утром выйдем из гипера, и если все будет нормально, полетим уже по намеченному маршруту.

Пошел обедать. После обеда валялся на диване в кают-компании и пытался писать различные программы для искинов. Получалось плохо, потому что девчонки сидели на этом же диване и о чем-то болтали, при этом не забывая то поцеловать меня, то погладить. Провокаторши. Но я до самого ужина крепился и на провокации не поддавался. После ужина пошел к себе. Через несколько минут и эти подружки подтянулись. Больше крепиться я не собирался и утащил их в спальню.

Рано утром меня поднял Никитич.

— Ник, через полчаса выход из гипера, — раздался его голос у меня в голове.

Девчонок будить не стал. Оделся, быстро выпил чашку чая и пошел в рубку. Вышли из гиперпространства. Опять пустая система.

— Так, Никитич, возвращаемся на маршрут. Просчитай быстренько, как нам скорее добраться до намеченной системы, и организуй мне связь с Жуком.

Связался с Жуком. Рассказал ему об архах и судьбе колонии. Выслушал его ругань и проклятья. Просто невозможно поверить, что это обыкновенный искин. Такое впечатление, что прошлый раз он меня опять развел, выдав тот кристалл за себя. Так возмущаться и ругаться может только человек. К сожалению, это невозможно. Человек столько не прожил бы. А если прожил, то это уже не человек. Да и не стала бы такая могущественная сущность от меня прятаться, подсовывая вместо себя цилиндр с кристаллом. Значит, Жук уже настоящая личность. А вот Плюшкин со Спасателем еще пока искины. С зачатками личности, но искины. Наверное, потому что Жук был далеко от средоточия всех баз и станций с искинами и общаться ему приходилось в основном с самим собой. Вот в этом общении и в наблюдениях за внешней средой, а иногда и представителями человечества, его личность и формировалась. Ведь наверняка аграфы были не первыми, кто набрел на эту базу. Интересно, что с ними произошло? Учитывая то, что об этой базе никто и не слышал, ничего хорошего. Для них, естественно. Сомневаюсь, что и аграфов он отпустил бы восвояси.

Обсудил с Жуком свои дальнейшие планы. Договорились, что я обследую еще три колонии и вернусь. Обещал ему больше не рисковать. Наконец мы с ним распрощались. После этого, обсудив с Никитичем дальнейший маршрут, разогнался и ушел в гипер. Прыжок продлится аж пять дней, так что есть время нормально поучиться. Где те времена, когда я учился месяцами?.. А сейчас один лишний день вырвешь для учебы и радуешься. Все, решено, вернусь на свою станцию, к Плюшкину, и пока не добью все базы — никуда.

Пошел будить девчонок. Разбудил и сообщил им, что после завтрака все ложимся в капсулы учиться. После этого завтрак пришлось отложить на два часа. Но сразу после завтрака, не обращая внимания на просьбы Кини отложить учебу хотя бы до вечера, пошли в медсектор. Кини и там пыталась спровоцировать меня, принимая при раздевании различные эротические позы, но у нее ничего не вышло. Хотя я был близок к тому, чтобы отложить учебу до обеда, но пересилил себя и загнал их все-таки в капсулы. А потом лег сам.

За час до выхода из гипера Никитич меня поднял. Я поднял девчонок и умчался в кают-компанию. Быстренько перекусил и ушел в рубку. Вошли в систему. Никого здесь не было. И планеты тоже не было. Нет, планеты были, а нужной не было. На ее месте была груда астероидов. Кто ее так? Архи не могли. Во-первых, они досюда еще не добрались. И не доберутся, уж я об этом позабочусь. А во-вторых — они планеты стараются не уничтожать, а приспосабливают их под себя. Значит, Джоре. Или какой-то природный катаклизм. Жалко, очень жалко. Ну, ничего не поделаешь. Полетим дальше. Я попросил Никитича проложить маршрут к следующей планете. Обсудил с ним его и, разогнавшись, ушел в гипер. На этот раз прыжок длился четыре дня. Пошел в кают-компанию. Девчонки уже поели и сидели на диване и что-то обсуждали.

— Так, девочки. Сегодня отдыхаем, а завтра с утра опять в капсулы.

Кини, конечно, сразу начала ныть и выпрашивать отдых хотя бы в пару дней, но бездельничать два дня я был не намерен и пригрозил ей отправить ее в капсулу уже сейчас. Она сразу угомонилась. Как следует поев, ушел к себе. Через некоторое время туда же подтянулись девчонки. На ужин мы не пошли. А утром отправились в медсектор.

И опять меня поднял Никитич. До выхода из гипера два часа — учел прошлый свой прокол. Я тогда и поесть толком не успел, как пришлось бежать в рубку. Теперь хоть пообедать смогу спокойно. Поднял девушек, и мы гурьбой отправились в кают-компанию. По пути мы с Бертой подшучивали над Кини, которая клялась, что раньше, чем через три дня, в медсектор не вернется. Я предлагал, если что, закрыть Кини в ее каюте на все время, пока мы будем учиться, и уверял, что в следующий раз она в медсектор будет мчаться быстрее всех. Берта не была такой жестокой и предлагала разрешить Кини хотя бы прогулки по доступным для нее помещениям. Кроме медсектора, конечно. Кини на нас, естественно, обиделась и в кают-компанию вошла молча, но с гордо поднятой головой. Спокойно пообедав, я прошел в рубку и сел в свое кресло.

Три, два, один — выход. В системе людей не было. Архов, к счастью, тоже. А вот кислородная планета была. Живую планету никак не спутаешь с мертвой. Да и живность на планете какая-то имелась. Не было людей и вообще разумных. Я это каким-то образом видел. И хотя до планеты довольно далеко, она представлялась небольшой яркой точкой, я все равно это видел. Стал не спеша приближаться. И хоть я был уверен, что разумных в системе нет, все равно действовал осторожно. Как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть. Но ничего не случилось. Никто на нас не выскочил, никто не стал в нас стрелять. Вот всегда бы так. Приблизившись к планете, приказал Никитичу просканировать ее и потом доложить, а сам отправился в кают-компанию. Кажется, намечается небольшое приключение. Потом, конечно, искины устроят мне разнос, но не посетить планеты я не мог. Тем более что у нее был спутник, в тени которого можно очень хорошо спрятать наш крейсер. А на боте в случае чего я доберусь с планеты на корабль за несколько минут. Я понимал, что нарушаю все инструкции, оставляя корабль без экипажа, но ничего с собой поделать не мог. Да и все равно, рано или поздно мне эти инструкции нарушить придется — не могу же я вербовать добровольцев, находясь на корабле. Правда, именно в этом случае риск был неоправдан — ведь на планете людей нет. А вот всякая живность имеется, и вряд ли она встретит меня с объятиями. Скорее всего, попытается сожрать, но ведь и я тоже не подарок. Я уже представил себе шашлычок из какого-нибудь местного барашка. Наверняка здесь что-то такое водится. Не может не водиться. Фауна на всех кислородных планетах приблизительно одинаковая. И если здесь нет людей, то зверье совершенно непуганое и охота должна быть очень интересной. Из меня еще, конечно, тот охотник, но если не надо гоняться за зверем, часами сидеть в засаде, ползать по болоту, то почему бы и не поохотиться.