Неправильное число - Денис Кащеев

«Ковчег», день третий

Со спины можно было подумать, что Марина просто смотрела фильм и задремала в кресле перед экраном-шаром, чуть свесив голову с голубыми локонами на левое плечо. Фильм и правда шел: два средневековых парусника засыпали друг друга ядрами, команды оборванцев на их палубах грозно потрясали саблями, готовясь к абордажной схватке, пушистая обезьянка, кривляясь, скакала по вантам и реям – вот только Мальвина его уже не видела: горло ее пересекала роковая бурая борозда.

Возле кресла, держа мертвую девушку за руку, ссутулившись, стоял на коленях Гера. По его щеке медленно стекала прозрачная капля. Бородач был так бледен, что и сам мог бы вполне сойти за труп.

С десяток человек, столпившихся вокруг Геры и Марины, расступились, и Андрей, Инна и Олег подошли к телу девушки. Тёма, как видно, решил обойти кресло с другой стороны, но уперся в коленопреклоненного бородача и дальше не прошел.

Уже привычным движением Вербицкий проверил у Марины пульс – хотя картина и так выглядела предельно ясной.

– И что, никто ничего не видел и не слышал? – спросил он, окинув тяжелым взглядом собравшихся. – Внаглую же проделано!

Собравшиеся молчали.

– Что это за фильм? – задал тогда Андрей весьма неожиданный вопрос, указав на экран перед креслом.

– Новые «Пираты», – ответил кто-то.

– Давно идет? Сколько прошло с начала? – уточнил капитан, и теперь Олег понял его мысль: вероятно, девушка мертва не дольше, чем длится сеанс.

– Часа полтора, – прикинула, сделав полшага вперед и заглянув в шар, Ада. – Если не больше: заканчивается уже – это финальная битва.

– Остановите и узнайте точно, – распорядился Вербицкий. – За это время из комнаты кто-нибудь уходил? – задал он новый вопрос.

– За полтора-то часа? – присвистнул рыжий Артем. – Да, почитай, две трети экипажа тут побывало! А мы вот с Димоном и Максом только пришли, например.

– А я был тут с час назад – и ушел, – сообщил Тёма.

– Узнайте точное время, – повторил свое распоряжение Андрей, обращаясь к Аде. – Олег, а ты выяви всех, кто хотя бы на минуту заходил сюда в этот период.

Юноша кивнул.

Ада подошла к креслу.

– Пульт в подлокотнике, – заметила она.

Инна слегка сдвинула руку Марины, давая Аде доступ к управлению экраном. Гера судорожно дернулся, словно его ударили по лицу, и снова застыл каменным изваянием.

Ожидая, пока девушка назовет ему время, Олег перечислял про себя тех, кто был рядом, запоминая. Понятно, Гера. Ада. Артем, Дима и Максим. Тема. Диля, Даша. Мамай. Света. Вербицкий с Инной – но их, наверное, можно не учитывать… Он огляделся по сторонам, ища, не пропустил ли кого, и тут заметил, как под соседним креслом что-то блеснуло.

– А ну-ка разойдись… – шагнув в ту сторону, Олег опустился на корточки: на полу под креслом лежала свернутая в моток медная струна с крохотным серым цилиндриком, напоминающим пульку от пневматической винтовки, на конце.

– Не трогай! – предостерегающе раздалось сзади.

– Почему? – обернулся юноша к Инне – это она его остановила.

– Кора! – позвала вместо ответа Иноземцева.

– К вашим услугам, – голограмма возникла шагах в пяти в стороне.

– Вы сможете провести экспертизу? Определить, кто последним прикасался к струне? – указала Инна на Олегову находку.

– Увы, – развела руками Кора. – Такими возможностями «Ковчег» не располагает.

– Но вы же проверяли воду, когда нашли снотворное, – напомнила девушка, похоже ожидавшая иного ответа.

– Это другое, – покачала головой хозяйка «Ковчега». – В данном случае потребуется сравнительногенетическое исследование, оборудования для него у нас нет.

– Может быть, поискать отпечатки пальцев? – предложила из толпы Диля.

– На струне?! – хмыкнула Инна. – Как ты себе это представляешь?

– Короче, могу я ее поднять? – спросил, устав ждать, Олег.

– Поднимай, – махнула рукой Иноземцева. – В Москве такую экспертизу делают на раз. – Снова повернулась она к Коре: – А вы: нет оборудования! Тоже мне, суперцивилизация!

– «Ковчег» – космический корабль, а не криминалистическая лаборатория, – пожала плечами та.

Тем временем Олег подобрал струну, осторожно размотал – в длину она оказалась не меньше метра. Взявшись за концы, юноша примерился к свободному креслу, словно собирался накинуть на него петлю, свел руки вместе, затем снова их развел, потянул в стороны. Тот конец струны, на котором не было серого грузика, легко выскользнул из его вспотевшей от волнения ладони. Олег повторил эксперимент, обернув струну вокруг кисти: при новой попытке натяжения она больно впилась в кожу, но теперь эту импровизированную удавку стало возможно удержать и при необходимости – затянуть.

Юноша освободил правую руку: там, где струна касалась ладони, остался заметный белый след, впрочем, быстро розовеющий. А ведь он почти не прикладывал усилия! Что бы было, вздумай он душить сопротивляющегося человека?

Встретившись взглядом с внимательно наблюдавшим за его манипуляциями Вербицким, Олег продемонстрировал ему кисть руки. Секунду подумав, Андрей понимающе кивнул.

– Всем вытянуть руки вперед ладонями вверх, быстро! – Команда капитана прозвучала столь резко, что машинально ей подчинился даже Олег, сам же подсказавший Вербицкому эту мысль – что уж говорить об остальных.