Летун - Елена Первушина

Янтэ умаялась за день хождения по горам и, наслаждаясь здоровой усталостью, скинула с себя верхнюю одежду и повалилась на кровать, решив, что вымоется и переоденется утром. Друг, убедившись, что она вернулась, вскоре успокоился и заснул. Задремала и Янтэ.

Ее разбудил скрип открывающейся двери. Было еще темно. Янтэ села на кровати и хотела окликнуть ночного гостя, но тот, услышав шорох, мгновенно очутился рядом и навалился на женщину. Янтэ не успела ничего понять, как ночной гость уже сидел у нее на животе, одной рукой удерживая запястья, а другой – стаскивая штаны. И потому, что он даже не пробовал заткнуть ей рот, Янтэ догадалась, что кричать бесполезно.

Она уперлась пятками и плечами в кровать, изогнулась дугой, пытаясь сбросить с себя незваного наездника. Но тот был слишком тяжел и слишком силен – она чувствовала себя буквально раздавленной его весом. Единственное, что ей удалось – высвободить из захвата одну руку, и она тут же вцепилась насильнику в лицо, метя в глаза. Он отпрянул, но лишь затем, чтобы выхватить из-под головы девушки подушку и закрыть ее лицо – очевидно, решил, что придушенной она будет сговорчивее.

Янтэ уже теряла сознание, когда где-то высоко раздался отчаянный яростный крик летуна, а затем заорал и забился от боли сам насильник – похоже, Друг с наскока поцарапал ему когтями спину и впился в мягкое место пониже спины.

Янтэ скатилась с кровати и бросилась к двери, крича: «Уиррр! Уиррр!» – так матери подзывают маленьких летунов. Насильник выл и катался по полу. Друг, хлопая крыльями, перескочил на Янтэ, она выбежала в коридор и наткнулась на Сиру.

– Госпожа Янтэ! Что?..

– На меня напали! Только что! В моей комнате!

– Тогда нам нужно бежать.

Она потащила девушку вниз, на кухню, вывела через черный ход в сад, а из сада через заднюю калитку. Янтэ, почти ничего не видя в темноте, карабкалась по камням, целиком положившись на служанку. Рассвет застал их в убежище за каменной грядой довольно далеко от замка.

Янтэ была напугана, но невредима. Другу даже удалось не поцарапать ее. Сира убедилась в этом, осмотрев спину девушки.

– Просто чудо, – сказала она. – Ну что, отдышались? Ой, да вы же босиком!

– Обуваться времени не было, – выдохнула Янтэ.

– Да уже понятное дело! Вон как вас всю трясет. Я бы, наверное, от страха там на месте бы и умерла.

– Я не боюсь, – Янтэ попыталась улыбнуться, и ей это удалось. – Меня трясет от злости.

Единственное, что интересовало ее сейчас: сам ли Аргред явился к ней ночью в спальню или послал кого-то из своих людей? Хотел ли он «взять свое» или просто собирался унизить девушку, отказавшую ему. В любом случае, кто бы это ни был, но сидеть он сможет нескоро.

– Вас трясет от холода, – резонно возразила Сира. – И так мы далеко не уйдем. Здесь есть поблизости хижина. Пастухи обычно оставляют там одежду и немного еды. Я пойду посмотрю, что удастся добыть, а вы ждите меня здесь.

– Сира, но ты же не сможешь вернуться домой! Я благодарна, но тебе не нужно подвергать себя опасности.

Служанка усмехнулась:

– Меня зовут Сирэ, госпожа. И я служу вашей матери.

Янтэ хлопнула себя по коленям и расхохоталась.

– Вот стервы! Вот хитрюги! Вы одна другой стоите. А я-то…