Наблюдатель - Андрей Красников

– Значит, можно с уверенностью сказать, что все происходящее исходит оттуда.

– Нет, капитан. Вероятность не больше семидесяти процентов. Для примера, мы можем иметь дело с некой обсерваторией, регистрирующей таким образом возникновение аномалий. Или же с батареей, заряжающейся за их счет. Тем не менее высказанная вами версия – наиболее правдоподобная.

– Умный ты слишком, – проворчал я.

Спускаться на планету нужно, но спускаться не хочется. Особенно не хочется делать это поблизости от неизвестных построек.

– Как наиболее безопасно произвести забор необходимых материалов?

– Приземлиться на противоположную от построек сторону планеты в период между очередными всплесками напряженности. Выпустить добывающие модули и сразу же уйти на орбиту. Затем, ориентировочно через шестнадцать часов, вернуться и произвести загрузку готового материала. Опять уйти на орбиту.

– Думаю, так мы и сделаем. Там есть точки, пригодные для сбора?

– Современным двигателям практически все равно, какие именно материалы идут на расщепление. Тем не менее элементы с большей плотностью все равно являются предпочтительными. В заданной области есть несколько участков поверхности с такими элементами.

– Вот и отлично. Переходи туда, а затем действуй так, как сказал.

– Хорошо, кэп, – согласился Умник.

Планета перед нами начала приближаться, одновременно смещаясь в сторону. Все такая же серая и неприветливая, она действительно чем-то напоминала Марс… Хотя о чем это я. Любой безжизненный мир чем-то напоминает все остальные.

Корабль принялся наращивать скорость, и огромный шар окончательно исчез за краем иллюминатора.

Я вздохнул и в очередной раз попросил кофе. Некоторое время мне будет совершенно нечего делать.

Спустя полчаса и две выпитые кружки началось торможение.

– Кэп, последний раз аномалия должна была открыться десять минут назад. Сейчас идеальное время для приземления.

– Хорошо, садись, – я немного нервно поерзал в своем кресле.

Посещать чужую планету не хотелось категорически. Но особого выбора я себе, к сожалению, не оставил. Надо было не валяться во сне, а следить за тем, что делает Умник и вовремя реагировать на изменения в обстановке. Исследователь доморощенный… При первой же возможности по привычке отправившийся в сон. Гений.

Мы буквально рухнули вниз. На Земле или любой другой планете с плотной атмосферой корабль уподобился бы окутанному огнем метеору, но здесь все произошло довольно обыденно и без внешних эффектов. Умник остановил машину над самой землей, а затем совершил аккуратную посадку.

– Посадка осуществлена. Модули сброшены. Осуществляю набор высоты.

И наш кораблик опять унесся в небо. Вся операция заняла буквально несколько минут.

А вот следующие часы оказались довольно нудными. Я ходил по отсекам, рассматривал изображение планеты и таинственных построек, думал о том, как выследить нужный нам переход… И злился.

Злился потому, что ничего не придумывалось. Аномалии продолжали возникать в самых разных участках сферы.

– Капитан, мной обнаружена определенная закономерность в появлении новых гравитационных возмущений, – неожиданно раздался голос Умника.

Я буквально подскочил на месте.

– Какая?

– Если рассматривать обнаруженный искусственный комплекс в качестве центра сферы, на поверхности которой возникают аномалии, то те всегда регистрируются исключительно в верхней полусфере относительно комплекса и его ориентации к поверхности планеты.

– И всё?

– Это довольно значительное открытие, капитан. Благодаря ему мы можем окончательно установить причинно-следственную связь и принять как данность, что система аномалий ведет свое происхождение от действий объекта на поверхности планеты, а не наоборот. Вдобавок мы в два раза сокращаем район поисков конкретно нашей аномалии.

– Замечательно. А еще что-то наблюдается? Какие-то циклы?

– Пока что нет. Скорее всего, слишком мало данных. Не исключено, что правильный цикл будет распознан мной через несколько дней или недель.

– Утешил…

Настроение немного улучшилось. Умник прав, рано или поздно закономерность будет рассчитана, и мы попрощаемся с этой системой и всем облаком сразу. Обойдутся они и без нас.

Звезды за стеклами иллюминатора неожиданно дернулись и целеустремленно поползли в сторону. Корабль едва заметно вздрогнул.

– Что это? Умник?!

– Не беспокойтесь, капитан, до нас дошла очередная гравитационная волна. Если вы помните, я говорил вам об этом.

Звезды продолжали медленное движение. Похоже, нас немного разворачивает.

– Ты в следующий раз предупреждай, что ли. Долго это продлится?

– Чуть больше пяти минут, кэп. Если позволите, то я напомню, что сообщал вам о том, что из-за этого воздействия планета могла поменять свою траекторию. Мне кажется, это достаточная характеристика.

– Ладно, ты прав, – я осторожно выглянул в иллюминатор. Ничего неприятного там не наблюдалось. – Спрашивается, куда должен был открыться проход, чтобы получился такой эффект? Черная дыра, нейтронная звезда?

– Это самые вероятные кандидатуры, – согласился Умник. – Возможна также просто сверхмассивная звезда.

– Не нравится мне такое соседство. А если тот переход приблизится к этой черной дыре еще больше? Если вообще откроется в ее пределах?

– Последствия невозможно спрогнозировать с достаточной степенью достоверности.

Вот и я про то же.

Доконают меня эти события, чувствую. И так-то нервы полечить стоило, а теперь, с этими противоречивыми новостями, вообще мрак.

Спустя четыре часа мы спустились на планету. Ничуть не пострадавшие модули принялись неторопливо заполнять топливный отсек кусками добытой породы.

– Долго они там еще? – поинтересовался я, когда прошел целый час с начала погрузки. – Не очень хочется оказаться здесь во время очередных колебаний поля.

– Судя по данным, полученным с добывающих модулей, колебания в этом месте планеты не регистрируются. С учетом нулевой активности по всем остальным внешним показателям, находиться здесь совершенно безопасно. Загрузка материалов продлится еще два часа, но, если вы хотите, мы можем переждать некоторое время на орбите.

Я немного подумал, совсем уже было собрался отдать приказ о взлете на орбиту, но затем рассердился сам на себя за трусость. До чужой установки тысяч десять километров по прямой, все данные говорят о безопасности, а у меня здесь коленки дрожат.

– Лучше бы струсил перед тем, как в аномалию лезть, – сам себе сообщил я и разрешил Умнику продолжать погрузку.

Ничего из ряда вон выходящего так и не произошло. Корабль успешно загрузился под завязку, принял добывающие модули обратно на борт и ушел на высокую орбиту. Мои опасения оказались напрасными.