Север - Данияр Сугралинов

— Пробить путь наверх или умереть? — переспросил Север, сидевший со скрещенными ногами на каменном полу. — Небогатый выбор — умирать я не собираюсь.

За спиной карлика, объявившего Северу, что он какой-то донник, появились старые знакомцы, супермутанты из Огненной длани: Мофаро и Дигоро.

Карлик издал смешок, склонил голову набок и проговорил:

— Никто бы тебя не спрашивал. При другом раскладе предложил бы пустить тебя на мясо. — Он смолк, ожидая, что Север запаникует, однако тот сидел все так же неподвижно. — Но, увы, Агреттон сказал, что ты несъедобен. Так что сейчас мы с тобой немного поработаем, а ты попытаешься выжить. Получится — твое счастье. Нет — значит, не судьба…

Дигоро схватил Севера за горло, Мофаро обошел и прикрикнул:

— Руки назад, донник!

— Кто такие донники? — Север поднялся и позволил суперу связать себе руки за спиной. «Позволил» — мягко сказано, он при всем желании не смог бы ничего сделать, ведь метаморфизм ему отключили, а он уже привык и теперь ощущал себя беспомощным. — И что значит «поработаем»?

Карлик хохотнул, но ответил:

— Донники — мусор, ни нормам, ни нам не нужный, потому что и так ртов много, а жрать особо нечего. Сволочи, и те выше их!

— Да он вообще не сечет, как мы живем! — удивился Мофаро и толкнул Севера в спину. — На выход!

Дигоро отпустил его горло и вышел из камеры. Север направился следом. Карлик забежал вперед и продолжил:

— Сволочи пришли извне, но не подохли, прижились. Три года продержишься, станешь такой же сволочью. Бесполезной, но хотя бы своей. А если три года проработаешь подмастерьем, заделаешься ремесленником…

— Да ты гонишь, Кераттон! — воскликнул Мофаро. — Ну какой из него работяга? Видно же, боец… — И обратился к Северу: — Рейдером будешь! Не самозванным, а правильным, для этого тебе всего-то надо будет уделать в Большом круге других донников!

— Уделает ведь, — пробормотал Дигоро.

— А ну заткнуться! — рявкнул карлик. — Наговорите тут, что он пойдет всех подряд лупить.

Выйдя из пещеры, Север ослеп от яркого света и закрыл глаза, но успел заметить, как Кераттон злобно зыркнул, однако ничего не сказал, даже когда Мофаро пояснил:

— Короче, Север… Перед жертвоприношением Двурогому на Лобном месте состоится Большой круг — донники из тех, что хотят подняться, будут драться между собой. Последним трем придется биться с рейдерами-штрафниками, и, если победят, они станут рейдерами.

— Если штрафников не будет, выйдет один из нас… — рыкнул Дигоро. — Супер. Но только один.

Север споткнулся о камень и распахнул глаза — Кора! Если Большой круг устраивается перед жертвоприношением Двурогому, значит…

— А жертвы эти приносят там же? — спросил он. — На Лобном месте?

— Большего тебе знать незачем, — ответил карлик.

Злобный Кераттон оказался еще одним шаманом Двурогого, подчиненным Агреттона. Как выяснилось, к нему Севера и вели.

Вскоре они по узкой горной тропке добрались до пещеры в скале — обиталища шаманов. Севера завели в просторный задымленный зал, где уже ждали Агреттон и еще один шаман с львиной гривой и собачьим носом.

— Я правильно понял, — обратился Север к карлику, — что меня не изгонят из Убежища?

— Если сам не свалишь, — со злорадством произнес Агреттон.

Он приблизился к Северу, держа странную черную трубку, из которой лился синеватый свет. Примерился и припечатал светящимся краем ко лбу.

— Клеймо донника, — объяснил Агреттон. — Докажешь, что можешь больше, — сниму. Все, уводите его!

Мофаро вытолкал Севера из пещеры, похлопал по спине и посоветовал:

— До жертвоприношения пол-луны. Отожрись, бродяга, и дерись в Круге.

Дверь за спиной захлопнулась. Север остался на площадке у обрыва. Со стороны Убежища доносились крики, лязг металла, аромат готовящейся стряпни щекотал ноздри, и пустой желудок отзывался урчанием.

Север потер лоб, но не ощутил метки. Его не казнили, не заперли и позволили остаться в Убежище, это хорошо. Где-то здесь держат сестру. Осталось выяснить, где именно, и тогда можно попытать счастья — вытащить ее и уйти вместе в Империю… Нет! Кора умрет, если тащить ее через Пустоши! Может, у шаманов есть средство, защищающее от радиации? Как-то же ее сюда доставили…

Голова шла кругом — и от недоедания, и от безвыходности. Если бы работал метаморфизм, Кору можно было бы защитить, а так любое действие будет бесполезным, все равно что биться головой о скалу.

Спасти Кору можно, выкрав и ее, и средство, нейтрализующее радиацию. Изначальный план драться в Круге, вернуть авторитет, подчинить мутантов и двинуться на Империю после встречи со жрецами стало на порядок труднее воплотить в жизнь.

Лука вспомнил слова мутантов о том, что Двурогий выбирает лишь нескольких девушек, а остальных мутанты оставляют в Убежище. На это вся надежда. Вот только как подмять их без метаморфизма? И можно ли его вернуть с этой штукой в голове? Ее бы убрать, но сделать это могут, похоже, только жрецы — выходцы из большого мира. В том, что они оттуда, Лука не сомневался.

Ладно, к Двурогому сомнения, они лишь убивают дух и решимость. Лука сосредоточился и решил идти шаг за шагом. Дигоро посоветовал отожраться, и сейчас это вопрос выживания номер один. Изгнав из головы сложные задачи, Лука оставил простейшие: наесться и восстановиться. Попутно можно поспрашивать местных о том, где держат девушек Двурогого.

По дороге к Убежищу он смотрел по сторонам и заглядывал в каждую щель, надеясь обнаружить хоть ящерицу, хоть эхо-таракана, но — ничего. То ли все живое спряталось от палящего солнца, то ли было съедено местными.

На подходе к поселению, обнесенному кривым каменным забором, Север заметил детей, рыскающих по окрестностям. Один мальчишка, покрытый струпьями, замер над норой. Видно, что с едой здесь совсем худо. Завидев Севера, мальчишка оскалился и, схватив палку, замахнулся…

Север прошел мимо. За ворота его пустили, и в нос ударил знакомый запах трущоб: нечистот и гнили. На площади у ворот был базар, где торговали прямо с земли — травами, мясом, ржавым оружием, едой… Слоняясь между рядами, Лука приглядывался и прислушивался.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍