Броневод - Андрей Алексеевич Панченко

По заданию Айрин, завербованный ей слуга должен был подсыпать смертельный порошок в вино на заседании Совета. Паренька, который был беззаветно влюблён в коварную ирландку, скрутили прямо на месте преступления. А затем рейнджеры Сидора блокировали виллу моей жены и внутрь вошёл Гриша. Один. Не знаю, щадит ли он мои чувства, или же сам приложил к этому руку, но Айрин умерла в тот же день и от того же яда, что предназначался для убийства Совета. В своём письме, имеющим грифы «Совершенно секретно» и «Лично в руки» Гриша писал, что Айрин совершила самоубийство, как только поняла, что её план провалился. Мой друг в подробностях описал свою встречу с моей предательницей женой. Якобы при первых же его словах о том, что ему всё известно и теперь ей придётся сменить роскошь виллы на тюремную камеру, она залпом выпила бокал с ядом, и спасти её не смогли. Врёт, наверное, хотя… Айрин могла! Она была решительной и смелой женщиной и думала, что такой фортель я ей точно не прощу. А вот Гришка меня куда лучше знает, он то как раз знает, что я простить мог… В любом случае, то что было там на самом деле, знает только мой бывший боцман, в преданности которого и я уверен, как в самом себе. Даже если это и он её убил, то он попросту сделал грязную работу за меня. Взяв на себя всю тяжесть принятия единственно верного решения.

Хорошо, что под благовидным предлогом в этот же день всех моих детей пригласили в гости к родственникам, так что они не видели развязки трагедии. Сыновья и дочь, а также все мои подданные, до сих пор уверены, что Айрин скончалась от внезапной болезни. Дядя Гриша просто хотел помочь и не успел… Я даже Муру всей правды не сказал. Она была ирландка, и её любили мои штурмовики, незачем им знать правды. Пусть в их памяти сохранится светлый образ бывшей ирландской рабыни, которая смогла стать верной и преданной спутницей их вождя. Вся страна скорбит о своей королеве… Хоть после смерти её стали называть так, как она хотела, чтобы её называли при жизни.

Целый месяц мои корабли ходили с приспущенными флагами, целый месяц длился траур на флотилии, но жизнь продолжается, и я снова в пути.

Эскадра шла к берегам Африки. Сейчас этот континент практически пуст, хотя работорговцы и пираты навещают местное побережье с завидным постоянством. Торговля «черным деревом» — прибыльный бизнес не только для белых людей, но и для прибрежных племён, которые отлавливают рабов для европейцев. Сами европейцы стараются не марать руки, они «охотничьи» экспедиции на материк почти не предпринимают, предпочитая расплачиваться с туземцами, которые делают за них всю грязную работу, всяким ширпотребом. Цена жизни человека сейча — бусы, куски ткани и дешёвые ножи!

Сейчас в Африке всего две знакомых мне колонии — это французский Мадагаскар (который французами почти не освоен) и самая крупная африканская колония — голландский Капстад, он же Капская колония. И там, и там я уже бывал в самом начале своего жизненного пути в этом мире. Знакомые места, тут я впервые познакомился с Голландской Ост-Индийской компанией, тут я узнал, что мне нет места в этом мире, если я сам не возьму свою судьбу в свои же собственные руки. И я кое-что обещал жителям Капстада, а обещания нужно выполнять. Этот город прекратит своё существование, а на месте тюрьмы и дома губернатора я сделаю выгребные ямы!

На Мадагаскаре нас должен ждать броненосец. Надеюсь парни не стоят там в каком-нибудь заливе без дела, ловя рыбу и загорая под жарким солнцем. Не должны по крайней мере, если они благополучно туда добрались конечно. Не хочется терять время ещё и на зачистку французских фортов и пиратских баз на этом острове.

Штурманская рубка «Шторма» оснащена самыми современными навигационными и метеорологическими приборами в этом мире. И без ложной скромности, большую их часть «придумал» я. Я же гений, я знаю всё! Так по крайней мере думают мои люди. Наивные, я даже как простейший приемник с передатчиком собрать не смог вспомнить! Знания полученные в школе с годами выветриваются из моей головы, заполняясь ненужной информацией. Зато я знаю теперь как быстро снять скальп с человека! Во! Так себе знания конечно, замена не сказал бы что бы равноценная, но какие есть… Сейчас я стоял с главным штурманом нашей эскадры и смотрел на ртутный барометр. Показания прибора не радовали, давление резко понижалось. Слишком резко!

Барометр — прибор для измерения атмосферного давления. Ртутный барометр был изобретён итальянским математиком и физиком Эванджелистой Торричелли с полсотни лет назад и представлял он собой тарелку с налитой в неё ртутью и пробиркой (колбой), поставленной отверстием вниз. Я же только усовершенствовал конструкцию. Наш барометр установлен в специальном застеклённом шкафу, рядом с трубкой установлены шкалы для измерения высоты столба ртути и уровня ртути в ванночке (ванночка с защитным устройством, предотвращающим выливание ртути во время качки), здесь же рядом установлены и два термометра для измерения температуры (ртутный и спиртовой) так как тепловое расширение ртути влияет на показания барометра. Вот один такой барометр и был сейчас передо мной.

— Давно оно так падает? — я повернулся к штурману, который впервые видел такое поведение прибора.

— За пару часов упало на семь делений — озабочено смотрит на меня штурман — что это значит госпадин Виктор?

— Это называется барическая пропасть — расстроенно пояснил я моряку — чем быстрее падает давление, тем продолжительнее будет плохая погода, возможно несколько дней. Мы входим в циклон. Но будем молится, что бы нас пронесло или хотя бы задело лишь краем. Циклон не всегда несет с собой ненастье. На самом деле, погода в циклоне очень неоднородна. Порой небо остается абсолютно безоблачным и циклон уходит, так и не пролив ни капли дождя.

Я говорил всё это штурману, но сам не особо в это верил. Да, бывает и так как я сказал, но скорее всего мы попадём в очередной ураган. И судя по показанию нашего допотопного прибора, он будет долгим и сильным.

Меры я принял заранее. Нас сто процентов раскидает по океану. В штормовом море держать строй невозможно, если половина флота — это парусники. Место встречи — Мадагаскар. Именно туда предписывалось прийти всем кораблем, которые отстанут от