Еретик - Алексей Нагорный

До обеда ничего не происходило. Состояние раненого, на первый взгляд, не менялось. Но уже к двум часам после полудня, когда Татьяна выносила наполненное ведро воды из под умывальника, чтобы вылить, ее взгляду предстала завораживающая картина.

Окружающее пространство вокруг телеги выделялось светящейся полусферой. Телега виделась полупрозрачной, в отличии от тел мальчика и раненного гостя. Их окружило желтоватое марево колышущееся словно огонь костра. Ведро предсказуемо выпало из рук женщины, а она уселась на ступени у порога дома. Оторвать взгляд от происходящего или совершать какие либо движения не было сил, словно на неё воздействовали гипнотические силы. Татьяна Олеговна так и просидела, не вставая до самого вечера, созерцая невероятное деяние. Происходящее охарактеризовать ей не удалось, и понять что же происходит, просто не возможно, как и поверить.

Лишь после захода солнца ей удалось встать и подойти к телеге, где находился смирно спящий внук и странный гость. В этот момент, она чётко поняла то, что всё произошедшее заходится за гранью реальности, является мифическим, тем, что люди понять никогда не смогут. Дала себе слово, что произошедшее действие навсегда останется в тайне. С вероятностью сто процентов увиденное изменит её дальнейшую жизнь. По прошествии этого дня парень резко пошел на поправку, а на следующий день имел силы помочь хозяйке в бытовых делах. Колка дров ему особо понравилась. Еще одна странность обнаружилась, внук, активно помогавший в работе выздоравливающему, двигался по двору уверенно, огибал препятствия. Создавалось полное ощущение, что мальчик видит окружающее пространство и это при условии, что глаза его всё чаще находятся в закрытом состоянии. Как-то она проходила рядом с работающими и застала отрывок разговора: – Понимаешь малыш, иногда, чтобы видеть необязательно быть зрячим…

* * *

Я нахожусь в гостях при наличии полного сознания уже третьи сутки. Сколько пролежал без памяти до этого, не знаю. Активная работа по хозяйству, способствует моему выздоровлению, а нахождение на солнце большую часть времени пополняет мою утраченную энергию. И вот к концу третьего дня, я понял, что чувствую себя достаточно хорошо для продолжения путешествия, которое на данном этапе весьма проблематично. Хотя бы из-за отсутствия транспортного средства и наличных денег.

– И как далеко ты направляешься? – Спросила хозяйка.

– Очень далеко.

То, что Татьяна Олеговна не интересуется моим прошлым, откровенно порадовало, вопросов на скользкие темы не звучало. Мудрый поведение на мой взгляд с её стороны.

Вообще, эта семья мне симпатизировала своей простотой общения, но в то же время я четко осознаю, что судьба преподносила женщине массу сюрпризов, в том числе весьма неприятных. Гости, диалог с которыми я слышал, пока не появлялись, но то, что они прибудут в ближайшее время, я чувствовал и решил, что время для серьезного разговора подошло. То, что я могу довериться хозяйке, сомнения не вызывает.

На основании вывода о порядочности людей, приютивших меня и спасших, я честно рассказал о цели своего путешествия и поведал о маршруте от Владивостока до местечка под названием «Аркаим», что находится в районе слияния рек большая Караганка и Утяганка. Деталями женщина не интересовалась, как и целью, что я преследую в посещении этого места. Разговор получился долгим и завершился далеко за полночь. А утром нас вновь посетили гости.

Два вооруженных человека не смутили меня своим видом, так как о роде деятельности или о семейном бизнесе уже сложилось мнение, которое лишний раз подтвердилось. При мне разговаривать родственники не стали, уединившись в доме, где пробыли не менее трех часов. Когда они вышли, я прочел в их аурах беспокойство и нотки раздражения, как результат прошедшего разговора. Все попытки сыновей заговорить со мной, хозяйка пресекала таким тоном, который указал на ее главенствующее положение как в семье, так и в бизнесе.

– И всё же, мама, подумай над тем, что мы сказали, – подметил один из братьев, покидая заимку.

Женщина только фыркнула и подошла к нам. Попросила внука уйти в дом, затем пристально посмотрела мне в глаза.

– Не знаю, что ты сделал, но мой внук словно стал зрячим. Его успехи с каждым днем проступают всё сильнее. Наверное, я никогда не смогу отблагодарить тебя за это. Но кое-что я предприму. Мои каналы и связи позволяют отправить тебя дальше, не подвергая излишнему вниманию со стороны кого бы то ни было. Не удивляйся, но путешествие ты продолжишь в поезде. Сыновья сегодня подключат нужных людей, беспокоиться тебе не о чем. Способ надежный и проверенный тысячу раз. Для тебя же не секрет, чем на самом деле занимается наша семья?

– Имею представление, но подробности меня не интересует, – ответил, пожав плечами. – Когда я смогу покинуть ваш дом?

– Скорей, чем ты предполагаешь, – ответила она и первый раз за всё время улыбнулась.

Улыбка женщины мне понравилась своей чистотой и искренностью, действительно, ей можно верить, сомнений нет.

– Кстати, тебя активно ищут, – добавила она прищурившись. – Поэтому предлагаю тебе бороду, парик и очки. Биометрию это не исправит, но тебе не грозит проверка. Еще раз спасибо за внука.

Следующее утро, в подтверждение ее слов, началось со сборов, причем встали мы в районе четырех часов. Пара лошадей, имевшихся у хозяйки, пришлась как нельзя кстати.

По прошествии непродолжительного похода, мы оказались в подлеске, вплотную подходящим к железнодорожной насыпи. Там меня уже ждал седой неразговорчивый мужичок, сидящий на мототризине, даже не смотревший в нашу сторону. Наскоро попрощавшись, я занял место сзади. Мы тронулись. Несколько часов езды, с приличной скоростью, закончились на подъезде к станции, где меня ждал уже другой человек.

Минуя вокзал, как собственно саму станцию, меня провели до отстойника вагонов. После коротких переговоров с работником станции, двери товарняка открылись и меня вместе с запасами пищи и воды, закрыли среди ящиков и коробок с непонятным содержимом. Места хоть и мало, однако присесть или прилечь полностью вытянувшись, достаточно. Так и началось мое, почти двух недельное путешествие по самой протяженной железной дороге страны.

Времени хоть отбавляй, я вновь погрузился в анализ данных, подключившись к сети уже привычным способом, взяв микрочип в руку. Где-то на третем дне пути зацепил информацию о второй мировой войне, что затронуло население многих стран. Поразили масштабы и количество участников конфликта, создалось полное ощущение, что в войне задействованы ресурсы как минимум половины всего прогрессивного человечества. Особый интерес вызвала информация о жестокости, цинизме, настолько сильным, что мой мозг отказывался воспринимать данные.

Речь шла о тотальном уничтожении целой расы особым изощренным способом. Людей морили голодом до смерти, травили газом, сжигали, на некоторых медики ставили опыты, поражающие безжалостностью и характеризующиеся мной как пытка. Масштабы происходящего, как и численность уничтоженных, не укладывались в моей голове. Потом я наткнулся на нескольких статей об Африке и частности Эфиопии, когда весь современный мир хладнокровно смотрел на гибель населения и бедствия, не предпринимая никак действий. Хотя у многих развитых стран, имелись способы оказания помощи.