Силентиум - Грег Бир

Здесь же находился и единственный на этой планете артефакт Прекурсоров, круглый храм, значение которого мы так и не смогли понять, построенный предположительно полмиллиарда лет назад. Он был настолько мал, что упоминался лишь в самых подробных перечнях и каталогах древних находок по всей галактике. Храм представлял собой кольцо из тупоконечных округлых башен, возвышавшихся от плоского фундамента у основания, контрастного белого и серого цветов, покрытого в некоторых местах одеялом из мха, что было весьма странных, ведь поверхность башен вряд ли могла обеспечить их необходимым для жизнедеятельности пропитанием.

В то время как обнаруженные в других местах постройки Прекурсоров были неподвижны и мертвы до определенного момента, вскрыв позже свою истинную сущность, этот храм не проявил никакого явного предназначения, и вполне возможно служил неким маркером или ориентиром в пространстве для далеко путешествующих экспедиций, или же был основанием неких куда более массивных структур на орбите планеты, за давностью лет перемещенных в другие места или смешенных с орбиты в неизвестном направлении.

Изо-Дидакт спустился к основанию храма и присел рядом со своим оригиналом. Ур-Дидакт проигнорировал присутствие своей копии, поднялся на ноги и, пройдя через цепь мелких солёных водоемов к кольцу башен, окутанных у основания умиротворяющим туманом, сел на корточки перед древним артефактом, то сводя руки вместе, то разводя их в стороны.

Его дубликат снизу прошел по покрытой мхом поляне и встал недалеко. Ур-Дидакт наконец удостоил его вниманием.

— Люди наверняка поклонялись бы этому и молились, — сказал он. — Они во всем находят силу и мощь, в океанах и реках, в деревьях, в животных, — даже в твердой породе скал. Предтечи же возносят все свои силы молитв и поклонения исключительно Мантии. Так кто же тогда является более достойным ее?

— Зачем ты пришел сюда? — спросил Изо-Дидакт.

— Когда мы впервые встретились, Бонстеллар, ты был поглощён поиском сокровищ древних ушедших времен. Возможно, они находятся здесь, а мы никогда не обращали на это внимание и не признавали этого.

— Ничего с тех пор не изменилось. Мы должны сейчас же вернуться назад.

— Ты ничего не чувствуешь? — Ур-Дидакт продолжал смотреть на кольцо колонн. — Действительно, откуда мы можем знать, где наш противник собирается нанести новый удар, — он повернулся к Изо-Дидакту и продолжил сердито: — Та мудрость и опыт, что ты приобрел, которая была запечатлена в моем сознании и плоти? Я долгое время был в стороне, а ты, возможно, сломленный тяжестью обрушившихся на тебя воспоминаний моего сознания, мечтал вернуться к той прежней форме Манипулара, каким ты был раньше? Или же ты нашел ее более подходящей для себя и надеялся занять мое место?

— У Биоскульптора и меня есть дело, которую мы должны закончить. И ты тоже. У нас не было никаких планов заменить тебя и занять твое место.

— Ты все еще не можешь понять ее так, как понимал я. Она упряма и блестяща, как новая звезда и в тоже время темна подобно сингулярности с бесконечными глубинами. Я никогда не мог найти ее внутренней сущности, ядра ее личности, порождавшего ее эмоции. Мне интересно, если создать ее дубликат, как он будет себя чувствовать, нося в себе часть ее личности? Для очень многих видов она стала подобна божеству, они будут помнить и почитать ее поколения вперед, и при необходимости она сможет управлять ими в будущем. Она же объяснила тебе свои цели, не так ли?

— Я пытаюсь вспомнить.

— Это вторичная память! — Ур-Дидакт вскочил на ноги и ударил кулаком себя по броне, вызвав целый сноп искр. Ее поверхность запылала ярким цветом, обозначавшим волнение. — Ты плохая копия превосходного оригинала, согласен с этим?

Каталог забеспокоился, что словестный конфликт мог перерасти в форму физического насилия.

Изо-Дидакт приблизился к своему оригиналу.

Они стояли друг напротив друга в досягаемости своего оружия, окруженные туманом и обдуваемые легким ветром, закручивающийся кольцами вокруг их ног.

— Если придерживаться вашей стратегии, то у нас нет никакой надежды, не в эти времена и не в этой галактике, — сказал Ур-Дидакт. — Это простой и холодный факт.

— Я придерживаюсь другого мнения.

— Это твое право… Манипулар, — пренебрежительно бросил Ур-Дидакт. — Кольца Гало? Снова и снова нарушать принципы Мантии, неся с собой великие разрушения! Уничтожая всю разумную жизнь по всей галактике! Все это лишний раз доказывает то, что ты — ущербная копия оригинала. Ты кардинально изменил свое стратегическое видение.

— Исходя из сложившихся обстоятельств, как поступил бы на моем месте любой командир.

— Разве ты не видишь истины во всем происходящем? Мы дали Прекурсорам повод встать на тропу безумия. Пробудили в них страсть к отмщению. И Могильный Разум направил всю эту безумную мстительную мощь обратно ко мне. Я наполнен страстью мести, этим безумием, этим ядом! Если мы выстрелим из Гало, то мы потеряем все.

Оба Дидакта стояли друг напротив друга неподвижно, едва дыша и не шевелясь, словно присматриваясь к друг другу. Из броня светились одинаковым цветом. Их оружие и защита была идентичной.

Но сами Дидакты больше не были одинаковыми.

— Я оставляю Биоскульптора с тобой, Бонстеллар, — сказал Ур-Дидакт. — Очевидно, она выбрала свой путь, а не мой. Я возьму свой собственный корабль и вы мне покажете, где спрятан Ковчег.

Каталог выбрал свою сторону в этом конфликте, хотя и не имел право этого делать, ведь в своих действиях он должен руководствоваться законом, исполнять волю Судей, согласно которой надежда никогда не должна быть потеряна, а справедливость и баланс всегда должны сохраняться. В конечном счете, в этом и заключается верность принципам Мантии, в ее вечном изменении жизни во всей Вселенной. Разве это не так? И именно это чувствовал Каталог, столкнувшись лицом к лицу с Могильным Разумом — объединении различных разумов и сознаний, древних и безумно безнадежных?

А затем случилось это.

От центра острова послышались глухие мягкие звуки. Оба Дидакта обернулись по сторонам, чтобы определить, что происходит. Древний артефакт, кольцо башен, пришел в движение. Башни расширялись и перестраивались, образуя некое подобие клетки, а основание храма раскрывалось и увеличивалось в размерах.

— Потоп, — заключил Ур-Дидакт. — Мы должны сейчас же уходить отсюда!

Через пелену низких серых облаков мы сразу же заметили изменения — в небе над всей планетой. Дуга за дугой, кривая за кривой на орбите появлялись звездные дороги, где их раньше никогда не было, окруженные