Полый человек - Дэн Симмонс

Джереми применяет преобразование Пуанкаре. Участки волн вероятности рушатся и коллапсируют, и сеть компьютеров – использовав фракталы, которые Бремен даже не надеется понять, – выдает пакет данных и компьютерные изображения, похожие на какой-то далекий водный мир, где моря цвета индиго усеяны островами, напоминающими морских коньков, разного цвета и бесконечной топологической сложности.

Постепенно все проясняется. Но когда в мозгу Джереми уже складывается целостная картина… когда данные Джейкоба и фрактальные образы компьютера объединяются с прекрасными и устрашающими уравнениями хаоса на доске в его кабинете… «реальный» мир начинает рушиться. Сначала Джейкоб. Потом Гейл.

* * *

Через три месяца после первого посещения клиники, где лечат бесплодие, Джереми приходит к своему лечащему врачу на периодический осмотр. В разговоре он упоминает о череде обследований, через которые приходится проходить Гейл, и о том, что они расстроены неспособностью зачать ребенка.

– Вам сделали только один анализ семени? – спрашивает доктор Леман.

– М-м… – мычит Бремен, застегивая рубашку. – Ах да… Ну, мне предложили прийти еще пару раз, но я был очень занят. Кроме того, результат был вполне определенным. Никаких проблем.

Леман кивает, но слегка хмурит брови.

– Вы помните число… количество сперматозоидов?

Джереми опускает глаза, почему-то смутившись.

– Э… кажется, тридцать восемь.

– Тридцать восемь миллионов на миллилитр?

– Да.

Врач кивает и делает неопределенный жест.

– Не надевайте рубашку, Джереми. Я хочу еще раз померить вам кровяное давление.

– Что-то не так?

– Нет. – Доктор Леман надевает пациенту манжету. – В центре лечения бесплодия вам сообщили, что нормой считается сорок миллионов плюс шестьдесят процентов сперматозоидов с нормальной подвижностью?

Бремен задумывается.

– Кажется, да. Но мне сказали, что небольшое отклонение от среднего может быть следствием того, что мы с Гейл… ну, мы не воздерживались в течение пяти дней до теста, и…

– И еще посоветовали пару раз повторить тест, но заверили, что вам почти наверняка не о чем беспокоиться, а проблема, скорее всего, у Гейл?

– Точно.

– Спустите трусы, – просит доктор Леман.

Джереми подчиняется, чувствуя некоторое смущение, как всякий мужчина, мошонку которого прощупывает врач.

– Зажмите пальцами нос и закройте ладонью рот, – командует медик. – Так, правильно… чтобы воздух не проходил… теперь дуйте и тужтесь, как при дефекации.

Джереми хочет убрать руку и пошутить, но передумывает. И начинает дуть.

– Еще раз, – просит Леман.

Бремен морщится – врач сдавливает его мошонку.

– Хорошо, расслабьтесь. Можете надеть трусы. – Медик подходит к раковине, снимает полиэтиленовую перчатку, бросает ее в корзину и моет руки.

– Что это было, Джон?

Леман медленно поворачивается к нему.

– Это называется метод Вальсальвы. Вы ощущали давление, когда я прижимал пальцем вены по обе стороны от ваших яичек?

Джереми улыбается и кивает. Конечно, ощущал.

– Так вот, нажимая там, я чувствовал ток крови через ваши вены… неправильный ток, Джереми.

– Неправильный?

Доктор Леман кивает.

– Я абсолютно уверен, что у вас варикозное расширение вен семенного канатика правого и левого яичка. И удивлен, что это не проверили в центре лечения бесплодия.

Бремен чувствует, как его захлестывает липкая волна страха, и думает обо всех неприятных тестах, через которые прошла Гейл за последние несколько недель… и обо всех тестах, которые ей еще предстоит пройти. Он откашливается.

– А могут ли эти… варикозные вены… могут ли они помешать нам зачать ребенка?

Доктор облокачивается на стол и скрещивает руки на груди.

– Возможно, проблема именно в них, Джереми. Если это билатеральное варикоцеле, то следствием может быть снижение подвижности сперматозоидов, а также их количества.

– Вы хотите сказать, что тридцать восемь миллионов в клинике – это случайность?

– Вероятно, – кивает врач. – Готов поклясться, что исследование подвижности было сделано небрежно. Думаю, у вас подвижны не больше десяти процентов сперматозоидов.

Джереми чувствует, как изнутри в нем поднимается нечто вроде гнева.

– Почему?

– Варикоцеле – расширение вен семенных канатиков яичек – возникает в результате неправильной работы одного из клапанов семенной вены, в результате чего кровь течет назад, от почек и надпочечников к яичкам. В результате повышается температура в мошонке…

– Что уменьшает выработку спермы, – заканчивает пациент.

Врач кивает.

– В этой крови также содержится высокая концентрация токсичных продуктов метаболизма, таких как стероиды, которые тоже негативно влияют на выработку спермы.

Джереми смотрит на стену, где висит одна-единственная дешевая репродукция картины Нормана Рокуэлла – деревенский врач, слушающий сердце ребенка. И врач, и ребенок – розовощекие карикатуры.

– Вы можете вылечить варикоцеле? – спрашивает он.

– Требуется операция, – говорит Леман. – У мужчин с количеством сперматозоидов более десяти миллионов на миллилитр – а вы попадаете в эту категорию – обычно наблюдается значительное улучшение. Полагаю, процентов на восемьдесят пять или девяносто. Нужно уточнить.

Бремен перемещает взгляд с репродукции Нормана Рокуэлла на доктора.

– Вы можете порекомендовать хирурга, который это сделает?

Медик расцепляет руки и разводит их в стороны.

– Мне кажется, Джереми, лучше всего вернуться в клинику и сообщить о подозрении на билатеральное варикоцеле – пусть проведут дополнительные тесты и порекомендуют хорошего хирурга. – Он смотрит на список в своей папке. – Сегодня вы сдавали кровь, и я попрошу лабораторию проверить уровень гормонов – естественно, тестостерона, но также и фолликукулостимулирующего и лютеинизирующего гормонов, которые вырабатываются гипофизом. Предполагаю, что их уровни будут низкими и что вы относитесь к категории ограниченно фертильных или субфертильных мужчин. – Врач похлопал Джереми по спине. – Звучит страшновато, но на самом деле это хорошая новость, поскольку прогноз благоприятный – вероятность того, что после операции у вас будут дети, очень велика. Гораздо выше, чем в большинстве случаев женского бесплодия.

Доктор Леман мнется – пациент видит, что ему не хочется критиковать коллег, – но все же превозмогает себя.

– Проблема в том, Джереми, что многие врачи в этих центрах по лечению бесплодия знают, что в девяноста процентах случаев причина в женщине, и обычно не дают себе труда тщательно обследовать мужчину, если количество сперматозоидов у него в норме. Своего рода профессиональная близорукость. Но теперь, когда они узнают о варикоцеле… – Медик останавливается в дверях и смотрит на Джереми, который снова застегивает рубашку. – Хотите, чтобы я им сообщил?