Проклятие - Вера Добрая

– Простите. Мне очень жаль, – искренне извинилась, помня, как сильно об этом мечтала Владлена.

Думаю, и Семен не был бы против, встать на четыре лапы и погонять по лесу несчастных зайчиков.

Автомобиль остановился возле небольшого, но вполне уютного домика. Мы точно находились где-то за городом. Пахло сыростью, опавшими листьями и немного грибами. Мне нравилось. Неподалеку раскинулся густой лес, который уже красиво окрасился в жёлтые и красные цвета присущие осени. На небе было облачно, но упорное солнышко пыталось пробиться сквозь хмурые облака и хоть еще немного согреть землю своими лучами. Это бесполезно конечно… В это время года всегда на улице прохладно и зачастую сыро.

Вот так и я… Хотела пойти против судьбы, только видимо напрасно.

– Ты или я? – взволнованно спросил Семён и начал нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, когда мы вышли из автомобиля.

Я на данное поведение среагировала вполне спокойно, потому что ко всему странному и опасному у меня уже видимо, выработался иммунитет.

– Давай ты, Сём. Я пока провожу Армину в дом и поговорю с ней. Кажется, наша ведьмочка не совсем понимает, что натворила, – ответила мужчине Владлена и, повиснув у него на шее, страстно поцеловала того в губы.

Стало неловко, и я поспешила отвернуться. Помниться Влади собиралась строить отношения только со своим истинным.

– Я недолго. Уже скучаю, моя вишенка, – произнес Семен, шлепнул оборотку по попе и трусцой направился в сторону леса.

– Вишенка? – повторила последнее слово мужчины и еще раз хорошенько принюхалась, на самом деле чувствуя, как запах Владлены изменился.

Она и раньше пахла вполне приятно, но теперь я будто вишневое мороженое нюхала.

Что вообще происходит?

– Идём в дом, – схватила меня за руку и потащила к входу.

– Влади, твоя мама… она… – не знала, как правильнее всего сообщить девушке о том, что всё время она общалась не с матерью, а с Верховной ведьмой.

– Папа сказал, что она и Дамир вступили с тобой в сговор и предали Орден, – печально выдохнула Владлена, когда мы вошли в теплое уютное помещение.

Несмотря на то, что дом расположился, соседствуя лишь с лесом, в нем имелись все необходимые для удобств коммуникации.

– Нет! Какой ещё сговор? – поразилась такому абсурдному предположению.

– Я знаю, что это не правда, но старейшины и Альфа пришли в бешенство, когда поняли, что Вилма вошла вместе с тобой в хранилище. Мы с Семеном пытались убедить их в обратном, но они решили, что тебе нужна книга, благодаря которой ты окончательно уничтожишь оборотней. Новость о том, что Дамир обрел зверя, лишь усугубила ситуацию. Аргон приказал Дамира и Вилму взять под стражу, а тебя… казнить.

– Ну, казнью меня уже не напугать. За эти дни я столько раз была на грани смерти, что перестала ее как-то воспринимать, – отшутилась, больше переживая за Дамира и ни в чем не повинную Вилму, которой итак досталось немало.

– Как ты это сделала? Как смогла частично снять проклятие? – спросила девушка, и я заметила, как напряглось при этом ее лицо.

Она что боится меня?!

– Я не понимаю…

– Мы все находились в зале, когда я вдруг почувствовала внутри всплеск энергии, а потом услышала ее! Свою волчицу! Это было так неожиданно, что я растерялась и чудом не обернулась прямо на глазах у всех. Все были так озлоблены и жаждали расправы, что моя звериная сущность поджала хвост и притаилась. И я благодарна ей за то, что она оказалась очень послушной и пугливой.

– Подожди, ты хочешь сказать, что… что..

– Да! Ох, Армина, это просто непередаваемое ощущение одновременно легкости и огромной силы. Спасибо тебе! Я… ты…

Девушка бросилась ко мне и стиснула в объятиях так крепко, что позвоночник жалобно захрустел. Я без сомнения была рада за Владлену, но после ее слов вопросов стало еще больше, хотя куда уж больше то?!

Что, черт возьми, с этим проклятием не так?! Как я могу делать что-то, даже не замечая этого?! Или хотеть одного, а на деле получать абсолютно другое?

– Я так понимаю, Семен отправился на пробежку? – спросила, пытаясь вырваться из стальных тисков оборотки.

– Ага. Представляешь, с него чары тоже спали. Я, как вдохнула его хвойный аромат, так чуть сознание не потеряла! Стыдно представить какой же дурой я была всё это время! Твердила брату о том, что истинную пару можно сердцем найти, а сама даже не удосужилась свое сердце послушать. Столько времени упущено…

– Я очень рада за вас, Владлена. Правда. И честно хочу, чтобы подобное счастье обрели все оборотни, но видимо выше головы не прыгнешь, – печально выдохнула и присела в кресло, испытывая усталость и дикую тоску по Дамиру, а ещё по тому времени, когда я и понятия не имела о существовании магии, ведьм и прочего. – Не нужно было рисковать ради меня, Влади.

– Да ты чего? Эй! Не надо унывать! Получилось снять чары с нас, получится и с других, – присела передо мной на корточки оборотка и погладила по щеке. – Хранитель ошибся. Тебе не обязательно умирать, чтобы…

– Что? – ошарашенно уставилась на девушку, и та виновато отвела взгляд в сторону.

– Ну… Ахнар неоднократно говорил, что ведьма снявшая проклятие обязательно погибнет. Что она должна принести себя в жертву ради нашего освобождения, а, как ты понимаешь, в очередь умереть за оборотней ведьмы не спешили выстраиваться. Поэтому Орден начал отлавливать их и применять силу, заставлять и… в итоге убивать.

– Что? – повторила, будто пластинку заклинило, подскочив на ноги.

– Армина, прости. Но всё ведь обошлось?

– Обошлось? С самого начала ты и твой брат знали, что в обмен на мою помощь я умру, и даже не намекнули мне об этом! Вас вполне устраивало то, что глупышка Армина, которая выряжается в чокнутую экстрасеншу, просто растворится, а вы счастливые на четырех лапах поскачите в новую жизнь?!

– Армина, всё не так…

– А как? Как?

– Пойми, у нас не было другого выбора! – громко рыкнула Владлена, и ее лицо на мгновение заострилось, демонстрируя признаки оборота.

– А у меня был? Вы предоставили мне этот чертов выбор? – прошептала, пока по щекам градом лились слёзы.

Все эти разговоры, обещания, поцелуи… Зачем?

В груди так заболело, что дышать стало тяжело, и я облокотилась о стену, чтобы не упасть.

Он знал… Всё это время знал, что я умру, и спокойно принимал это…