В теле пацана - Игорь Павлов

Выползаю из-под кровати, медленно. Вслушиваясь в каждый шорох. Отваживаюсь подползти к окошку и выглянуть через него. Небо голубое чистое. Через бинокль смотрю, дракона не видно. Выдыхаю с облегчением. Отбой воздушной тревоги.

Три часа дня примерно за окном. И это хреново. Часики тикают. Мне нужна Ольви, но как с ней связаться, не знаю. Уверен, она в своей мастерской возится, вероятно, проверяя подкинутую мной идею. И судя по тому, как она увлекается процессами, может вообще забить на меня сегодня. Мы ведь не договаривались о конкретной встрече.

Вот же дерьмо.

Хотя… мысль вспыхивает в голове гадкая. Есть один вариант, как позвать её. Но сперва нужно убрать сокровища от любопытных глаз. Сгребаю ювелирку, оставив парочку экземпляров для презентации, заворачиваю всё в сорочку из шкафа и во внутренний карман самой невзрачной жилетки на вешалке там же сую.

Нет, хрень. Слишком топорщится. Забраковав идею, ещё какое-то время мечусь по комнате в поисках идеального тайника. Вспоминаю про тайный ход! Но меня терзает, что сокровища могут спереть, притопав как раз с той стороны, я и не замечу. В итоге рассовал всё по двум парам сапог, предварительно завернув в носочки, которых у меня в ящиках тьма.

Завершив с драгоценностями, присел на кровать, приготовился. Ольви, Ольви, Ольви. Выставил ладони, являя сверкающие частички, которые тут же закрутились в виртуальном вихре. Почему виртуальном? Да потому что ветра реально никакого нет! Дальше… закрываю глаза и вспоминаю вчерашний вечер. Мастерскую со стеклотарой, всякий хлам. И самый яркий образ – это её саму, когда переодевается! Нет, я не рискую перемещать её, кабы не сдохнуть после этого. Перед глазами сейчас стоит её торчащая попа в тонких трусиках. Обычных синих, ничем не примечательных, казалось бы. Да вот только есть всё же деталь, которая только теперь в башке прояснилась.

На пояске трусишек вышивка. Три овала синими нитками. Я на них внимания не обратил вчера, другое в фокусе было.

Открываю глаза. В руки падают трусики. Мля, фальстарт!

Я просто замечтался. Зачем мне её вчерашние грязные трусы, что наверняка уже в корзине для стирки? Магичка и не заметит.

Надо что-то более заметное спереть, чтобы возмутилась и явилась разбираться. Но до этого… удержаться не смог, рассматриваю трусики. Вчера эти счастливые трусики касались и стягивали сладкие местечки Ольви. Растягиваю на руках, оценивая ширину ткани. Определённо всё хорошо проветривается.

Вдруг кожей чую, как воздушное пространство всколыхнулось. Да неужели!

– Ольви! – восклицаю радостный, отшвыривая трусики.

Девушка в трёх метрах от меня стоит вроде как невозмутимая. Смотрит чётко в глаза и не улыбается.

А я восхищён её новым образом! И шокирован такой откровенностью. На ней голубая блузка с просвечивающейся тканью так, что видно и грудь, и соски! Очень откровенно видно!! У-у-у! Короткая, пышная синяя юбка, едва доходящая до середины белого бедра. Ещё на ней голубые полупрозрачные чулки, что натянуты выше колен, они с юбкой и образуют ту заветную зону голых ляжек, куда притягивается глаз. Причём резинки чулок, или на чём там крепится ткань, никак не стягивают и не давят, ноги у магички крепкие.

На ней сапожки, поблёскивающие синими гранями, судя по толщине и синей меховой полоске сверху, зимние. Высокий каблук придаёт её точёным ножкам ещё больше атлетичности. Умопомрачительная няшка с безразличным лицом и зазывающим телом вызывает просто шквал эмоций. Ах и эти волосы! Они убраны назад, видимо какой-то заколкой, по вискам тоненькие косички, и выше бровей милая прямая чёлочка. Шейка оголена, и это придаёт ей невероятной нежности. Ровно, как чулки фантастической сексапильности. Ой, кажется, юбка тоже слегка просвечивает. Ей только шубы норковой не хватает для полного образа…

– Верни трусы, – раздаётся от неё угрожающе спокойное.

– В чём срочность? Ты же вчера их носила? – Не нашёл ничего лучше сказать, но всё же нащупал их на кровати. Улетели не на пол, фух.

– Эти другие, новые, – цедит уже сквозь зубы и добавляет убийственное: – И бюстгальтер тоже новый.

– Ой, где?! – восклицаю.

– У тебя под ногами, – снова отвечает спокойно.

Опускаю голову, ой. Меж стоп лифчик синий валяется с чашками плотными. А я вроде не заказывал…

– Плохая шутка, – комментирует девица уже раздражённо.

Делает пару шагов, оказываясь в полуметре от меня. Вырывает трусы, что я подаю ей, как завороженный. Растягивает их руками, наклонившись. Сует один сапог в дырку из ткани, затем переступает вторым. Натягивает трусики, ведя их по чулкам, бёдрам, под юбку. Раздаётся лёгкий шлепок по коже от резинки.

Твою мать, она без трусиков была только что?! Я походу спёр всё нижнее бельё, что было на ней! В таком случае выдержка у неё атас какая…

Присев на корточки, Ольви поднимает и лифчик.

– Прости, – выдавливаю из себя, делая «пёсьи» бровки.

Через мгновение она простреливает меня взглядом. Голубые глазища чернеют.

– Прости? – Бросает, хмурясь. – Мелкий дурень. Впервые за целый сезон меня пригласил на свидание тот, к кому я с детства испытываю чувства. И вот мы сидим в самой лучшей трапезной Градира, и мой потенциальный жених в процессе признания во взаимности наблюдает, как у меня внезапно оголяется грудь! Думаю, когда я вскочила растерянная, лорд узрел, что и трусов уже нет! Да ты своим «прости» теперь не отделаешься, Кристиан!

Крик её возымел эффект. Меня чуть не сдуло. Да и не ожидал, что она так может. На слезу пробивает, губу закусываю. Эй, мужик, ты что, реветь собрался? Дохлое тело так расслабило? Вдыхаю глубоко, прогоняя порывы.

А Ольви смотрит изучающе.

Выдыхает остатки пара. Расстёгивает прямо при мне блузку до пупа, оголяя обе молочно-белые грудки! При этом неотрывно смотрит на меня – вновь безразлично. А я немею, ибо обнажённая грудь у меня перед носом во всей красе!

Но девушке плевать на мою впечатлительность, она высвобождается из обоих рукавов, берёт невозмутимо лиф, закрывая чашками сокровище. И поворачивается ко мне тоненькой идеальной спинкой. И ещё более идеальной, бразильской попой! Которая теперь топорщится из-за каблуков так нещадно, что с ума можно сойти от тоски.

– Застегни, – раздаётся спокойное, выводя из ступора.

Встаю с кровати. Тянусь неуверенно, хватаю застёжку, касаясь нежной горячей кожи. Вроде ничего сложного. Готово.

Не оборачиваясь, она накидывает обратно рукава.

– Извини меня, – уже взмолился, когда понял, что собирается валить.

– Нет, – выдаёт так нещадно и безразлично, что в груди холодеет до колких льдинок.

– Мне нужна твоя помощь, пожалуйста, не уходи, – вою, когда вижу, как вокруг неё разлетается сверкающий вихрь в преддверье телепортации.

– Я