Полукровка 3 - Василий Горъ

этот тип шлюза. То есть, вытянулся в струнку и прижал ствол к корпусу. Хотя знал, что дать осевой импульс сегментным антигравом Костина не сможет. А после того, как оказался в помещении, из которого взрывная разгерметизация выдула половину обстановки, подбежал к бессознательному телу в скафандре, заляпанном пятнами «временных латок», задвинул куда подальше охренение, «сел» на показания встроенного медблока и перешел на рык:

— Маш, тебя сейчас правильно закинут в шлюз. Не расслабляйся — падать придется метров с трех, пробивая собой ни разу не жесткие мембраны. Кстати, постарайся не выпускать из рук не только экстренный чемоданчик, но и тросик с карабином, которые в нее вложат. Рит, готовься: я вот-вот отправлю к тебе первого пациента — он тяжелый и требует немедленной медицинской помощи!

— Принято! — отрапортовала первая, уже «падая» ко мне. А через миг это же слово выдохнула вторая, и я выбросил из головы все левые мысли — поймал врача-недоучку, помог удержаться в вертикальном положении, выхватил из ее руки тросик, вернулся к капитану Савельеву, продел карабин в проушину эвакуационной петли на верхней части спины и приказал Фениксу врубать лебедку.

Как только раненый скрылся за мембраной, хоть как-то удерживавшей в помещении воздух, метнулся к единственной двери, жестом отправил за нее «Рукопашников», оглядел коридор и соседнее помещение через их камеры, с трудом сдержал рвущийся наружу мат и снова перешел на командно-штабной:

— Маш, начинаем движение. Держишься точно за мной и зеркалишь даже самые идиотские движения!

— Принято!

— Пошли-пошли-пошли…

В коридор вынеслись за «Техниками», нагруженными скафандрами, под их прикрытием добежали до соседней двери, ворвались во что-то вроде зала для приемов, и сбились с шага — он оказался завален ранеными и убитыми, а пол был залит кровью практически целиком!

Кстати, Костина вышла из ступора намного раньше меня. Хотя не видела этой картинки через камеры — сорвалась с места, добежала до девчонки лет шестнадцати с искаженным мукой лицом и тремя проникающими ранениями в грудную клетку, рухнула на колени, вскрыла «экстренный чемоданчик», на самом деле являющийся герметичным контейнером со специализированным набором для быстрой и эффективной медицинской помощи в «стандартных» ситуациях, вытащила из него простенький меддиагност и буквально секунд через сорок зарулила мною:

— Эту — в скаф и к медкапсуле. Прямо сейчас. Иначе не выживет…

…Организовать и отладить процесс первичной сортировки раненых, доставки самых тяжелых в медблоки «Наваждений» и лечение «на минималках» удалось достаточно быстро. В основном, за счет того, что Костина не делала ни одного лишнего движения и не тратила время на рефлексии даже тогда, когда у нее на руках кто-нибудь умирал. Скажу больше: Маша не позволяла себе рвать душу даже в тех случаях, когда «приговаривала» слишком тяжелых к смерти. Ибо понимала, что «золотой час» не бесконечен, а значит, тратить время на того, кто еще жив, но гарантированно умрет по дороге к медкапсуле или в ней — преступно по отношению ко всем остальным. Вот и изображала искин. И пусть за плечами этой девчонки был всего один курс медицинской академии, несколько месяцев работы в Первом Клиническом никуда не делись — эта умница уверенно проводила сложнейшие манипуляции, использовала все, что имелось в распоряжении, абсолютно бездумно и даже умудрялась экономить «расходники».

Ничуть не менее четко — по уверениям Феникса — работала и Рита: да, на первый взгляд, она «просто-напросто» дожидалась, пока «Техники» избавят очередного раненого от скафандра и уложат в медкапсулу, но на самом деле выбирала оптимальные режимы лечения, изредка переигрывала рекомендации подруги, следила за таймерами обратного отсчета, которые вывешивала сама, носилась между кораблями, контролировала состояние тех, кто «вылечился», и так далее.

Кара тоже напрягалась — по мере необходимости вывешивала над эвакуационным шлюзом то одну, то вторую аппарель, «жила» в картинках со сканеров и общалась по МС-связи с Большим Начальством. Я же изображал подай-принеси. То есть, первые сорок две минуты пребывания на яхте сочетал помощь Костиной с координацией телодвижений «Буянов». А потом наши искины «задавили», взломали и подмяли его «коллегу», взяли под контроль все бортовые системы, и арабам резко поплохело. Почему? Да потому, что камеры СКН, потолочные контрабордажные турели, системы жизнеобеспечения кают и даже двери стали «играть» за нас. Кстати, последнюю точку в затянувшейся войне поставили все те же Феникс с Ариадной: использовали освободившиеся расчетные мощности для взлома электроники скафандров защитников яхты и превратили стильные костюмчики в дрова.

Кстати, превращать в дрова пришлось и скафы двух воюющих «Ирисов» — парни, нахватавшие легких ранений и державшиеся на одних стимуляторах, впали в режим берсерков и считали все попытки моих ИИ достучаться до их сознаний вражеской контригрой. А после того, как увидели моих «Буянов» и поверили, что все закончилось, отъехали от потери крови. Поэтому были доставлены к нам, получили самый минимум помощи и остались в царстве грез. Ну, а я загрузил бестелесных помощников еще одной задачей — поручил перетащить всех пленных в одно помещение и оставить на их охране одного штурмового дроида. А остальных разогнать по всей яхте. На всякий случай. И сосредоточился на помощи Маше.

Да, толку от меня было немного, но в какой-то момент мы с Костиной отправили на «Наваждение» последнего «пациента», оглядели трупы и скафы друг друга, заляпанные кровью практически целиком, вздохнули и поплелись к эвакуационному шлюзу. По дороге я сообщил Каре, что мы, вроде бы, уже освободились. А она… злобно процедила:

— На удивление вовремя…

Я, конечно же, напрягся:

— Почему⁈

— Тут командир рейдовой эскадры истерит. Требует, чтобы я немедленно переслала ему координаты зоны перехода, через которую мы вошли в эту систему, и характеристики вектора разгона.

— Так, стоп: ты отправила ему архив с результатами сканирования той системы?

— Конечно. По первому же запросу.

— И это его не удовлетворило⁈

Завадская насмешливо фыркнула и изменила голос. Чтобы мы поняли, что она озвучивает цитату:

«Вы что, издеваетесь⁈ Я веду к вам госпитальное судно, и от скорости его прибытия зависят жизни десятков людей!!!»

— Кажется, мужичок мечтает о наградах… — язвительно процедила Маша, с моей помощью «села» на буксировочный тросик и исчезла за мембраной. А я пообещал Каре, что решу эту проблему. Сразу после того, как доберусь до рубки.

И решил, отправив генералу Орлову сообщение из трех предложений:

— Геннадий Леонидович, тут у нас требуют координаты зоны перехода, через которую мы вошли в эту систему, и характеристики вектора разгона. Да, я могу отправить флотским И ЭТИ данные. Но не