Полукровка 3 - Василий Горъ

— Кстати, я уверен, что запись наказания Раисы разойдется по рукам еще сегодня. Но Большая Голая Прогулка и слухи о твоем награждении превратят Покровскую в звезду. Ибо дополнительно оттенят ее фантастическую тупость!

— О, да!!! — уставившись мне в глаза взглядом, полным предвкушения, выдохнула она. — Высший Свет таких просчетов не прощает. Кстати, «звезде» достанется и от родни. За то, что эта «слава» выставит род в дурном свете!

— И о чем это, по-твоему, говорит?

— О том, что ты у нас парень хоть куда? — хихикнула Кара.

— О том, что я заслужил эклер-другой… — преувеличенно серьезно заявил я, и девчата, рассмеявшись, врубили турборежим: Завадская подняла стол, Верещагина рванула к терминалу ВСД заказывать напитки, а Костина подняла с пола пакеты с выпечкой и нашла контейнер с эклерами. Кстати, как только «подготовительные мероприятия» были закончены, Рита ускакала во вторую каюту переодеваться в домашнее. А Марина и «окончательно испортившаяся» Маша ушли ко мне за спину.

Я переодеваться поленился. Так как допускал, что Покровские не захотят спускать на тормозах это оскорбление, и изредка косился на таймер обратного отсчета, показывавший, сколько времени осталось родичам Раисы на принятие решения. Впрочем, напрягаться — не напрягался. Поэтому дождался появления беглянки, сделал девчонкам по комплименту и помог сесть, сел сам, потянулся к самому красивому эклеру и… хмуро уставился на конвертик, появившийся на панели уведомлений ТК. Обнаружив, что это сообщение — от Цесаревича, невольно подобрался, предупредил подруг, что ненадолго отвлекусь, в темпе врубил воспроизведение, прослушал полутораминутный монолог, не сразу, но уложил в голове новое знание и поделился им с личностями, которые пока еще не были в состоянии оценить всю его… хм… «глубину»:

— Маш, Рит, Игорь Олегович только что подписал несколько приказов — о переводе на первый факультет вашей троицы, о создании экспериментальной учебной группы для шести курсантов этого факультета, о назначении меня вашим куратором и о зачислении в штат шестого отдела всей вашей шайки-лейки, включая Костю и Настю. Но есть нюансы…

Девчата, приготовившиеся радостно заверещать, нахмурились и затаили дыхание.

— Вас будут гонять всего по нескольким предметам. Но к середине июля вы должны будете кровь из носу научиться нормально летать и «сесть» на малые разведчики «Морок».

— Как я понимаю, эта задача — из категории невыполнимых? — спросила Верещагина.

— Вам будет очень сложно… — честно предупредил я, а Марина добавила:

— … в том числе и из-за того, что вас люто возненавидит абсолютное большинство курсантов.

— Мы справимся. Без вариантов! — твердо пообещала Маша, Рита коротко кивнула, а Завадская приятно удивила, додумавшись до еще одного спорного, но интересного решения Цесаревича:

— А Синицына, небось, будут затачивать на физзащиту?

Я мысленно назвал ее редкой умницей и невольно вздохнул:

— Да: по мнению Ромодановского и его психологов, из Кости может получиться идеальный персональный телохранитель для Насти…

Глава 21

13–15 марта 2470 по ЕГК.

…Перелет до Индигирки выдался веселым. В четверг, в начале пятого вечера, Инна по своей личной инициативе прислала мне видеозапись Большой Голой Прогулки, полтора десятка статей, посвященных этому Событию Года, и толковейший анализ реакций разных страт населения Империи на наказание «дворян, потерявших берега». К слову, не забыла и поздравить. С получением очередных честно заслуженных наград. Но поздравление забылось достаточно быстро. Ибо девчата просмотрели Самое Главное Видео в центре моей каюты раз десять. Более того, в какой-то момент отпустили все тормоза и стали комментировать «стати» родичей, не выбирая выражений.

В пятницу «утром» все та же Инна порадовала еще одной подборочкой — записью обращения государя к подданным, в которой Олег Третий сообщил о заключении мира с Каганатом, Делийским Султанатом и Союзом государств Юго-Восточной Азии, текстами мирных договоров и выкладками экспертов Императорского Банка, проанализировавших абсолютно все пункты, так или иначе касающиеся контрибуций. Вот мы и впечатлились донельзя стальной хваткой Ромодановских, воплотивших в жизнь правило «Горе побежденным».

А все в ту же пятницу, но поздно вечером, нас повеселил Синицын, невесть как добившийся разрешения отправить нам сообщение из Академии и описавший реакцию курсантов на последние новости из Новомосковска.

Марину, неплохо знавшую всех парней и девчонок, которых упоминал Костя, сложило пополам. Риту, продолжавшую комплексовать из-за «жесткой эротики» в личных архивах однокашников, практически отпустило. А Маша, реально «отпустившая» эту ситуацию, просто посмеялась. И от избытка чувств чмокнула в щечку Завадскую. Так как в тот момент лежала рядом с ней.

По логике, последние часы пребывания в гипере тоже должны были пройти под знаком вселенского бардака. Но Верещагиной внезапно захотелось взять реванш у моего «Рукопашника», Завадская, тоже подсевшая на такое времяпрепровождение, составила ей компанию, а Костина «атаковала» меня — попросила уделить ей несколько минут для разговора тет-а-тет и сразу после ухода девчонок озадачила по полной программе:

— Антон Завалишин — самовлюбленная, подлая, мелочная и похотливая скотина, так что мое замужество с ним не закончилось бы ничем хорошим. И слив «эротики» должен был меня сломать. Поэтому я приняла на себя два долга — жизни и чести. В моей личной системе координат такие долги занимают абсолютное первое место, соответственно, у тебя появился еще один второй номер. Причем ничуть не менее преданный, чем Марина. Далее, я видела запись лекции, которую ты прочитал старшекурсникам, преподавателям и руководству ИАССН, оценила перспективы твоего подхода к учебе, уверена, что самое главное надежно закрыто подписками, и понимаю, что дрессировать «экспериментальную группу» можно по-разному. Так вот, дрессируй меня, пожалуйста, по самой верхней планке имеющихся возможностей: я задалась целью подняться на ваш уровень, не изменю своего решения ни за что на свете и ни за что на свете не предам, не продам и не подставлю. Ибо все, уперлась…

С первого и до последнего слова этого монолога я смотрел в ее глаза, видел в них непоколебимую уверенность в правильности принятого решения и чувствовал, что она действительно уперлась. Поэтому сделал шаг навстречу в единственном ключе, на который был готов:

— Подарки принимать будешь?

— Твои — буду. Любые. Обещаю.

— Тогда лови учебный курс по альтернативному пилотажу. Если зальешь его в домашнюю вирткапсулу и будешь уделять этим тренировкам хотя бы два-три часа за выходные, то дорастешь до «Морока» на пару недель быстрее, чем ожидается.

— Спасибо! — благодарно выдохнула она и пообещала, что не разочарует.

Все бы ничего, но в ее взгляде появился нездоровый фанатизм,