Властитель Вселенной - Шервуд Смит

Он сел на край своей койки и развел руками.

– А какая тебе разница?

– Ну, если первое, я могу показать тебе такие штучки, которые леди-чистюли смотрят только тайком, на видео, а если второе – что ж, я никогда не любила тратить сил зря.

Она обошла уже весь кубрик. Ничего. Она даже начала надеяться, что не найдет монету слишком быстро.

– Раз уж мы так разоткровенничались, – сказал Брендон, – мальчик не расстроится, если ты спутаешься с кем-то другим?

Она обиженно надула губы.

– У него постельный режим.

Брендон кивнул.

– Не думаю, чтобы он выздоравливал быстрее, когда его первая любовь спит с кем попало.

Она открыла рот, чтобы сказать, что тот ничего не заметит, но передумала: он заметит; и он, и она понимали это.

Мальчишка чуток как насекомое. И потом, едва войдя в этот кубрик, она уже знала, что не ляжет в его койку – по крайней мере на этот раз, – так что перешла к делу.

– Гораздо больше поможет ему выздороветь, – сказала она, – если вещь, которую он потерял, снова окажется у него в кармане.

Лицо Брендона приняло удивленное выражение.

– Ты хочешь сказать, он потерял наградную ленту Маркхема?

Он говорил совершенно серьезно.

– И еще одну штуку, которую дала ему Грейвинг.

– Он не говорил об этом, – отстраненно сказал Брендон. – Где? Когда?

«Он все еще думает об этой гребаной хреновине Маркхема из Академии».

– Где-то здесь, – она ткнула пальцем в сторону коридора. – Когда вы вернулись на корабль после налета на дворец.

Брендон облегченно вздохнул.

– В таком случае она найдется.

«Здесь глухо».

– Надеюсь, что так, – весело заявила она вслух. – Если тебе посчастливится найти ее... то есть их, дай ему знать, ладно?

– Что еще я должен искать?

Она пожала плечами, задержавшись у люка.

– Маленький металлический предмет, – беззаботно ответила она. – Старый. Но эта наградная лента ему действительно дорога. – Она дождалась, пока Брендон согласно кивнет – похоже, он и в самом деле ей верил. – Ладно, попытаю счастья в другой раз. Когда ты будешь чище! – Она ухмыльнулась и исчезла.

* * *

На табло рядом с люком горел зеленый огонек.

Жаим нажал на клавишу, открывая люк. Мало кто из команды заходил в капитанскую каюту, хотя она была самой просторной на корабле. Собственно, это была даже не одна каюта, а две – второе помещение, поменьше, в котором в лучшие для корабля времена жили, наверное, капитанские слуги или любовницы. Теперь здесь поддерживалась для эйя пониженная температура, и внутри было пусто, если не считать замысловатых висячих структур, сплетенных самими эйя.

Собственно, капитанская каюта была большой, а казалась еще больше, так мало в ней было мебели. Узкая койка стояла прямо под иллюминатором. На противоположной стене висел поблекший от времени гобелен – сплошные огонь и разрушения. Все эти предметы были ему хорошо знакомы; чего он не видел раньше – так это большого камня в форме слезы, висевшего прямо под гобеленом. Как всегда, на поверхности не лежало ни одной личной вещи. Следов крови и разгрома тоже не было.

Жаим шагал по белым, стерильным плиткам пола, а камень с каждым его шагом менял оттенок, и это отвлекло его на мгновение. «Тот самый камень, который Аркад подарил ей в Мандале». Он удивился, что она оставила его на виду, словно какой-нибудь трофей, но потом решил, что успешный рейд на Мандалу стоит того, чтобы его отметили каким-то знаком.

Вийя, как всегда, сидела за пультом. Она убрала с экрана работу, сохранила результат и повернулась к Жаиму.

Секунду он молча смотрел на нее. До него дошло, что в ее каюте тихо: музыка Монтроза сюда не проникала.

– Мы дозаправимся у Бабули Чанг, – сказал Жаим. – Куда потом?

Она ответила не сразу. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Жаиму вспомнилась давно, казалось бы, забытая фраза: «Культура, в которой не допускается такого понятия, как “сострадание”, создает бремя для души другими способами, – говорила ему Рет Сильвернайф, смазывая его синяки целебным бальзамом. – Ты можешь прощать: это позволяет понять, а понимание освобождает тебя от этого бремени».

Круглое лицо Рет возникло в памяти и тут же исчезло, сменившись продолговатым лицом перед глазами; ласковый взгляд Рет – черными глазами Вийи, холодными и жесткими как лед. Она сидела прямо и неподвижно; руки ее спокойно лежали на клавиатуре; черный комбинезон, застегнутый до подбородка, скрывал мускулистое, покрытое шрамами тело.

От такого контраста он зажмурился. Гармония, которой он так силился достичь, ушла безвозвратно, но все же продолжала держать его там и тут. Отголоски прошлого рвали его по живому острыми когтями.

Вийя заговорила, вольно или невольно спасая его от этих мук.

– Останься с нами до Рифтхавена.

Разговор о насущных проблемах немного успокоил Жаима. Он подумал немного.

– Думаешь, Эсабиановы союзники знают, кто мы?

Вийя покачала головой.

– Я много думала об этом. Тем, на Артелионе, известно только то, что корабль под названием «Девичий Сон» вошел в атмосферу, приземлился в районе дворца, а позже взлетел, уйдя при этом от «Кулака». В принципе, у них нет возможности идентифицировать наш корабль с тем, что произвел налет на дворец...

– Но допустить такое они вполне могут.

– Совершенно верно. А из этого следует допуск, что гностор находится на нашем корабле.

– Поэтому ты хочешь запереть его в нашем доме на Рифтхавене?

– Всех троих, – ответила она. – Надо исходить из того, что они направили самые скоростные свои корабли во все крупные центры, а цены, назначенной за голову Аркада – если они, конечно, обнаружили, что он все еще жив, – хватит, чтобы купить чью угодно преданность.

– Локри?

Лицо Вийи не изменилось.

– Он нас не продаст.

Ну да, конечно: стоит только Брендону, проданному тем, кто за ним охотится, проговориться насчет рейда на Артелион – и сказать подлинное название судна, – и их всех можно считать трупами. Локри не продаст Аркада хотя бы потому, что единственной наградой ему будет крюк под ребра в какой-нибудь из серных копей на Должаре.

Жаим перевел дыхание.

– Все равно это опасно. Что, если кто-нибудь догадается сопоставить смерть палачей с эйя? О том, что они с нами, известно многим...

– Им известно, что эйя способны убивать, но эффект их фи достаточно разнообразен, чтобы опознать именно их. – Она замолчала и быстро подняла взгляд.

Секунду спустя сигнальная лампа над входным люком замигала, извещая о посетителе. Вийя медленно протянула руку и – как показалось Жаиму, неохотно – нажала на клавишу замка.