После - Андрей Круз

Славян выматерился тихо, сбросил со щелчком предохранитель со своего автомата.

— Тихо, не дергаемся, — прошептал я. — Это еще не трындец, — добавил я фразу из анекдота.

Пошутил, а нервы-то сразу в узлы завязываться начали. Ситуация типа «без вариантов», даже дернуться не успеешь, как нас в клочья разнесут.

Пассажирская дверь грузовика открылась, из кабины выбрался крепкий мужик с седыми волосами, стриженными ежиком, с «ксюхой» в руках, что сразу выдавало в нем главного. Я нащупал гранату в подсумке, но доставать даже не стал.

— Куда путь держим, люди добрые? — крикнул седой, не спускаясь с подножки. — Сюда подгребайте, базар есть, — он махнул рукой.

— Пошли вдвоем, — пробормотал я. — Если все хреново пойдет, жмемся под машину и гранаты в кузов. Ну и валим всех, кого успеем.

— Ага, план гениальный, — хмыкнул Славян. — Пошли, раз ты такой умный.

Вышли с автоматами в руках, хоть на тех и не наставляли. В голове тихий звон от напряжения, тела не чувствую, настолько всем своим существом распознаю ситуацию как совсем никудышнюю. Кто это? «Зеленые»? Братва из города?

— О чем базар? — спросил я, чувствуя, как неожиданно охрип мой голос.

— Да за вас обоих базар, — седой усмехнулся. — Куда ломимся? Что за люди? Под кем ходим?

Последняя фраза чуть-чуть обнадежила. Если седого такой вопрос интересует, то значит — это не чистый гоп-стоп с летальным исходом, потому что в наше время именно такие и в моде.

— С какой целью интересуешься? — добавил я, хоть и с усилием, себе внешней уверенности.

— Да с такой, что интересно мне, — он снова усмехнулся. — Короче, что тут за расклады? Куда и к кому?

— Для людей Хана товар везу.

— Хана? А конкретно кому?

— Маркелу-весовому.

— Откуда? Что за хабар?

— Ты бы у Маркела поинтересовался.

— Ты не быкуй давай. Хиля, Репа, гляньте в «уаза», — повернулся он к сидящей в кузове братве. Из кузова сразу же выпрыгнули двое. Только сейчас заметил, что бандиты одеты в камуфляж, а это четкий знак того, что они чуть не на войну собрались, так им «красное» носить не по понятиям вроде, но если дело к драке идет, то понятиями пренебречь вроде как «не в падлу».

— На беспредел похоже, товар-то чужой.

— Не быкуй, я сказал, — седой уставился на нас мрачно, но соизволил добавить: — Не чистим тебя, глянут они.

Взгляд его скользнул по нашим автоматам. А не АКМС ли с глушителями он ищет? Сейчас мы с обычными АКС, глушителей с собой не брали, исключительно с целью даже случайно не засветить.

Двое бандитов подошли к уазику. Один принялся шарить в кузове, откинув брезент, второй полез в кабину. Я демонстративно повернулся в ту сторону, хотел пошутить насчет понятых, но решил, что такая шутка может иметь непредсказуемый эффект, и сдержался. Бандит, что копался в кузове, крикнул оттуда:

— Седой, тут эфедрина половина тачки!

Тот опять усмехнулся, сказал:

— Похоже, что к Маркелу едете. Откуда товар?

— Нашли, понятное дело, — снова обернулся я к нему.

— Я тачку твою в городе вчера срисовал. На Большой Садовой.

— В «Березке» кантуемся, а так вчера тоже товар сдавал.

— Что еще? — крикнул седой бандитам у нашей машины.

— Голяк.

— Чё, даже сидоров? — седой удивился.

— Сидора в «Березке» остались, мы ненадолго гоняли.

— Давай обратно, — подозвал старший своих. — Нормально все, — добавил он для нас. — Отморозки какие-то у нас побеспределили вчера. Езжайте, базара нет, — он влез в кабину и захлопнул гулкую дверь.

Седой. Интересно, он под кем ходит? Впрочем, никакой разницы. Не «зеленый», точно, поэтому и разъехались.

* * *

Что в городе в глаза бросилось, так это то, что у каждого «авторитетного» особняка на набережной стояло по толпе братвы с автоматами. Машин тоже прибавилось, к «Волгам» и «чайке» добавилось уазиков и даже грузовиков. На каждую машину, считая нашу, смотрели с подозрением. То есть все же среагировали, окопались. Им полезно.

Мы сразу на рынок не поехали, завернули в гостиницу, загнав машину на стоянку, провели часа три в номере, просто убивая время. Не хотелось слишком быстро появляться, а то выглядеть будет неправильно. И где-то за час до открытия рынка поехали дальше.

— По набережной ехали, — сказал я, зайдя к Маркелу. — Похоже, что на нервах старшие, охраны у каждого по взводу.

— Будешь тут на нервах, — весовой вздохнул.

— Не нашли пока?

— Нет, не нашли, — он покачал головой. — Или другие «зеленые», или менты из Торжка, или откуда там. Скакнули, помочили всех и винта нарезали. Это я так думаю.

— Так у вас с Торжком мир вроде?

— Мир вроде и мир, но сам понимаешь, что с мента и с «петуха» не спросишь. У них свои заположняки, не людские. Может, Прокоп там у них сбеспредельничал, а они его срисовали. И Прокопу с братвой такое в цвет, и стучат туда с Волочка наверняка. Привез уже? — сменил он тему.

— Привез. Загонять машину?

— Загоняй.

Мы опять закатили уазик вплотную к конторе, там товар быстро приняли по счету, проверили выборочно, затем Маркел отсчитал деньги.

— На этом разошлись?

— Все пучком, — кивнул я, пряча деньги в карман. — По Хану что?

— К Хану можно, как пошабашим, но едешь один. Принимается?

— Как скажешь. Подвезете? А обратно я пешком.

Он еле заметно и как-то кривовато ухмыльнулся, словно ставя под сомнение сам факт моего возможного возвращения, но я решил заранее в паранойю не впадать. Почему? Потому что одного зовут. Хотели бы завалить, позвали бы обоих, а заодно уточнили бы, где остальная команда. В таких случаях оставлять лишних — не очень удачная идея, особенно после того, что с Прокопом случилось.

Маркел защелкал счетами, подбивая какие-то итоги, а я, вытащив из портсигара и смяв папиросу, вышел на улицу, подымить на воздухе.

— Вроде бы подвезти к Хану обещал, — сказал я Славяну почти что шепотом. — Но пускают меня одного, так что тебе лучше в гостинце ждать, я пешком приду.

— Могу прямо там, за водилу подождать, — усмехнулся он. — Тент у нас не протекает. Подстрахую.

— Там ты все равно не подстрахуешь, в доме встреча.

— Ну и что? У нас сколько рекорд сидения в засаде? Пять суток? Ну и чего бы не подождать?

— Просто, если решат вальнуть меня, то и тебя тоже, до кучи. И останется не пятеро, а уже четверо. Езжай в гостиничку, потом прикинем, что к чему. И на всякий случай на стреме будь, нас с тобой уже точно вычислили, я уверен.