Темные ущелья - Ричард Морган

– Ладно, слушайте меня, вы все. Я хочу, чтобы пятнадцать человек отправились делать обход вон туда, и еще пятнадцать – вот сюда. Согрен, на тебе первый отряд, выбирай себе людей прямо сейчас. Алвар Наш, ты выбирай еще пятнадцать и ступай в другую сторону. Будьте внимательны! Вы ищете дверь, мост, щель – что угодно, позволяющее попасть внутрь. Встречаетесь посередине, проходите мимо друг друга и идете дальше – что один упустил, другой обнаружит. Остальные идут обратно и проверяют свод. Я сам не знаю как, но мы, возможно, упустили что-то важное наверху.

Сомнения, обмен взглядами. Они замерзли, устали, проголодались, страдали от полученных во время шторма и кораблекрушения ушибов. Они застряли в месте, знакомом лишь по жутким сказкам и легендам, вооруженные скудным набором ножей, несколькими обрывками цепей, найденными в обломках, и одним-двумя обломками тимберсов, достаточно тяжелыми, чтобы из них получилось хоть какое-то подобие дубины. Они были экипированы в лучшем случае для драки в таверне, а столкнуться пришлось с чудовищами родом из мифов.

Эгар развел руками.

– Что стоим, народ? За дело.

Собственный двухфутовый кусок цепи он обвернул петлей вокруг правой руки и теперь позволил концу свисать. Он не собирался использовать это оружие – не мог разрешить себе начать калечить или убивать людей в отряде, в котором не было и пятидесяти человек, из-за какой-то незначительной проблемы с дисциплиной. Но цепь была напоминанием. На обоих концах все еще были болты, которыми она крепилась к обломку корабля, находке Эгара. И все видели, как он выдрал эти болты один за другим с помощью одной лишь грубой силы.

– Да, вперед. – Согрен нетерпеливо взмахнул рукой. – Вы его слышали. Ты. Ты. Ты…

Напряжение спало. Алвар Наш пустил в ход скудные познания в наомском, чтобы выбрать себе людей, – впрочем, он все равно остановил свой выбор в основном на тех или иных имперцах, – и два поисковых отряда были сформированы. Эгар проследил за тем, как они удаляются, а потом махнул оставшимся, чтобы шли назад по главной дамбе. Повернулся к Арчет, которая присела на корточки на внутреннем краю кольца.

– Идеи есть? – спросил он тихо.

– Сам-то представляешь, чем занимались твои предки четыре тысячи лет назад? Нет, у меня нет никаких гребаных идей.

– Я думал, Грашгал… твой отец…

– Да, они тогда жили. Но не говорили о тех событиях. Думаю, они и помнили-то их не очень хорошо.

Он присел рядом с ней на корточки.

– Ну, а как насчет того места, которое ты нашла в Шактуре… там был город, стоящий на озере, не так ли?

– Ан-Наранаш, да. – Она покачала головой. – Не такой. Поменьше, и те, кто его покинул, оставили двери открытыми. Во всяком случае, тогда у нас была лодка.

Эгар изучил поверхность опорной колонны, на которой не было ничего, кроме пятен. Зеленые и красновато-коричневые пятна, похожие на синяки, – может, грибок? – но никаких щелей или отверстий. Даже зацепиться не за что, если захочешь вскарабкаться по ней из океана.

– Я бы переплыл, – предложил он, – но…

– Ни хрена подобного. – Арчет бросила на друга косой взгляд, и он увидел ее виноватое лицо. – Думаешь, я позволю тебе окунуться в эту воду? Пусть ушлепок Согрен это сделает – посмотрим, что с ним приключится.

Эгар моргнул:

– Согрен прямо сейчас вроде как полезен. Он тебя как-то расстроил?

Она устало покачала головой.

– Забудь. Так или иначе, хули толку? Ты не сможешь туда войти, даже если переживешь заплыв.

– Ладно, Арчиди, но мы должны что-то придумать. Здесь холодно, и с наступлением темноты станет еще холоднее. Либо мы попадем внутрь этой штуки побыстрее, либо нам придется вернуться на пляж и развести новый костер.

– Думаешь, я этого не знаю?

Эгар сосредоточил взгляд на опорной колонне и ее «синяках». Зеленовато-синих и кармазинных, пурпурно-черных. Он вздохнул и осторожно проговорил:

– Мне кажется, что ты замерзла, устала и злишься из-за того, что все идет не так, как ты надеялась. И ты, скорее всего, будешь сидеть тут, пока не замерзнешь, лишь бы не…

«Погоди-ка».

– Арчиди… – Он помолчал, желая убедиться. – Смотри.

– Да хватит уже, Эг. Я не хочу об этом говорить.

– Нет, ты посмотри! – Он вскочил на ноги, указывая пальцем. – Посмотри туда, посмотри на цвета. Они меняются, они… смещаются или что-то вроде…

Оба уставились на всплески цвета на поверхности колонны из грязно-белого сплава. На их глазах зеленовато-синее пятно утратило последние зеленые оттенки. Кармазин начал темнеть, постепенно приобретая цвет старого мяса. Пурпурно-черная метка побледнела и стала фиолетовой.

– Ни хре… – Арчет медленно поднялась на ноги. – Ни хрена себе…

– А хочешь еще кое-что? – Он вдруг понял, что ухмыляется. – Они еще и движутся. Смотри.

Это было похоже на наблюдение за тем, как по небу медленно плывут облака. Какая-то сила постепенно перемещала цветные пятна по поверхности колонны, заставляла их бледнеть и расползаться во все стороны, творила по краям новые линии и изгибы, и все это так неспешно, что стоило отвернуться – или, скажем, оказаться посреди группы усталых и измученных потерпевших кораблекрушение людей, ищущих дверь, которой нет, – и любой бы упустил из вида перемену.

– Ты знаешь, что это такое? – спросила Арчет с неожиданным приливом сил.

– Я надеялся, что ты объяснишь.

– Это… – Она замолчала, беззвучно шевеля губами, – подбирала, как он догадался, нужные слова для перевода с великого кирского. – Видовая герса^[5]. Ее соорудили во времена войны с двендами. Она пропускает только кириатов. Как же я могла ее не узнать – в Индират М’Нале такие штуки постоянно упоминаются. Мне нужно всего лишь назвать цвета вслух.

– Ну… – Эгар нахмурился. – Получается, войти может любой, кто знает великий кирский.

– Нет. Человеческие глаза устроены не так, как кириатские: разница небольшая, но она есть. – Слабая улыбка. – Вот почему мы с матерью вечно ссорились из-за одежды. Даже если кто-то знает нужные слова на великом кирском, он не сможет распознать цвета. Наверное, с двендами дело обстоит так же.

Она отступила назад и прищурилась, глядя на ползущие цветные пятна. Откашлялась, вздернула подбородок и произнесла размеренную череду слогов.

Выждала. Целых несколько секунд.

Они с Эгаром переглянулись.

– А вдруг вы с матушкой просто…

И перед ними с ревом взметнулся океан.