Финал - Андрей Сантана

Что дамы сердца делают с нами?.. Особый вид заклятий.

— Даже не «заткнись»? — поддержала меня Рита.

Под добрый смех демоненок начал рыться в сумке. А Мур, красная до кончиков ушей, также выйдя из-за дерева, шлепнула меня по плечу.

— Эй, я, вообще-то, главнокомандующий! — приподнял я руку, защищаясь от гнева дочери.

И только с ними этот титул ничего не стоит. Просто громкое слово. «Убийца», «Бессмертный», «Непобедимый», «Берсерк», «Зверь»… Для всего мира я буду машиной смерти. И только для них... я хочу быть отцом. Держись, Клиф, у тебя закончились жизни, и встречу с костлявой надо оттянуть, пока я не буду уверен, что все сделанное не напрасно.

Центральный лагерь, как всегда, встретил нас громким оповещением. Вроде ничего не изменилось, но обстановка явно была напряженная. И, несмотря на приказ явиться к Омеге, на ковер…

— Так, — хмуро глядел я на перебинтованную руку Альки. Сама кукольница, несмотря на явное вмешательство целебных сил, все еще выглядела побито. — Если это то, что я думаю... — На меня накатила злоба.

— Был неприятный случай, — сохранила Алька улыбку.

— Беатриси? — прошипела Мел. — Она и нас навестила в разгар сражения. Поэтому лагерь снова открыт для меня.

— Задушу. — Берсерк уже скребся наружу.

— Потерпи, скоро будет такая возможность. — а улыбка-то не фальшивая. — У меня много новостей и важной информации.

— Хорошо. — Я посмотрел на семью. — Соберитесь в моей палатке. По плану Рифа должна прибыть со дня на день.

— Клиф, — успела остановить меня Алька. — Доверься мне и не подавай вида по поводу Бис.

Доверия хоть отбавляй. Сконцентрировавшись, я направился в штаб.

— Ох, Незримая! Мур, что это у тебя? — заметила "мама" рисунок на коже.

— А Мелони не слышит правым ухом, — как бы отвел Виктор внимание.

— Ты теперь будешь говорить это всем? — раздраженно выдохнула Мелони. — Но, в общем, у нас тоже много нового.

Разговор стих.

Под пристальными взглядами чужих глаз я приближался к главному шатру.

— Ну, естественно, — остановился я, видя, что розовая уже ждет меня.

— Берсерк, давно не виделись. — Сколько яда! — Живой... — помрачнело гладкое лицо.

— Ожидала иного? — ухмыльнулся я.

— Нет, — сквозь сжатые зубы. Удержала фальшивую маску. — Омега будет рада. — Мы поравнялись, и на долю секунду белки глаз демонессы окрасились в черный. — Советую воздержаться от лишнего в докладе.

— Оу, конечно. — Я не повернул головы, лишь скосил взгляд. — Не будь параноиком... подруга.

Слышать скрежет её зубов — отдельная музыка в моем списке самых приятных звуков.

Глава 32 Обнажая правду часть 1

Приветствие, доклад, разговор о покушении на Альку... И тишина. Звенящая тишина накрыла командный штаб. Мы не виделись с Ави всего неделю, но за такой короткий промежуток времени в ей словно прибавилось несколько лет. Конечно, не было мешков под глазами или усталых движений. Но взгляд! Я смотрел в посеревшие зрачки и видел всю тягость, печаль, боль. Несокрушимая броня дала трещину, обнажая беззащитную плоть.

— Твой шов, — вполголоса сказала она.

Когда нет божественного света, обычная волчица-альбинос смотрит на меня, как в первые дни нашего знакомства.

— Да, на баррикаде было сложно, — снял я наплечник, положив его на стол. — А...

— Скоро все закончится, — не дала она мне договорить. — Как только мы возьмем Пьетро, все станет лучше.

Снова слова самоуспокоения. Это бесит, раздражает.

— Хм, — нахмурился я. — Как только мы начнем Поход, все станет лучше. — Я наклонил голову. — Как только волки станут едины, все станет лучше. Как только...

— Прекрати. — Гримаса мучений прочертила морщины на лбу. — Всем покинуть палатку! — скомандовала она охране. Волки, поклонившись, по одному вышли наружу. Еще секунда. — Чего ты хочешь от меня, Клиф?

Мои брови поднялись.

— Чего я хочу? Хе. — Горький смешок. — Ты знаешь мою позицию.

— Ты сказал, что будешь на моей стороне. До самого конца, — потерла плечо богиня.

— Айвори, — чуть добавил я громкости в голосе.

— Это не мое...

— Хватит! Считай, что у тебя два имени, если тебе так легче. — Неожиданно мой хлопок по столу заставил волчицу дернуться. Сейчас она была уязвима, как никогда. — Оглянись вокруг, ну посмотри хотя бы секунду моими глазами! Глазами своих сестер и родных. Ты обрела своего брата — и что, м? — Я не двигался. — Он и вправду стал для тебя самым ценным? Он перечеркнул все, что было до этого? А Беатриси... Я ни за что не поверю, что ты не видишь её ложь, её обман.

Омега подняла "щит".

— Она была со мной, она помогала, — сжала зубы белая. — Мы с ней похожи, мы обе натерпелась от людей такого, что не хватит и жизни. Бис все делает ради волков и ведьм. — Искра вспыхнула. — Она лечит раненых, подбадривает павших духом, но ты… Ты и Алька просто отказываетесь видеть положительные стороны! Да, она не чурается грязи. Месть людям, никаких компромиссов.

— И вот мы возвращаемся обратно. — Спокойней, волк. — Все сводится к сломленной волчице, которая просто желает мести.

— Нет, ты ошибаешься...

— Скажи это погибающим, тонущим, тем, кто захлебывается кровью. — Я пригнулся. — Да, вот она такая, жизнь, Ави, несправедливая сука. Ты ведь... Ты ведь могла собрать племена, шабаши и увести всех так далеко, как только можно.

— Я... — заблестели зрачки.

— Ты могла не начинать бойню, в которой не будет победителей. Черт, я помню тела твоих друзей. Это невыносимое чувство утраты. Но вместе! — окончательно повысил я голос. — Вместе мы бы справились с этим, как справлялись до того. Никто бы не отвернулся от тебя, никто бы не стал осуждать, мы...

— Да! — крикнула Ави. И по щекам ее покатились слезы. — Да, я сломалась! — отмахнулась она. — Ты доволен?! Счастлив? — сделала серебряная шаг назад. — Когда я увидела раненую Альку, внутри все похолодело, сковало меня. Ра! —