Озборн 2 - Васил Шторм

И сейчас я, по привычке, первым делом взял ответственность на себя.

Из-за чего погибла Айрис?

Потому что хотела защитить меня.

Почему она не убежала, хотя должна была?

Потому что я не предвидел, как Аид может повлиять на ее мышление.

За кем пришел “демон” в Японию?

За мной.

Кто не смог с ним справиться сам?

Я.

Кого надо было защищать, когда мои друзья встретили неодолимую силу мутанта омега-уровня?

Меня.

Кто запустил реакцию Ци, повлекшую за собой катастрофу?

Я.

Везде был виноват я.

Однако сейчас это было слишком. У каждого есть какой-то предел, и взять на себя ответственность за смерть Мэтта я был просто не в силах.

Мердок был, должно быть, единственным (кроме, возможно, еще Мэри Джейн), кого я не готов был потерять ни при каких обстоятельствах.

Мне просто необходимо было найти виноватого. Хоть кого-нибудь.

И я быстро нашел.

С утробным рычанием, я стряхнул с плеча ладонь Мэри Джейн и направился к все еще бессознательному телу “демона”.

- Гарри, стой! - Питер вдруг заступил мне дорогу.

Бешенство бурлило внутри, я с трудом соображал что делаю. Однако мне все еще хватало выдержки не накинуться на друга:

- Отойди.

- Гарри, я понимаю твое состояние…

- Очень сильно сомневаюсь.

- Послушай… Я знаю, что ты хочешь мести. Но она не поможет! - Паркер схватил меня за плечо, встряхнул, заглянул в покрасневшие от злобы глаза.

- Откуда ты знаешь? - как же хочется врезать по этой самодовольной роже.

- Знаю! Я пережил это… Пожалуйста, подумай о других. Убийство этого парня ничего не изменит!

- Еще как изменит, - покачал я головой. - По крайней мере, он больше никому не причинит вреда… Видишь, правосудие восторжествует. Справедливость, и все дела. Разве не за это вы, супергерои, боретесь постоянно?

- Это не правосудие, дружище, - вновь встряхнул меня Паркер, вызвав очередную волну раздражения. - Это убийство!

- А кто определяет разницу?

- Суд!

- Суд?! - я, наконец, сбросил руку Паука со своего плеча. - И почему же решение какого-то судьи должно быть выше, чем мое? Я недостаточно квалифицирован? Глупее старого лысого полудурка с геморроем, который настолько погряз в коррупции, что уже давно не отличает зло от добра? Почему он может решать, а я - нет?!

Не знаю, почему я завел этот разговор. Наверное, часть меня просто до сих пор противилась такой вещи, как убийство. Да, я уже убивал ранее, но все-таки это было в бою, или при каких-то не зависящих от меня обстоятельствах. Однако большая часть моего естества в данный момент хотела именно убийства: медленного, чтобы смаковать каждую секунду того, как из ублюдка-”демона” уходит жизнь.

- Потому что… потому что… - Питер, явно искал хоть какие-то слова, чтобы меня образумить. - Потому что так правильно, Гарри!

- О! Правильно??! И кто же решает, что правильно, а что нет? Ты?

- Я, - раздалось сзади, и я резко обернулся. Старейшина стояла, скрестив руки на груди, и глядя на меня суровым взглядом. - В моем Храме не будет убийств.

- Правда? - меня уже разбирала такая злость, что было абсолютно все равно, на кого нападать: на “демона”, на друга-супергероя или могущественную волшебницу. - То есть вы попытаетесь меня остановить?

- Уже, - она покачала головой.

А в следующий миг мое сознание выключилось так резко, словно потушили лампочку.

Глава 11

And the vision

that was planted in my brain

Still remains

Within the sound of silence.

Где-то над Атлантикой.

Норман Озборн.

Огонек на кончике зажигалки вспыхнул, осветив небольшое пространство вокруг себя, только чтобы через мгновение потухнуть, повинуясь воле механизма, который держал в руках Норман Озборн. В его другой ладони лежала смятая, и вряд ли пригодная для употребления сигара, но Директор не обращал на нее никакого внимания, продолжая бездумно сминать ни в чем не повинный предмет своими нечеловечески сильными пальцами.

Старший из Озборнов уже который час гипнотизировал взглядом телефон, но трубка отказывалась хоть как-то реагировать, как на мир вокруг вообще, так и на Нормана в частности, поэтому последнему оставалось лишь бессильно скрипеть зубами, скрывая внутреннее бешенство пополам со все возрастающим беспокойством.

Последний разговор с Гарри закончился слишком неожиданно, и глава ЩИТ-а до сих пор не имел достоверных данных о том, что произошло в Японии. Сведения о неожиданном извержении давно уснувшего вулкана (это при всех средствах прогнозирования, которые помогали предвидеть такие катастрофы за недели вперед!) прямо рядом с местонахождением сына, спокойствия ни капли не добавляли.

К тому же Гарри не появился на похоронах Айрис. Норман прекрасно знал об отношениях между этими двумя, знал, что его сын относиться к своей бывшей охраннице, как к собственной матери, и ни за что не пропустил бы ее похороны, если бы это зависело от него. Значит, произошло нечто действительно серьезное, и Гарри оказался в эпицентре всего этого.