Вирт - Джефф Нун

– Мы что-нибудь делаем, Скриббл? – спросил Битл с заднего сиденья.

– Конечно, Би, – ответил я. – Мы решаем ежедневный кроссворд. А теперь все заткнитесь на хуй, и чтобы я вас больше не слышал.

И все заткнулись на хуй. Даже Битл.

Мы все ожидали чего-то, в эти мгновения перед дождем.

Тристан отсутствовал уже полчаса.

Что, мать его, он там делает столько времени?!

Первые мокрые капли расплылись на стекле. Большие горячие монеты дождя забарабанили по фургону.

– Где он? – спросила Мэнди.

– Он сейчас вернется, – ответил я. – Ребята, сохраняйте спокойствие.

Я сам не верил тому, что сказал.

Я видел, как за рядами стекол движутся тени.

– Какого хрена здесь происходит, чувак?! – завопил Битл. – Что за хуйня там творится?

– Я контролирую ситуацию, Битл.

– Ну, тогда, твою мать, покажи это, чувак! Я с ума схожу от нетерпения. И это чертово плечо... оно меня убивает!

– Собаки позаботились о тебе.

– И даже еще того хуже.

Я не знал, что на это сказать.

Дождь теперь хлынул как из ведра. Я выскочил из фургона, прочь от голосов, и это было так здоворо – чувствовать дождь на коже, что мне захотелось орать во всю глотку.

Тристан отсутствовал уже три четверти часа.

Я подошел туда, где сгорел первый фургон.

Земля была густо усыпана стеклом.

Я искал разгадок, но не смог найти ни одной. Только пролитое масло на дегтебетоне, собирающее в себе радуги.

Но это случилось века назад, я имею в виду – пожар, и, разумеется, это свежее масло пролилось из какого-то другого транспорта, в результате какой-то недавней катастрофы, и по-любому, наверное, Брид и Существо уже мертвы, и я просто играю в кости с парой двоек. Может быть, это все, что я в кои-то веки получил для игры?

Клочья собачьей шерсти остались на острых краях стекла, и кто-то нарисовал слова Das Uberdog на мостовой.

Кажется, я порезал ноги.

Лодыжка снова болела, так что я закатал джинсы, почти ожидая, что сейчас увижу, как яд сочится из раны – будто эти крошечные дырочки снова открылись.

Тристана по-прежнему не было.

Я слышал, как Битл орет от боли в кузове фургона, но не обращал на него внимания. Шторы были опущены. Есть другие проблемы.

Черный дождь капал у меня из зрачков, застилая обзор, формируя украшенный бусинками занавес. Я услышал шум справа, повернулся и увидел мужчину, идущего по направлению ко мне. Сперва я думал, что от этого чувака можно ждать неприятностей, потому что выглядел он, прямо скажем, гнусно. Но потом я увидел, что вместе с ним приближаются две собаки, которых он держит на поводке. На одном плече он нес дробовик, на другом – парусиновый мешок. Во второй руке он держал саперную лопатку. И когда незнакомец приблизился, четко проступили другие детали: полосы краски у него на лице; взгляд его глаз – взгляд чистой движущей силы, как у животного.

Он сделал еще несколько шагов и встал рядом со мной. И тогда я увидел, как его лысая голова блистит в лунном свете – штыковые уколы цвета тут и там, походившие на засохшие пятна крови.

– Тристан? – спросил я. – Это ты?

Незнакомец молчал.

– Что ты сделал, чувак? Где твои волосы?

– Сбрил.

Две собаки рвались с поводка, пытаясь освободиться. Они выли на луну, чувствуя свою кровь, вскипающую волнами, из-за ее гравитации.

– Радикальный поступок, – сказал я. – Но, наверное, как я понимаю, так было нужно?

Тристан не смотрел на луну. Он не смотрел на звезды, на окна квартир, на фургон. Он смотрел на меня. Я был единственным объектом его внимания.

– Ты знаешь, чего я хочу, Скриббл, – сказал он.

Да. Того же, чего и все мы. Стакан Фетиша. Чистых наркотиков. Хороших друзей. Охуительного напарника. Все это.

И кое-чего еще.

Привести все в порядок.