Прорыв осады - Игорь Огай

– Спокойно. Это чисто акупунктурное воздействие, – Градобор продемонстрировал зачем-то указательный палец. – Он выглядит утомленным, через час встанет как перчик.

– Как огурчик, – поправил Павел.

– Да я знаю. Но так звучит острее.

Павел хмыкнул. Не согласиться было трудно.

– И все-таки зачем?

– А зачем, по-твоему, я вас сюда пустил? – Градобор отодвинул еще один стул, уселся и жестом пригласил землянина последовать примеру. – Действительно, чтобы включить процессор? Нет, я вполне допускаю, что Николай это сможет, хотя и продолжаю сомневаться… Но дело в том, что сейчас это не имеет никакого значения.

Павел помедлил мгновение и все-таки опустился на стул. О чем пойдет речь, было совершенно ясно. Разговор, похоже, надолго.

– Вчера я уже сказал тебе на этот счет все, что думал, – произнес он. – И с тех пор не поменял мнения.

Градобор удовлетворенно кивнул.

– Разумеется. Иначе я разочаровался бы в своем выборе. Однако Земля, подвергаясь остаточному воздействию впущенного смаррами Хаоса, действительно меняется. И я попробую тебя в этом убедить.

– Не трать слова, – попросил Павел. – Лучше разбуди парня, у нас тут работа…

– Хорошо, – согласился Градобор. – Я не буду тратить слова. Лучше покажу.

Помещение переговорной было оборудовано прекрасной презентационной аппаратурой – огромные стены-экраны, голосовое управление, интерактивная интеллектуальная система показа материалов. Однажды наблюдавший все это в действии Павел даже разочаровался, когда панорамные панели не включились. Резервных источников питания для них, похоже, не хватало.

Градобор с натугой вытащил из-под стола картонную коробку, раскрыл и извлек на свет древний телевизор. Его полустертое название русскими буквами Павел в полутьме прочитать не сумел. Но выпуклый экран, деревянный корпус и рычаг переключения каналов вызывали до боли ностальгические воспоминания глубокого детства…

– Господи, – выговорил он. – И что, работает?

– Вполне, – гиперборей аккуратно установил агрегат на стол. – Ты не представляешь, какие в хранилищах Общины порой попадаются вещи. Кажется, я видел там фонограф… Впрочем, могу путать с искровым телеграфом.

Он размотал удлинитель, включил его в розетку у двери – оказывается, такая здесь была. Затем вытянул из-под столешницы какую-то проволоку, сунул в антенное гнездо и наконец звучно щелкнул внушительной клавишей.

Сигнал, наверное, был все-таки не эфирный – не могло быть в гиперборейском бункере такого хорошего приема. Картинка, качество которой ограничивалось лишь возможностями древнего кинескопа, демонстрировала улицу. С секундным опозданием Павел узнал перекресток Полковой и Стрелецкого переулка на углу фабрики. Центр кадра занимал репортер с микрофоном в руках, за его спиной просматривался перегороженный переулок, дежурно-хмурые лица милиционеров в оцеплении, пара припаркованных у обочины автобусов ОМОНа… Ворота на фабрику были плотно закрыты, но в уличной стене корпуса Ассамблеи вместо одного из окон зиял приличный проем с закопченными краями. Среди деревьев на противоположной стороне дороги Павел различил наспех укрытый брезентом предмет внушительных размеров. Из общего силуэта боевой машины снабжения резко выделялась стойка с горизонтально расположенной трубой… Павел нахмурился. Сергеев говорил что-то о калибре 100 мм (с перепугу-то чего не покажется), а прототип HMMWV XR311 – в простонародье «Хаммер» – имел, кажется, и такую модификацию: с безоткатным орудием. Но ведь именно прототип!..

Занятый этой посторонней, но отчего-то очень навязчивой мыслью, Павел не сразу сосредоточился на словах репортера.

– …А между тем жители окрестных домов утверждают, что слышали звуки настоящего боя… Автоматную и пулеметную стрельбу и даже выстрелы из чего-то более мощного. Впрочем, может быть, это были взрывы гранат или каких-то других снарядов. Милицейское оцепление не подпускает никого к месту событий… Вот здесь справа вы можете видеть наших коллег с других телеканалов – они тоже скучают и довольствуются скупой официальной информацией… – Камера на секунду метнулась в сторону, выхватив фургончики телевизионщиков. Операторы и спецкоры сонно курили. – …Власти по-прежнему не сообщают ничего нового. По их версии, на старой мебельной фабрике были проведены антитеррористические учения с применением холостых патронов и взрывпакетов. Несколько десятков человек – по-видимому, работников офисов, которые сдаются в аренду в бывших корпусах, – без сомнения, стали свидетелями произошедшего, но никого из них ни нам, ни нашим коллегам расспросить не удалось. Еще вчера буквально на глазах подоспевших журналистов этих растерянных людей организованно погрузили в автобус спецназа и увезли в неизвестном направлении. Между тем со стороны улицы хорошо просматривается частично разрушенная стена фабричного здания и какая-то, несомненно, военная машина… – Камера попыталась сфокусироваться на «Хаммере», но деревья сильно мешали. – …В вечернем и ночном выпуске мы показывали эту картину подробно, однако сегодня нас ближе уже не подпустили… Создается впечатление, что необъяснимая завеса секретности опускается все плотнее. Совсем недавно даже представитель каких-то непонятных силовых структур, которые он отказался называть и который до этого хоть как-то общался с прессой, отказался это делать под тем предлогом, что в настоящий момент формируется официальная версия… Это пока все, что я могу рассказать, но надеюсь еще вернуться в эфир с более объективной информацией… Анна?

Картинка моментально переключилась в студию не опознанного Павлом новостного канала – логотип в углу обрезался слишком толстой рамой кинескопа. Словесную эстафету моментально перехватила ведущая:

– Спасибо, Леонид… Это был наш специальный корреспондент с места событий. Несмотря на пристальное внимание москвичей к этому странному происшествию, ни власти города, ни пресс-служба МВД до сих пор не предоставили никаких объяснений происходящему. Непосредственных свидетелей также пока не обнаружилось, несмотря на то что наши коллеги даже побывали у некоторых из них дома. В целом остается совершенно непонятным, кому именно понадобилось проводить антитеррористические учения с применением автоматной стрельбы и гранат и кто за все это будет отвечать. Если же никаких учений не проводилось, а репортажи наводят именно на такую мысль, то москвичам остается только следовать призыву мэра, который он дал в первые минуты после тревожного сообщения. А именно: не выходить из домов без особой необходимости и воздержаться от отправки детей в школы и детские сады. В связи с этим остается открытым вопрос о том, чего можно ожидать в ближайшем будущем, если на улицах Москвы уже сейчас идут настоящие бои, а власти даже не могут объяснить, кто и с кем сражается… А сейчас к спортивным новостям. В чемпионате по футболу на кубок…

Градобор щелкнул пальцами, и картинка померкла, превратившись в ровное голубое поле. Должно быть, какая-то часть управления презентационной аппаратурой все же работала.

– Ну и что? – осведомился Павел. – Нормальная реакция журналюг – найти жареное и обсосать до костей.